Санта-Альфа золотых гор
Шрифт:
Услышав рычание, я не сразу смогла определить, что именно я издаю, этот необычный звук.
Серебренная луна, которая проникла через большое окно, заливала нас ярким пылающим светом.
Хриплым гортанным голосом, сжимая мне с силой бедра, Ангуст, властно заявил:
– Ты моя Санта… Теперь ты моя на веки! – Ты принадлежишь мне! Я нашёл тебя и намерен получить от тебя всё! Всю тебя целиком! Хочу утолять свою страсть с тобой! Невозможно сдержать свою силу… Не могу умерить свою…силу… Боюсь быть слишком…грубым!
– Ангуст, я тоже это чувствую. Я хочу тебя, таким, какой ты есть. Я ощущаю твою силу и чувствую твоего зверя. Я хочу тебя…полностью, какой ты есть.
“Неужели, так раскуражившись, только что, я это сделала!?” Разрешая и предлагая Альфе, полную свободу действий, в отношении своего тела и своей жизни, я полностью отдавалась во властные лапы собственника зверя. Без колебаний, я произвольно рисковала и позволяла оборотню, хищному зверю, охваченному похотью и сексуальным голодным инстинктом, делать со мной, всё, что он задумал, всё, что диктовала ему его животная сущность. Неужели, так забвено доверившись и потеряв всякий здравый смысл, я освобождала ликана от сомнений, бережности и предосторожности.
Глаза оборотня, вспыхнув зажглись ещё ярче. Искаженное, потемневшее от возбуждения лицо короля, устремилось прям на меня.
Я чувствовал, как Санта, сокращается вокруг члена, выбирая его в себя как можно глубже. Чувствовал, как ее коготки, впиваются мне в кожу и царапают спину до крови. Словно из стороны, я услышал низкое рычание, вырывающиеся из груди Санты. На секунду, глаза девушки, вспыхнули ярко алым свечением, настолько ярким, что вся комната в одно мгновение, засветилась огненно красным.
Резко мотая головой, я пыталась справиться с непонятным ощущением. Сила во мне кипела и бурлила. До безумия, хотелось выпустить её на ружу.
Ангуст, лихорадочно погружался и резко выходил, жёстко возвращаясь обратно. Альфа, обдавал жаркими поцелуями мои груди, которые колыхались в нашем неудержимом ритме.
Я видела, как стали меняется черты лица короля, как резко поменялись глаза, как удлинились клыки оборотня. В этот момент, я почувствовала, как у меня самой удлиняются клыки… Как меняется мой мир. С дикой силой полу изменившийся оборотень, в истинном обличие зверя, вонзил в место где находилась метка Ангуста, свои огромные клыки. Закричав от сильной боли, от сильнейшего оргазма, я последовала примеру ликана, и вонзила свои клыки в его мускулистое, бронзовое тело. Кончая, Альфа, громко рычал, извергая и изливая своё семя, жарко ударив в моё лоно сильной струей.
Со стоном, в полном изнеможении, Ангуст обессиленно рухнул на меня.
Уставшая, не способная даже подняться, чертовски довольная и выжатая как лимон, я была благодарна и невероятно счастлива. Искренне счастлива и полностью изнеможённая. Сейчас я постепенно приходила в себя.
Спустя некоторое время, Ангуст переместил нас. Лёжа на боку, мое обессиленное тело, покоиться в крепких объятиях Альфы. Нежно обнимая, оборотень, не прекращая дарит, нежные, ласковые, приятные и такие родные прикосновения.
Словно я ждала этого всю жизнь, и природа действительно берегла меня, для своего ликана, который благодаря этому животному марафону, ночной лихорадки страсти, довел до взрывных фейерверков счастья, многократных оргазмов и потери самообладания. Не выдержав, я поворачиваюсь к моему оборотню.
– Как ты Сани?
– А как ты?
– Я не хотел, сделать тебе больно, – оправдывая свои действия, Альфа был, даже немного смущен.
Хотя, скорее мне это показалось!
– Боль была мимолетная. И потом мне было очень хорошо.
– И всё? Хорошо?
– Ну ладно, раз ты нарываешься на комплименты. Ты готов… Приготовься?
Ангуст засмеялся ленивой и усталой улыбкой.
– Я безумно рада, что ты меня нашёл и с поймал в том злополучном лесу. Теперь мне понятно, что чувствует, связанная пара оенгусом.
Перебирая мои пряди между своими пальцами, король, счастливо улыбнулся.
– И что же ты чувствуешь к своей паре, связанной оенгусом, – любопытно, интересуется оборотень.
– На мой взгляд, оенгус, здесь… играет последнюю роль, в веренице разных событий и чувств.
Мне кажется, что это просто своего рода, предостерегательные методы природы. Защита, так сказать. Если пара будет находиться рядом, она быстрее привыкнет и соединиться друг с другом, принимая этот подарок судьбы.
Но на самом деле, выбор делаем мы сами. Всегда есть выбор. Запасной план, или выход из тупика.
– Как ты поняла, что сделала правильный выбор и твоя судьба, это я? – от любопытства, хищные глаза ликана сузились, в ожидании моего ответа.
– Не знаю, но я вероятно точно чувствую, что так должно быть.
– Только что, ты изменилась. Ты что-то слышала внутри себя. Сани ты ощутила своего зверя? – не много напряженно спросил мой дикий, неукротимый оборотень.
– Зверя? О чём ты? Скорей…это было похоже, на инстинкт, но такой инстинкт, который я не знала раньше. Единственное, что я знала…мне нужно тоже тебя отметить. Это само собой пришло ко мне и… ещё, я не боялась твоих друзей -зверей. Мне даже показалось, что они мне оба улыбались. Ну, на сколько это возможно конечно?
Король задохнулся от эмоций, вызванных моими предположениями.
– Ты думаешь, что мои ипостасии, это отдельные личности? – удивленно интересуется Альфа.
– А разве не так? – недоверчиво смотрю, на искренне потрясенного короля.
– Нет! Если мы превращаемся в зверя, наш разум остаётся с нами, мы меняем только форму, а сознание всегда присутствует в нашей бытности. Наши ипостасии зверя, или оборотня, они не могут нами управлять. Эти формы, добавляют нам силы, ловкости, разные способности, благодаря которым мы существуем и проживаем свою жизнь. Это неотъемлемая наша часть. Ипостасии неоспоримо влияют на наше поведение и действия, но в основном, во время наших изменений, управляем мы собой сами.
– Так, что же ты ощущала? – не унимается зверь.
– А почему, это тебя, так беспокоит?
Не став вдаваться в подробности, вопросом на вопрос отвечаю я.
– Потому что, дорогая моя, ты только что, сверкала ярко красными глазами, и отметила меня, истинной меткой настоящего оборотня!
Посмотрев на оставленную на моей шее горящую метку, Санта, стесненно закрывает глаза.
– Боже прости, я не знаю, как это произошло. Я не хотела.
Затем удивленно обращается, скорей к самой себе, и неожиданно выдаёт: