Чтение онлайн

— Он, что — был буйный? Невыдержанный?

— Да нет. Как раз наоборот, — Тиммонс махнул рукой. — У Кастильо никогда не было никаких человеческих слабостей. Понимаешь, эдакий праведник в человеческом обличье, ангел, сошедший с небес. Он все всегда делал правильно. Именно это бесило и раздражало всех вокруг. Ведь мы были совершенно другими, ничто человеческое было нам не чуждо.

Иден задумчиво протянула.

— Неужели это так уж плохо?

— Ну, не знаю, — пожал плечами Тиммонс — Тогда мы относились к нему… ну, скажем так, с легким раздражением.

— А теперь?

— Об этом можно долго говорить, но, кстати говоря, ты-то знаешь его совершенно с другой стороны. Или я неправ?

Иден задумчиво опустила голову.

— У него есть слабости, — спустя несколько мгновений тихо сказала она.

— Какие? — тут же спросил Тиммонс.

— Он верит только в добро и зло. Для него не существует никаких полутонов. Черно-белый тип мышления.

Тиммонс снисходительно улыбнулся.

— Да, твои слова подтверждают то, что я думал о нем. Это как раз соответствует картинному образу супергероя, который он для себя избрал. Истина, справедливость и американский образ жизни… Способность самым чудесным образом появляться в самых неожиданных местах и все такое прочее. Не человек, а какой-то персонаж из комиксов.

Иден почувствовала, что ее задели последние слова Тиммонса.

— А что плохого в истине и справедливости? — вызывающе сказала она.

— Ничего, — пожал плечами Тиммонс. — Именно из-за них я стал юристом.

— Почему же вы, господин окружной прокурор, отказываете в праве на истину и справедливость другим людям? — язвительно сказала Иден.

Тиммонс широко улыбнулся и развел руками.

— Я — реалист, миссис Кэпвелл. Жизнь не идеальна.

Иден опустила голову, стараясь скрыть неприязненный взгляд.

— А у вас мистер Тиммонс есть какие-нибудь слабости?

Тиммонс улыбнулся еще шире. Протянув руку к столу, он стал копаться в папках.

— Я думаю, что перечень моих слабостей валяется где-то здесь. Правда, чтобы обнаружить его, мне снова придется позвать секретаршу. Я бы сказал, что номер один в списке — это светлые волосы, красивые глаза…

Он встал из-за стола и подошел к Иден. Когда он остановился за ее спиной, она почувствовала его возбужденное дыхание.

— Вообще-то, у нас с Кастильо общая слабость… — продолжил он.

Иден повернулась к Тиммонсу и внимательно посмотрела ему в глаза.

— Кажется, я догадываюсь, о чем ты говоришь…

— Да, мы оба неравнодушны к тебе.

Иден изобразила на лице приторную улыбку и направилась к двери.

Уитни терпеливо дожидался Круза в машине. Спустившись, тот сел рядом с креслом водителя и некоторое время хмуро молчал.

— Да не расстраивайся ты так, Круз, — сказал Уитни, положив ему руку на плечо. — Окружной прокурор еще не последняя инстанция, чтобы судить о твоей профессиональной пригодности.

— Понимаешь, Пол, — с нажимом сказал Круз, глядя в окно, — я полицейский, я уголовный следователь, моя жизнь наполнена страданиями и бедами других людей, людей, которые готовы убить друг друга из-за бутылки пива, из-за пятидесяти долларов, лежащих в сейфе вместе со старыми журналами. Или из-за того, что кто-то спит не с тем, с кем следует. Или из-за других, столь же простых причин. Триста дней в году я расследую воровство, драки и всякие другие более или менее тяжкие преступления, а на триста первый является кто-то и начинает упрекать меня моей профессиональной непригодностью или моим мексиканским происхождением. Я не жду, что меня за мою работу наградят медалью. Медали получают шефы полицейских управлений, министр юстиции, окружные прокуроры и судьи. Следователь по уголовным делам чаще всего получает язву желудка или нервный срыв. Я не жду ни похвальных грамот, ни почетных ленточек, ни золотых значков, ни чего-нибудь иного в этом роде. Я не жду даже простой похвалы. Но моя работа для меня — это вещь серьезная.

— Но, послушай…

— Пол, выслушай меня. Я просто произношу свои речи один раз и конспектов не оставляю. Мне в высшей степени наплевать, как Тиммонс зарабатывает свои деньги, чтобы оплачивать квартиру, оплачивать автомобиль, покупать спиртное и весело проводить время. Меня не интересует, как ревностно он относится к своим обязанностям… Я просто хочу сказать тебе одну вещь — если окружной прокурор замешан в чем-то нечистом, то я просто хочу вывести его на чистую воду. Лучше всего было бы посадить его за решетку, но пока у меня нет никаких доказательств. Я не верю, что он «хороший парень». Его заинтересованность в моих делах слишком велика, чтобы я мог просто подозревать в нем излишнее служебное рвение. К тому же, он, как ты видишь, постоянно пытается меня унизить. Это для него даром не пройдет.

Круз умолк, хмуро глядя через стекло на улицу.

Порывы ветра все усиливались. Шум пальмовых ветвей, качавшихся на ветру, доносился даже сюда, в машину.

— Интересно, а что у него с Иден? — тихо спросил Уитни. — Похоже, он неравнодушен к ней.

— Или демонстрирует неравнодушие… — добавил Круз. — Тиммонс относится к той породе парней, которые поступают, руководствуясь лишь корыстными целями. Не может быть, чтобы он просто положил на нее глаз. Здесь есть еще что-то, во всяком случае, я так думаю.

— Может, ты и прав, — пожал плечами Пол. — Ну что, поехали?

— Да, — кивнул Круз. — Только поедем на сей раз не по домам, а назад в полицейское управление. Наши дела на сегодня еще не закончены.

— А что такое? — спросил Пол. — Ты думаешь, нас там ждет еще работа?

— Да, нам нужно еще раз уточнить ваши планы и тщательно продумать дальнейшие действия, чтобы таких проколов, как сегодня, больше не повторялось. Кстати говоря, а где Альварес?

Уитни пожал плечами.

— Должно быть, на месте. Ведь, насколько я помню, ты его еще не отпускал сегодня с работы.

— Что ж, тогда едем в полицейское управление.

Пол нажал педаль газа.

Спустя несколько минут Уитни, Кастильо и Альварес склонились над картой Санта-Барбары.

Круз водил карандашом по плану городских кварталов, вычисляя место для очередного полицейского налета.

— Значит, так, — сказал он, распрямляясь, — судя по сообщениям твоих информаторов, Пол, следующее место, куда нам стоит наведаться — этот дом на углу Третьей авеню и Диккенс-стрит…

— А что там такое? — заинтересованно спросил Альварес.

— Это заброшенный склад. Здесь был замечен зеленый фургон, развозящий вновь прибывших. Думало, что там можно обнаружить не меньше двух десятков человек.

— Когда поедем? — спросил Уитни. Круз озабоченно посмотрел на часы.

— В десять.

— Сегодня в десять? — забеспокоился Альварес.

— Да, сегодня. Осталось уже не так много времени.

— Может быть стоит подготовиться более тщательно? — спросил Альварес. — Пол, тебе, наверное, надо было проверить достоверность информации. Свяжись лучше со своими людьми.