Чтение онлайн

– Доброе утро, Семен Алексеевич.

– Доброе утро, Светлана Леонидовна. Великолепно выглядите.

– Спасибо, – а про себя подумала: «А он, оказывается, все замечает или не с той ноги встал».

– Сегодня у нас по расписанию посещение замка Пьерфон. Вы планируете посетить rue de Rivoli [110] ?

– Да, нужно сувениры купить.

– Для замка можно будет не переодеваться. Предлагаю встретиться в час в баре De La Tour Saint Jacque, координаты у Вас в телефоне. – Он достал мобильный и нажал кнопку. Светлане пришла «эсэмэска». – Он на продолжении улицы. Телефон, надеюсь, зарядили?

– Конечно, да тут и сложно потеряться, улица-то прямая, – глядя на карту в мобильнике, ответила «француженка».

От кафе до замка играли в слова и фразы, подбирая то те, которыми можно играть на кончике языка [111] , то те, которые бьют в нос. Перешли с официального Vous на Tu [112] . Доехали за полтора часа, по «штурманке» же, распечатанной Светланой из Гугл ес, время поездки составляло час пятнадцать. Задержались в парижских пробках. Километров за пять перестали пялиться в навигатор. Пьерфон возвышался мощными стенами. Полупустая парковка располагалась метрах в ста пятидесяти от входа в замок. Припарковав «Пежо», пошли вверх по почти пустой улице. Облачка перемигивались с солнцем. Замок своей монументальностью заставил бросить игру, Семен перешел на русский.

– Нам повезло.

– В чем?

– Что это не Бездеж.

– Что это такое?

– Замок в Чехословакии.

– В Чехии или Словакии???

– Не придирайся к словам. Там минут сорок нужно в горку карабкаться, некоторым, чтобы до входа дойти, пилюли нужны. Крайне противопоказана экскурсия с похмелья. А здесь цивилизация, небольшой подъемчик и, надеюсь, вуаля – касса у входа. – Светлана прочитала на доме табличку Rue Napoleon.

– С фантазией здесь у людей тоже небогато. Как у нас центральная улица либо имени Ленина, либо какого-то партсъезда. Так и здесь, что ни село, так главная улица имени Наполеона.

– Не скажи, здесь ему было, за что премию дать. Он купил развалины, а его племянник, кстати, тоже Наполеон, из госбюджета выделил средства на реконструкцию замка. Заметь, не уточняется имени какого Наполеона улица. Смотри, какая красотища. А чего я тут перед тобой умничаю, ты же мне маршрут и описания готовила? – Остановил туристов, идущих к парковке, и попросил их сфотографировать. – Светлана, становись рядом, а то вечно снимающий не запечатлен на фотках. – После пяти снимков Семен поблагодарил невольных фотографов отработанным «Мерси». Вдруг (именно вдруг, так как «француженка» не была готова к такому повороту) начал декламировать:

Секунд двадцать Светлана стояла и ничего не могла сказать. Воздух наполнял легкие. Непривычные запахи предгрозового лета, дыма от кухни, прогретого асфальта также сбивал с аналитического настроя. Босс взял инициативу по выводу сотрудницы из ступора на себя.

– Здорово? – и, не дождавшись ответа, – Это Костик написал про Бездеж.

– Сын Зильбермана?

– Нет, шеф-повар, который на «продленке» до тебя вел французский. Он, кстати, еще и рок-лабораторию ведет.

– Это такой «мачо»?

– Вот-вот, именно «мачо». Пошли, внутри посмотрим.

Замок осмотрели за два часа, фотографируясь. Роскошно – слабая оценка. Если уж Светлане понравился замок, что было говорить о Волкове. Легкий культурный шок. Больше всего «француженке» понравился «зал рыцарских дам», в котором чувствовалось незримое присутствие красавиц прошлого. Приосанилась. Совсем не хотелось дурачиться и кривляться перед фотоаппаратом, как около водосточной трубы в виде ящерицы во внутреннем дворе.

На выходе вкусные запахи напомнили, что перекусили в парижской кафешке совсем по-французски. Спускаясь по лестнице, Семен сказал: «Предлагаю поесть, чтобы зарядить батарейки, после прогуляемся на север, километрах в двух стоит микрозамок, может, приведений увидим, – взглянул на часы. – Ого, почти пять часов. До восьми успеем.

Чтобы « успеть», пришлось идти в пиццерию рядом с озером. Уложились за час, что при неспешном провинциальным обслуживании означает – почти «бегом». Солнце нырнуло в облака, обложившие все вокруг. План по осмотру окрестностей нужно было выполнить. Чтобы сократить путь, решили срезать по лесной дороге. Не успели подняться на холм, как грянул гром. Не зря в воздухе пахло грозой. Дождь вмазал секундой позднее. Ни зонтика, ни плаща. Понеслись к машине, перепрыгивая кочки.

В лесу листва еще сдерживала поток, но на асфальте дождь решил исправить ошибку. Начал закручивать капли в спираль, упиравшуюся в Светлану.

Что может быть романтичнее летнего дождя?

Нырнули в машину, хохоча.

– Семен, а ты сухой!

– Я за тобой спрятался.

– Я не такая толстая, – надула губки «переводчица».

– Ну, не знаю.

– Заводи скорее, и печку на максимум ставь!

Пьерфон вымер за три минуты. Дождь добавил настроения. Совсем не верилось, что Волков способен хоть кого-нибудь убить. Да и не хотелось об этом думать. По пути назад молчали, слушали диски. Въехав в людный Париж, опять продолжили игру в слова, подбирая созвучия. Все эти Же и Жэ [113] на кончике языка поднимали настроение. Влетели в гостиницу.

– Светлана, переодевайся и через пятнадцать минут встречаемся в ресторане, тебе обязательно нужно что-то горячее выпить.

– Обязательно.

Хотелось, чтобы вечер не заканчивался. Но, угостив «француженку» горячим шоколадом, Волков неожиданно прервал вечеринку.

– Все, девушка, теперь в теплую постельку и спать.

– После шоколада?

– Вот именно, это старое французское средство против простуды. Если мне не веришь, можешь у Костика спросить. Он здесь несколько сезонов отработал, оттачивая мастерство.

– Вот это да, Костик – настоящий французский повар? – пожилая пара, сидевшая через два столика от них, с интересом на них уставилась. Светлана шепотом сказала – Семен Алексеевич, по-моему, это наши соотечественники.

– Скорее всего. Иностранцы уже давно дрыхнут. Все, бегом спать.

Поднялась к себе в номер с неуловимым настроением чего-то приятного. Усталости не было. Истома. Что-то из юности. В голову влетела фраза из какого-то романа «…sans te toucher…» [114] . Так и заснула с этой фразой, пытаясь уловить смысл, подсказанный подсознанием. Губы и язык саднило как от поцелуев.