Чтение онлайн

Он опустил глаза не в силах больше найти оправдании. Круз ощущал сейчас моральную правоту Сатаны. Несмотря на свое возбужденное состояние, она тоже очень хорошо понимала это. И каждая ее последующая фраза как бы углубляла и расширяла пропасть между ними.

— Теперь меня волнует только судьба Брэндона, — быстро продолжала она. — Я не хочу, чтобы он страдал, если меня посадят в тюрьму.

Круз хмуро поднял глаза;

— Этого не случится.

— Случится, — упрямо повторила она. — Именно так все и будет. А что будет с Брэндоном?

Круз ухватился за эту спасительную тему:

— Если даже такое и случится, я позабочусь о мальчике. Можешь о нем не беспокоиться.

Но Сантана предостерегающе подняла руку:

— Нет, нет, даже и не думай об этом. Держись от него подальше. Я не для того столько лет боролась за свои родительские права, чтобы Брэндона воспитывали вы с Иден.

Круз тоже попытался повысить голос:

— Брэндон мне не безразличен, как и тебе. Ты знаешь это лучше других.

Но страсть помутила разум Сантаны. Она уже ничего не слышала:

— Нет, в твоем сердце есть место только для Иден, — обвинительным тоном сказала она. — И потом, я не хочу, чтобы Брэндон рос на правах пасынка.

Круз непонимающе мотнул головой:

— Что это значит?

Сантана на мгновение умолкла, а затем снова собравшись с силами, выпалила:

— Когда-нибудь у вас с Иден будет свой ребенок и тогда Брэндон окажется лишним, станет обузой, дурным напоминанием. Но я не хочу, чтобы им завладела и Джина. О, Боже, как я этого не хочу!

Круз в отчаянии всплеснул руками:

— Джина и близко не подойдет к Брэндону. Я тебе это обещаю.

Сантана продолжала кричать, даже не обращая внимания на слова Круза:

— Если со мной случится самое худшее, если меня посадят в тюрьму, то лучше пусть Брэндона воспитывает моя мама. Так, по крайней мере, я буду уверена, что ни Иден, ни Джина не будут принимать участия в судьбе мост мальчика. Мама позаботится о нем. Я не хочу, чтобы вы с Иден сломали ему судьбу.

Терпение Круза кончилось. Кипя от негодования, он стал рубить рукой воздух после каждого произнесенного слова:

— Сантана, послушай меня, тебя не посадят в тюрьму. Мы будем бороться вместе — ты и я, и мы вырвемся.

Она вот–вот готова была разрыдаться:

— Круз, прекрати. Тебе было бы лучше, если бы меня посадили в тюрьму, убрав с твоего пути. Почему ты не хочешь признать это? Ведь это же правда! Чистая правда!

Круз обессиленно поднялся со стула. Расстроенно покачан головой, он сказал:

— Да, с моей стороны было ошибкой приходить к тебе сегодня сюда. Я вижу, что ты по–прежнему пребываешь в дурном расположении духа. Наверное, нам стоит перенести этот разговор на завтра. Ты отдохнешь, и мы сможем спокойно все обсудить.

Он повернулся, чтобы направиться к двери, однако Сантана бросила ему в спину:

— Ты что, не видишь, что я не хочу больше тебя видеть! Ни завтра, ни послезавтра, никогда!

Круз разочарованно махнул рукой:

— Я не слушаю тебя, потому что ты сейчас сама не знаешь что говоришь. Ты слишком устала и перевозбудились за день. Тебе нужно восстановить силы и прийти в себя. Тогда ты поймешь, что совершила глупость. Ты пытаешься вот так, одним махом, разорвать все, что было между нами. Но это же ерунда. — Он снова начал распаляться. — Из-за того, что так неудачно завершилось судебное разбирательство, ты готова обвинять в своих грехах кого угодно. Ты подозреваешь меня и Иден в каких-то коварных планах. Да у меня и в голове не было мысли о том, чтобы бросить тебя, оставить одну. Мы должны вместе выкарабкаться из всего этого. И я уверен, что мы сможем это сделать, если только ты доверишься мне, и тебе не нужно предпринимать для этого никаких сверхусилий. Я ведь не заставляю тебя лгать, что-то придумывать, изменять самой себе. Ты должна лишь довериться мне. Только довериться и все. Мы же семья, мы до сих пор муж и жена. А ты несешь какую-то чушь о том, что собираешься разводиться. Тебе что, мало неприятностей? Кроме того, что случилось, ты хочешь еще и семью разрушить? Неужели в нашей совместной жизни для тебя не осталось ничего ценного? Ты думаешь, что кто-нибудь кроме нас сможет воспитать Брэндона? Ничего подобного. Я не хочу сказать ничего дурного о Розе, но ведь его родители мы, и Брэндона я считаю своим родным сыном. Похоже, ты предпочитаешь думать наоборот. Я не понимаю, зачем тебе все это нужно? Я до сих пор не могу понять, для чего тебе вообще нужно оставаться одной. Я не могу это объяснить ничем иным кроме твоей ужасной усталости на этот день. Наверняка, завтра, отдохнув, ты посчитаешь все свои слова и поступки несерьезными. Это же просто глупость какая-то.

Он умолк тяжело дыша. Сантана обвиняюще ткнула в него пальцем:

— Я говорю серьезно. Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое. Меня и моего сына.

Круз закрыл глаза рукой, словно не в силах видеть перед собой жену. Сантана откинулась на подушку, и устало сказала:

— С меня хватит пустых обещаний. Я больше не желаю их слышать. Уходи.

СиСи разговаривал с кем-то по телефону в гостиной, когда дверь прихожей отворилась и в дом вошла Иден. Быстро завершив разговор, СиСи положил трубку и направился к дочери. Заключив ее в объятия, он поцеловал Иден в лоб.

— Дорогая, с тобой все в порядке?

Иден положила голову ему на плечо.

— Да, папа, — еле слышно выговорила она. — Можешь не беспокоиться. Все хорошо.

СиСи нежно гладил ее по голове, как маленького ребенка.

— Я только сейчас узнал о том, что случилось сегодня в суде, — произнес он сочувственным тоном. — Они собираются обвинить Сантану в умышленном наезде. Как ты думаешь, они собираются осудить ее? Иден мрачно покачала головой:

— Не знаю, у меня из-за нее очень нехорошо на душе. Я думаю, что ей угрожают крупные неприятности. Судья Уайли настроена очень решительно, и Джулия вряд ли сможет что-то сделать. Она конечно хороший адвокат, однако, сейчас козыри не на ее стороне. И потом. Сантала в суде сорвалась, устроила несколько диких сцен. Боюсь, что это послужит для судьи дополнительным аргументом отнюдь не в пользу Сантаны. Судья наверняка подумала, что это является косвенным подтверждением ее вины.

СиСи тяжело вздохнул:

— Не знаю, я до сих пор не могу поверить в то, что Сантана так отчаянно пыталась уничтожить тебя. Разве у нее был к этому какой-нибудь повод? Для чего нужно было так вести себя? Она ведь этим только ухудшит свое положение. А еще я очень беспокоюсь относительно Розы. Мне непонятно ее поведение. Она просит у нас помощи и, в то же время винит во всем тебя. Разве это справедливо? Уж от кого, а от Розы такого я не ожидал. Похоже, она готова выдать черное за белое, лишь бы доказать, что Сантана не в чем не виновата.

Иден, нахмурившись, отошла в сторону.

— Может быть, она действительно ни в чем не виновата, — с сомнением произнесла она. — Может быть, это, в конце концов, все-таки был несчастный случай? Папа, право, я не знаю, что и думать. Все-таки что-то подсказывает мне, что Сантана не виновата в наезде.

СиСи не скрывал своих сомнений, пожав плечами, он уверенно сказал:

— Пусть даже и так, однако, как бы то ни было, она оставила тебя лежать одну на дороге в нескольких километрах от города, где тебе наверняка никто не мог помочь. Ты считаешь это благородным поступком с ее стороны? Я думаю, что за это Сантана должна понести наказание. Иначе, черт побери, что же такое справедливость?

Иден кусала губы:

— Папа, не надо судить столь категорично.

СиСи возмущенно всплеснул руками:

— Причем тут категоричность. Я говорю об элементарной справедливости. Если один человек сбивает другого и уезжает на машине, не оказав своей жертве никакой помощи, то он должен, обязан быть, наказан, иначе рано или поздно что-нибудь подобное снова повторится. Никаких гарантий против этого не существует.

Но Иден стояла на своем:

— Папа, разумеется, ты говоришь правильные слова, однако не забывай о том, что Сантана в последнее время выглядела крайне утомленной. Я не уверена в том, что она вообще понимала что делает. Может быть, она была в таком состоянии, когда не способна была осознать, что делает.