Чтение онлайн

Больше мне и собираться нечего. Вещмешок с нажитым на войне у меня всегда наготове.

— Не поминайте лихом. — подмигнул я подчиненным, которые сейчас в медпалатке находились.

Капитан уже топтался у виллиса.

Так, а это кто?

На заднем сиденье изделия американского автопрома уже два офицера имели место быть.

Моя фобия опять просыпаться задумала.

Попутчики?

Или… те, что руки мне сейчас за спину завернут? Попался де, анонимный отправитель…

Оказалось — два летёхи из наших. Из медицинских.

— Садись. — капитан мне кивнул на виллис.

Куда? И так там уже тесно.

Умостился я к лейтенантам и мы поехали.

Я молчу и они молчат. Ну и ладненько.

Дорогой хорошо думается. Не знаю, как у других, а у меня — хорошо.

Что всё же происходит?

О событиях в послевоенном Китае я не особо осведомлен. Так, читал дома немного. Не специально, а как-то от скуки в командировке.

Помню, что после капитуляции Японии Гоминьдан сильно с американцами задружил, а СССР двумя руками, как классово близкую, начал Китайскую Коммунистическую Партию поддерживать. Нет, мы и раньше китайских товарищей не бросали, но тут совсем другой коленкор пошел.

После победы над Германией как бы союзники, чья столица за океаном находилась, начали в отношении нас совсем плохое замышлять. Очень уж им хотелось СССР со свету сжить.

Тут у нас горшок об горшок и ударились.

Чан Кайши американцы всячески стали поддерживать, мы — Мао Цзедуна. Войскам Гоминьдана в Маньчжурии от ворот поворот дали, не пустили их туда, помогли КПК там создать Маньчжурскую революционную базу.

Так, если я ничего не путаю за давностью лет, было прописано в статье, что я в командировке читал.

У Гоминьдана, вроде как, первоначально армия в разы больше чем у КПК была, но в ходе гражданской войны ситуация поменялась. То ли три, то ли четыре года Гоминьдан и КПК между собой воевали, мы и американцы своих поддерживали, наконец из континентального Китая Чан Кайши вышибли и он на Тайване со своими обосновался. Тайвань, это — тоже Китай, но как бы не под властью КПК.

Потом там ещё какая-то конференция была. Интересы Тайваня лоббировали США, советские дипломаты горой за Китай стояли, но у нас что-то не получилось.

Нет, знать бы, что это мне пригодится, я бы ту статью в журнале наизусть выучил, а тогда только пробежал по ней глазами. Хорошо, что память у меня тренированная, профессорская и в ней много остается.

Лейтенанты медслужбы на вид даже помладше меня, да и я — старлей, ещё и наградами увешанный. У них же даже нашивочки за ранение нет.

Спросить их, развеять хоть чуть-чуть туман неясности?

А, спрошу…

— Вы, тоже в интенданты?

Лейтенанты почти синхронно утвердительно головами мотнули.

Так, так, так… Не за одним мной этот капитан лично приезжал. Куда-то ещё за необходимыми кадрами заглядывал. Это уже лучше.

Что, время наших поджимает? Приказ получен, который надо было выполнить ещё вчера?

Конечно, так необходимые кадры собрать быстрее будет, чем кто-то своим ходом по Маньчжурии потащится. Так и не доехать легко. Местами здесь ещё японские недобитки пошаливают.

— Куда хоть едем?

На этот вопрос ответа я не получил. То ли парни этого не знали, то ли это — военная тайна, доступа к которой я не имею.

Ну, хоть так.

У меня даже на душе легче стало.

В интенданты, так в интенданты. Может, как быстрее мобилизуюсь. Хотя, за прошедшие с сентября месяцы, мне как-то возвращаться в Пугач… расхотелось. Вот так. Пусть здесь я там вырос, но моя настоящая семья дома осталась, а не в этом мире. Супруга, сын… Эх! Туда бы я сейчас пешком ушел…

Глава 32 «Таблетки завоевания России»

Везде есть свои плюсы и минусы, в том числе и в работе на медицинском складе. Плюсами надо пользоваться.

— Возьмите, Александр Ильич. Примите, средство проверенное, поможет.

Майор Петров, в чьем подчинении я с вчерашнего дня прохожу службу, протянул мне картонную коробочку. Таких на нашем складе целые стеллажи.

— Возьмите, возьмите. Примите сразу три пилюли. Водичкой потом запейте.

Почему майор мне пилюли предлагает?

Посетили мы вчера вечером местный ресторанчик. Спрашивается, за каким хреном? А вот — захотелось…

Вернее, немного не так. Это я проставиться предложил. Причина? Моё прибытие на новое место службы.

Влился, называется, в коллектив…

Уже ночью у меня в животе началась революция. Иначе — не назовёшь.

Мля… Никому такого не пожелаю.

До утра я промаялся, почти и не спал, а сейчас стоя меня покачивает, вид имею я крайне бледный и утомленный. Похоже, даже температурю. Волосы мокрые, пот по щекам стекает.

Что? Это я должен проглотить?

Темно-коричные пилюли пахли так, что меня опять чуть не вырвало.

Тащило от пилюль… шпалами.

— Из чего их делают?

Хоть знать буду, от какой гадости моя смерть произошла…

— Из смолы деревьев. Из бука и сосны. Если точнее — из креозота.

Из креозота?! Вот почему пилюли так пахнут! Креозотом же шпалы на железной дороге пропитывают.

Зачем он мне креозот предлагает? Отравить до конца желает? Он же вредный и вроде как даже канцероген?

— Примите, примите. Поможет.

Что он одно и то же заладил… Примите, примите…

Сомневаюсь я по поводу креозота. Будет ли моему организму от него польза.

Ещё и липкие какие-то пилюльки. Даже на ощупь неприятные.

На коробочке имелись только иероглифы, латынь японский производитель этой гадости напрочь проигнорировал.

— Как хоть они называются? — я тяну время, не тороплюсь проглотить мне предлагаемое. А вдруг майор шутит? Я его совсем почти не знаю, может он — тайный враг народа? Отравитель и вредитель советским военнослужащим?

— Это — сейроган. «Таблетки завоевания России».

Коробочка с пилюлями у меня чуть из рук не выпала.