Чтение онлайн

Перл смущенно молчал. Ему было очень трудно разговаривать сейчас с Кортни. Ведь она уверена в том, что уже целиком принадлежит ей, хотя Перл заметил ев ревнивые взгляды в сторону Келли, когда они находились в его квартире. И обиду ее он заметил. Тем труднее ему было сейчас что-то объяснять. Кортни подошла к нему:

— Перл! Объясни мне, что происходит?

Он поднял руки, пытаясь успокоить ее, но нужных слов пока не удалось найти:

— Кортни, я… Мне нужно… Мне не нужно…

Она поняла, что сбываются самые худшие ее ожидания. Все-таки она надеялась, что Перл внемлет голосу разума и поддастся на ее уговоры. Она понимала, что если сейчас он не будет принадлежать ей, то он уже не будет принадлежать никому. Он даже не будет принадлежать обществу — его упекут обратно в больницу, и оттуда он уже вряд ли выберется так быстро, как получилось в этот раз.

— Объясни мне, что происходит? — потрясенным голосом сказала она. — Почему ты не хочешь пойти со мной?

Он наконец-то обрел дар речи. Покачав головой, Перл сказал:

— Я не могу идти туда. Я не могу этого сделать. Сейчас это совершенно невозможно, — негромко произнес он. — Ты должна меня понять.

Она безнадежно улыбнулась и взяла его за руку:

— Перл! Пойдем со мной! Все в порядке. Ведь ты выбрался из больницы, все хорошо, ты теперь свободный человек и можешь идти куда угодно. Неужели тебе не хочется воспользоваться свободой? Посмотри вокруг — ведь все так прекрасно! Мы можем быть вдвоем теперь сколько угодно и ничто не может помешать нам.

Перл удрученно опустил голову:

— Я знаю, — ответил он. — Но я сейчас не могу… Ты понимаешь, Кортни, еще не наступил нужный момент. Если бы чуть–чуть попозже…

— Но почему, почему? — потрясение повторяла она. — Почему ты не можешь остаться?

Перл как-то не слишком убедительно принялся объяснять:

— Понимаешь, у меня еще нет достаточно доказательств против доктора Роулингса.

— Доказательств? — переспросила она. — Для чего тебе нужны доказательства?

На лице Перла была такая кислая гримаса, что Кортни все стало понятно без слов. Точнее, все сказанные Перлом слова были лишними. Для нее было совершенно очевидно, что причина, побуждающая Перла остаться в психиатрической клинике доктора Роулингса, совершенно иная. Засадить Роулингса за тюремную решетку Перлу все равно не удастся, это же совершенно понятно — у него слишком много связей в высоких городских кругах. Но этот бессмысленный, с точки зрения Кортни, идеализм даже привлекал ее. Отталкивало другое — она боялась, что Перл увлечен Келли. Если это так, то она может навсегда потерять его. Это сильно настораживало и беспокоило ее. Вот почему она упорно, хотя и безуспешно, пыталась добиться от Перла объяснений, но только не выдуманных, а реальных.

— Я хочу засадить его за решетку. Но, еще раз повторяю, мне не хватает доказательств. Ну, сама подумай, Кортни. кто мне поверит, если я просто так, голословно, буду заявлять, что доктор Роулингс преступник в белом халате, что он применяет неправомерные методы лечения, что он просто–напросто убивает своих пациентов чудовищными методами лечения и безумными дозами лекарств. Что я им вообще скажу? И кто я такой — какой-то Перл, даже без имени и фамилии, просто прозвище.

Кортни поняла, что не дождется от него того объяснения, которое больше всего интересовало ее. Поэтому она решила сама задать тот вопрос, который больше всего ее волновал.

— А зачем тебе нужна Келли?

Перл смутился еще больше. Было видно, что этот вопрос попал в точку.

— Я должен позаботиться о ней, — пытаясь выглядеть убедительным, сказал он.

Кортни переменилась в лице. Она надула губы и сверкнула глазами.

— С Келли все в порядке! — холодно процедила она сквозь плотно сжатые зубы. — Ты же знаешь, что она сейчас дома, здесь ее родители, с ней не может случиться ничего дурного.

Но Перл проявил завидное упрямство:

— Кортни, как ты не понимаешь! Я уверен в том, что ее папаша не собирается забирать ее из этого сумасшедшего дома Он хочет, чтобы она оставалась там и подвергалась опасности действительно превратится в полуживой робот, послушно выполняющий все указания Роулингса. Ты хочешь, чтобы она стала живым трупом? А ведь она может даже погибнуть после его опытов

Кортни смутилась:

— Ну, разумеется, я этого не хочу! Но ведь, насколько мне известно, теперь судья контролирует ход этого дела. Именно она решает, выпустить Келли Кэпвелл из больницы, или нет.

Перл кивнул:

— Вот видишь, ты все верно понимаешь! Да, она подозревается в убийстве, это так. У ее отца нет другого выбора, кроме как вернуть ее в руки Роулингса. Это значит, что у меня только один путь — я должен вернуться в это вонючее заведение и доказать раз и навсегда, что Роулингс злодей! Только там я смогу собрать необходимые для этого доказательства. Иначе все так и будут пребывать в уверенности, что доктор Роулингс прекрасный специалист, что в его клинике применяются самые передовые и современные методы лечения психических заболеваний, что у него прекрасная репутация среди членов Медицинской Ассоциация Южной Калифорнии, что в его клинике излечивают людей Но ведь это не так!

Перл уже настолько возбудился, что не заметил, как перешел на повышенный тон и начал размахивать руками:

— Я должен сделать все, чтобы доказать людям, что доктор Роулингс — преступник! То, что он погубил моего брата, это еще не доказательство для судей и высоких юридических инстанций. Они посчитают, что я — лицо заинтересованное и потому пристрастное. И даже, если я приведу к ним за руку самого доктора Роулингса, который подтвердит правоту моих слов, они даже пальцем не шевельнут для того, чтобы возбудить против него уголовное дело. Кроме писем моего брата у меня ничего не было, а это для суда — не доказательство. Поэтому я должен найти другие улики, которые бы убедили всех, в том числе и судей, что его нужно остановить!

Кортни бессильно опустила голову.

— Но Перл, — тихо промолвила она, — ведь мы с тобой уже однажды обсуждали этот вопрос. Ты тогда согласился с тем, что, будучи на свободе, ты сможешь больше сделать для Келли!

Он угрюмо покачал головой:

— Нет, Кортни! Я сейчас не могу сорвать с себя маску. Пока доктор Роулингс не знает, кто я, пока я могу вернуться в клинику, я сделаю это! Кортни, ты должна понять меня! Ведь я делаю это не ради себя, а ради всех тех, кого мучает и убивает этот негодяй с улыбкой изувера! Мы должны остановить его!

— Кто это — мы? — вскинула Кортни.

— Мы — это ты и я, потому что больше у меня нет ни одного помощника.

Она вздохнула:

— Перл, ты не представляешь, как мне жаль, что ты не можешь вернуться! Я так ждала этого момента, я надеялась, что ты сможешь безраздельно, без остатка, принадлежать мне. Вернее, мы сможем принадлежать друг другу. Но если это невозможно… — она умолкла, опустив голову.

Перл попытался ободрить ее. Он взял Кортни за плечи и заглянул ей в глаза:

— Не грусти, милая! Все будет хорошо, уверяю тебя Перл — парень что надо, он справится со всеми плохими ребятами и повезет свою красотку домой на белом коне! У нас еще будет время, мы сможем побыть друг с другом. А сейчас, — он улыбнулся, — сейчас у меня появилась новая идея.

Кортни вскинула голову:

— Новая идея? О чем ты говоришь?

Он заговорщицки поднял вверх палец:

— У меня возник новый план, который мы начинаем приводить в действие немедленно.

Кортни смотрела на него недоуменными глазами: Перл, а не хватит ли планов? Не слишком ли много идей для одного вечера?

Он хитро улыбнулся:

— Нет, я собираюсь использовать тебя в качестве разведчицы!

Она непонимающе мотнула головой:

— Как это?

Перл вдруг огляделся по сторонам, словно опасаясь, что кто-нибудь может подслушать их разговор. Однако вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь легким шелестом ветра в листьях деревьев в саду.

— Я собираюсь послать тебя в дом, чтобы ты разузнала, там ли сейчас находится Келли, в каком она состоянии, как она себя чувствует, что делает. И еще узнай — что на уме у старика Кэпвелла? Мне обязательно нужно знать, как он настроен. Может быть, я ошибаюсь, но пока мне кажется, что он не захочет оставить Келли дома. Ты можешь сделать все это для меня? Я прошу тебя об этом!

Снова услышав имя соперницы, Кортни угрюмо насупилась. И хотя Перл надеялся услышать от нее слова согласия, она снова отрицательно покачала головой: