Чтение онлайн

Полковник успел прочитать фамилии, собирая папочки на полу, и сидя на корточках протянул их директору. И натолкнулся на пристальный взгляд голубых холодных глаз. Подполковник сразу понял, что директор заметил его любопытство, проявленное к папкам.

Он жестом остановил извинения Капранова, и сказал:

– Мы вас больше не задерживаем, гражданин.

И стоял в дверях кабинета кадровика, провожая Капранова взглядом до выхода, словно в спину его подталкивая.

Выйдя, Капранов побрёл к воротам. Административное здание было в самой глубине автопарка, и идти на выход, к проходной, надо было через весь огромный двор. Он не торопился.

Заметив неподалёку от здания администрации место для курения, подошёл к стоявшему рядом автомату с газированной водой, удивившись тому, что они где-то ещё есть эти уже подзабытые автоматы, напился холодной, бьющей в нос пузырьками, воды, и присел на скамейку, которая вилась кольцом вокруг врытой в землю бочки с водой. Сидевшие в курилке трое мужчин тут же прервали свой и без того вяло текущий разговор.

Капранов оглядел их. Всем троим было лет по сорок пять-пять десят.

– А меня вот не приняли, - с завистью сказал он, оглядывая му жиков.

Те переглянулись с каменными лицами и равнодушно пожали плечами. На всех трёх были одинаковые чистенькие синие комбинезоны с яркой, жёлтыми буквами лихо выведенными надписями номера автобазы на спине.

– Не тужи, - неожиданно буркнул старший мужчина лет пятидесяти, нервно комкавший в руках тряпку.
– В концлагерь попасть успеешь.

Его сильно толкнул в бок сосед, глазами указав на здание администрации.

– А что я не так сказал?!
– неожиданно разозлился тот, что с тряпкой.
– Я правду сказал.

– Какой же тут концлагерь?
– удивился Капранов.
– Чистота у вас, порядок, спецовочки в порядке, техника ухоженная, машины с иголочки, я же сам видел.

– В концлагере тоже порядок, - проворчал безнадёжно третий мужчина.

– Так что ты не тушуйся, мужик, что не приняли тебя, не очень печалуйся, зарплата здесь, конечно, высокая, - успокоил Капранова тот, что первым ответил ему, - но и порядочки тут такие, что врагу не пожелаешь.

– А чего же вы тогда тут работаете?
– деланно удивился Капранов.

– А ты посмотри кто тут работает. В основном нашего с тобой возраста мужики, кому больше деваться некуда. Молодых почти нет никого.

– Молодых и не берут сюда.

– А почему же тогда меня не взяли?
– удивился подполковник.
– Я-то не молодой уже.

– А с улицы тоже не берут, - ответил усмехнувшись всё тот же мужчина с тряпкой.

– Чем же так плохо у вас? Начальник вроде такой интеллигентный мужчина, современный.

– Фашист он, этот начальник!
– взорвался тот, с тряпкой, не обращая внимания на соседа, дёргавшего его за рукав.
– Да чего ты меня дёргаешь?! Скажешь не так?

– Давно он у вас работает, ваш начальник?
– поинтересовался Капранов.

– Лет двенадцать уже. Он сначала был главным механиком, вроде ничего мужик, как приватизировали предприятие, его директором выбрали, старый помер от инфаркта, крепкий мужик был, строгий но справедливый, а этот вроде как какой-то родственник бывшего, вот его выбрали, и как подменили человека.

Мужчина яростно сплюнул под ноги.

– А не у вас, случайно, работает Гена Пушков?
– спросил небрежно подполковник.

– Да это первый прихвостень Резника, директора нашего, самый что ни на есть фашист...
– мужчина с тряпкой осёкся и спросил, - а ты откуда его знаешь?

Молчавший до этого мужчина встал, сплюнул, что-то пробормотал злое, бросил сигарету и вразвалку пошёл к административному зданию.

– Петька начальству жаловаться побежал, - забеспокоился один из собеседников Капранова, и потащил товарища за рукав.
– Пойдём, Паша, отсюда.

Паша встал со скамейки, оглянулся на административное здание, бросил сигарету и сказал Капранову:

– Ты бы, мужик, тоже шёл отсюда поскорее, а то у нашего начальства разговор короткий, оно у нас своих трепачей и чужих любопытных не любит.

Но разойтись они не успели, только все трое отошли на несколько шагов от курилки, как к ним подошли двое здоровых парней, выскочивших из административного здания. Один из них взял Капранова за локоть:

– Вас просили зайти в дирекцию.

– Да я только оттуда, ребятки, - сделал непонимающее лицо Капранов. Отпустите вы мужика, чего привязались?
– бросил в сердцах тот, с тряпкой, кого назвали Пашей.
– Он насчёт работы сюда приходил.

– Вот с ним по этому поводу и поговорят, а ты, Громов, вали на рабочее место, чего разгулялся? Скажу бригадиру, он тебе сделает начёт.

Капранов даже не упирался, ему самому было интересно поговорить с директором.

Тот сидел в большом светлом кабинете, обставленном минимумом удобной мебели. Ничего лишнего на столе не было - всё строго по-деловому.

– Мы с вами не познакомились, - усмехнулся не вставая навстречу Капранову директор.
– Резник, Семён Захарович, а вас как величать?

– Михаил Андреевич Капранов, - не стал понапрасну темнить подполковник.

– Вы к нам по поводу работы?

– Да, хотел, но мне сказали...

– Я знаю, что вам сказали. Давайте ваши документы, посмотрим, что-то, возможно, и подыщем.

Он смотрел на Михаила Андреевича холодными голубыми глазами, в которых даже любопытства не было.

– Да я, пожалуй, в другой раз зайду. Я просто разузнать что и как тут у вас.

– И много разузнали?

– Мне кадровик сказал, что работы нет...

– Это мы слышали. Документы на стол. И, пожалуйста, побыстрее. Или применять силу?

Капранов оглянулся на двух молодцов, стоявших у него за спиной, прикинул расстояние через двор до проходной и со вздохом выложил на стол паспорт.

– Все документы на стол, - повторил Резник, отодвинув паспорт обратно, даже не взглянув.
– Ну?!

Капранов взял паспорт, и убрав его в карман, остался стоять в ожидании дальнейшего.

– Где остальные документы? Я жду.

– Какие документы? У меня нет других.