Чтение онлайн

– Если желаете, я поясню, – раздался сухой голос.

Рыцарь обернулся и увидел на пороге комнаты пожилую женщину, закутанную в шаль. Взор твердый, но совершенно безучастный к жизни.

– Госпожа… Рогар? – поклонился Дэниел, заметив, наконец, знаки, которые ему подавала эльфийка.

Похоже, рыцарь оказался единственным, кого появление хозяйки дома застало врасплох.

– Да. Я услышала шум и решила узнать причину.

– Простите, госпожа, – поник головой смотритель, – но вы не велели беспокоить, что бы ни случилось.

– Оставь, Олаф, – устало бросила та, – твоей вины здесь нет. Раз стража хочет разобраться в убийстве моего мальчика, не стоит им мешать. Вы спросили о гербе, – женщина снова повернулась к рыцарю. – Вам и в самом деле это интересно?

– Да, госпожа Нотманд. В расследовании нет мелочей.

– Что ж, удовлетворю ваше любопытство. Крепостная стена означает «оберегаю город». Меч и стрела – символ городской стражи. А три звезды – это поколения, которые мой отец, муж и сын отдали защите Вигельбурга. Все они были стражниками. И только Рогару удалось взлететь выше всех. Возможно, это его и сгубило. Чем выше к светилу, тем сильнее оно опаляет крылья.

– Говорят, у вашего сына было много недоброжелателей? Может быть, он получал угрозы?

– Каждый, кто хоть раз преступал закон, даже в мелочах, являлся его недоброжелателем. Аристократы, купцы, чернь – кого из них можно назвать святыми? Мой сын тоже не был идеалом. Я бы даже сказала, иногда он вел себя как мерзавец. Но он берег этот город и делал его чище. И он – мой сын! А что до угроз, Рогар никогда не посвящал меня в дела службы. Но редкий горожанин не бросил бы косого взгляда в спину проезжающему шерифу, будь тот хоть поцелован всеми светлыми богами. Наверняка за день он слышал множество угроз, пусть мало кто осмеливался бросить их ему в лицо. Боюсь, добавить мне больше нечего.

– Благодарю, госпожа Нотманд, – снова поклонился рыцарь. – Я приму ваши слова к сведению. Вы позволите нам здесь побыть еще немного?

– Делайте то, что считаете нужным, – голос женщины стал тихим и равнодушным. – Олаф, я буду спать. Когда гости уйдут, запри калитку, – сухо кивнув присутствующим, она удалилась.

– Я вам еще нужен? – обратился смотритель к Гранту.

– Нет, мы скоро закончим, – отпустил его рыцарь.

И мужчина, облегченно вздохнув, покинул кабинет.

– Что тебя так заинтересовало в этом гербе? – с интересом спросила эльфийка, подойдя к рыцарю. – В городе их сотни.

– Верно. Каждый хочет иметь собственный знак, отличающий его от прочих. Дворяне передают свои гербы от отца к сыну, и те нередко добавляют к фамильным изображениям новые детали. А люди простого происхождения сочиняют собственные картинки, вкладывая в них важные для себя символы. Любые, кроме исконно дворянских.

– Например, как забрало шлема? – уточнил Родрик.

– Да, в том числе. На гербе дворянина шлем всегда имеет забрало – это символ статуса. Гражданские же гербы, если и имеют изображение шлема, то простейшего, как этот, – Дэниел указал на герб шерифа. – У купца тоже есть личный герб, для его профессии это обычное дело. Но между их гербами: торговца и начальника стражи, я наконец-то увидел связь.

– Разве? – удивился стражник, всматриваясь в щит Нотмандов. – Но тут нет ничего похожего, я помню герб Унвинда.

– Их объединяют не символы, а то, что кто-то сделал с обоими щитами.

– Царапина? – эльфийка вгляделась пристальнее.

– Именно. Убийца перечеркнул герб шерифа, возможно, тем самым кинжалом, которым перерезал ему горло. Не побывай мы в доме купца, я бы счел царапину случайностью. Но герб торговца тоже оказался зачеркнутым.

– Что же это значит? – замер Родрик, надеясь, что сейчас услышит разгадку тайны.

– Пока не знаю. Тут есть над чем подумать, – промолвил рыцарь.

Под конец, как и в доме Унвинда, Дэниел попросил спутников оставить его наедине со своими мыслями.

Когда стражник и эльфийка покинули кабинет, рыцарь прикрыл дверь и сел в одно из кресел. Из деревянного пенала в ладонь человека перекочевала темная горошина. Пальцы покатали ее немного, ощущая крошечные неровности, а затем сжали, превращая в пыль. Разум Дэниела потянулся к событиям недавнего прошлого. Пелена тумана перед внутренним взором дернулась и ожила…

Кабинет шерифа Нотманда. Две тени, должно быть слуг, накрывают на стол. Закончив сервировку, они удаляются. Вскоре появляется другая тень. Она неторопливо и уверенно движется к столу, придвигает стул, садится. Вероятно, это и есть Рогар Нотманд. Долгое время его никто не тревожит. Но позже тени от свечей чуть вздрагивают: в слегка приоткрытую дверь проникает сквозняк и новая тень фигуры в плаще. Она быстро приближается к шерифу. Тот, почуяв что-то, встает и поворачивается к ней лицом. В ауре Рогара появляются недоумение и раздражение. Две тени стоят друг напротив друга, – Дэниел не знает, говорят ли они о чём-то, тени не способны этого передать. Но аура шерифа сменяется оттенками беспокойства и страха. Тень незнакомца взмахивает рукой, и шериф, схватившись за горло, падает на пол. Убийца склоняется над ним, срывая с тела некий предмет. Бросает в сторону. И достав что-то из-под плаща, один за другим кладет на мертвеца два предмета. Наконец, фигура подходит к гербу и перечеркивает его взмахом руки. И лишь после этого уходит.

Дэниел открыл глаза, поднялся из кресла и повернулся к двери. И сразу же столкнулся с задумчиво-внимательным взглядом холодных серых глаз.

– Что ты здесь делаешь? – нахмурился рыцарь. – Я велел ждать снаружи.

– Твой юный приятель такой болтун, – легко ответила эльфийка, – я устала от его общества и решила узнать, не нужна ли тебе моя помощь?

– Впредь изволь строго следовать моим распоряжениям, – отрезал Дэниел, – если мне понадобится помощь, я дам об этом знать.

– Как скажешь, мессир, – сверкнула лукавой улыбкой Нэриель.

Во дворе рыцарь подошел к смотрителю.

– Почему ты мне ничего не доложил о втором предмете на теле убитого хозяина?

– Но, мессир! – потрясенно вымолвил Олаф. – Откуда вы знаете?

– Моя служба заключается в том, чтобы устанавливать истину, – холодно пояснил Дэниел. – Итак, что это было?

– Сержантский галун. Нашивка младших командиров гарнизона. Она лежала рядом с телом.

– Зачем ты это скрыл?

– Когда люди шерифа нашли ее, то очень удивились. Сперва они решили, будто господин Рогар в пылу схватки сорвал ее с убийцы. И, стало быть, виноват кто-то из своих, из стражи, – мужчина бросил быстрый взгляд на кольчугу Родрика. – Но потом выяснилось, что следов ниток на нашивке нет! Кто-то аккуратно срезал ее, а не сорвал. Значит, галун подбросили специально.

– И они не велели тебе об этом говорить? – догадался рыцарь.

– Да, господин, – вздохнул Олаф, – сказали, что это может вызвать ненужные слухи и подозрения. Их старший, Грег Морроу, заявил, что сам во всём разберется. А если я сболтну лишнего, в гарнизоне укоротят мне язык.

– Неужели? – нахмурился Дэниел. – Родрик, ты знал об этом?

– Нет, мессир! – горячо заверил его юноша. – Когда я прибыл, чтобы вести протокол, никто не упомянул об этом ни слова!

– Да, чем дальше, тем любопытнее, – помрачнел рыцарь.