Чтение онлайн

Мне было нечего сказать, я опустила глаза и наткнулась на кубики, от чего заметалась взглядом по сторонам.

Лорд взял меня за плечо и повел к свечке. Подняв ее, он внимательно рассмотрел мое лицо, поворачивая его туда-сюда. — Могу побиться об заклад, что вы выглядите в точности как Агата, я помню эти две родинки. Но вы не Агата. Если б я больше верил нашим храмовникам, я бы предположил, что вижу потустороннюю тварь. Впрочем… может, показать вас в храме. Если в вас признают тварь, нас избавят друг от друга.

Я испугалась. Кто их знает, что эти храмовники придумают. Скорее всего, ничего хорошего. Я читала про методы Инквизиции в своем мире. Может, у них подобный же подход. — Что вы сделаете, если я расскажу? — Зависит от того, что вы расскажете. — Я не потусторонняя тварь, и я не причиняла никому зла. — Кто вы?

Сделав судорожный вдох, я решилась: — Я из другого мира. В своем мире я умерла и очнулась здесь, в этом теле. Агата была в храме, с ней проводили обряд посвящения души Небесным Родителям. Думаю, что душа Агаты ушла в Храм Небесных Родителей. Когда я открыла глаза, сестры небес решили, что Небесные Родители не приняли леди Лизток, и отправили меня назад в мирскую жизнь, отдав все вещи Агаты. — Я развела руками, не зная, что прибавить.

Лорд внимательно смотрел на меня и молчал, переваривая сказаное.

Наконец, он произнес: — Да, это все объяснило бы. В древних манускриптах есть упоминания о подселившихся душах, но принято считать это мифами, старыми сказками. Правда, — он хмыкнул, — обычно записи оставались о тех, кого уничтожили.

Я сделала шаг назад, но лорд поймал меня за плечо. — Садитесь, — он указал на кресло, и сам присел на край высокой кровати. — Я не собираюсь вас убивать или отдавать храмовникам, если вы не будете приносить никому зла. Как вас звали в вашем мире? — Представьте себе, тоже Агатой. Возможно, поэтому мою душу и притянуло в это тело. — В своем мире вы были куртизанкой? — Что?! Как вы смеете! — начав опускаться в кресло я снова вскочила. — Вы слишком искушены в отношениях с мужчинами, и то, как вы смотрели на меня, когда я расстегнул рубаху, выдает в вас женщину, далекую от приличий. — В моем мире женщинам не нужно разыгрывать из себя ледышек ради пристойности, — ехидно заметила я, устраиваясь в кресле. — В моем мире женщины могут быть с мужчинами по своему желанию, потому что женщин не считают товаром.

Лорд хмыкнул: — Интересный мир. Теперь я понимаю. Вы пришли, потому что вам все равно с каким мужчиной быть. — Неправда! — Вы сами только что сказали… — Я сказала лишь, что в моем мире женщина может быть с мужчиной по своему желанию, даже он ей не муж. — Да есть ли у вас вообще брак с такими-то понятиями? — Есть. Измены у нас порицаются, причем с обоих сторон, в отличие от вашего мира, — не удержалась я. — И как же женщина выбирает мужчину? — скептически поинтересовался лорд.

Я пожала плечами: — Обыкновенно. Знакомятся, мужчина ухаживает. Если женщине нравятся ухаживания мужчины, они начинают встречаться. Если возникают чувства, они становятся парой и могут быть вместе. Потом женятся или расстаются, как захотят.

Я не стала вникать во всевозможные сложности взаимоотношений на планете Земля. Хватит ему и оптимальной схемы. Впрочем, для меня она была единственной… до сегодняшнего дня.

Граф с сомнением покачал головой: — Неужели никто не считает таких женщин гулящими? — Только те мужчины, которым они не достались. — И мстительно добавила: — Бабочка опускается не на всякий цветок, лорд Вепрь.

Граф вздрогнул и округлил глаза. Он внимательно посмотрел на меня и отошел к столу, который стоял в темном углу спальни. Когда он вернулся, у него в руках была темно-синяя маска в виде бабочки. — Не желаете примерить? — Слишком поздно, бал закончился, бабочка упорхнула, — но все же я взяла маску и на мгновение приложила ее к лицу.

Глаза лорда сверхнули, и на губах появилась знакомая улыбка. С такой улыбкой он загипнотизировал меня на балконе перед тем, как поцеловать. Похоже, наша брачная ночь — дело времени. Но как сложатся отношения дальше — большой вопрос. И прояснить его лучше до, а не после.

Лорд двинулся ко мне. Ой-ёй. Неужели он прямо сейчас на меня набросится? А поговорить, а выяснить отношения? Я подскочила из кресла и попыталась забиться в угол между комодом и стенкой. Лорд расплылся в улыбке, и внутри что-то заныло. — Мне кажется, леди Бабочка попалась. Я же предупреждал, что меня невозможно остановить. А вы мне отказали. Как вы говорили? Мужчина ухаживает? Значит, вам не понравились мои ухаживания? — обаятельный наглец картинно возмутился. — Простите, Ваше Сиятельство, но я не привыкла к такому напору. — Признаться, я тоже не привык к таким отказам. Вы меня удивили. Невинной девой вы не выглядели. — Как видите, я разборчива, — ответила я, пытаясь просочиться сквозь стену.

Лорд разглядывал меня с явным интересом. — И скольким же счастливчикам удалось предолеть ваши бастионы в ином мире? — полюбопытствовал лорд. — Пятерым, — не стала я скрывать. — Из них два мужа. — У вас разрешено многомужие? — Что? О, нет, — я рассмеялась. — Мы разошлись с первым мужем, и через какое-то время я снова вышла замуж. — У вас остался муж в том мире? — Нет, мой второй муж умер. — Два мужа и трое мужчин, которые не были вашими мужьями. Хм.

Несмотря на все его обаяние я взорвалась: — Вас это возмущает? Вас? Кто поменял столько женщин, что об этом говорит все королевство? Здесь, в вашем мире женатые мужчины открыто держат любовниц, а замужние женщины шепчутся о любовниках. Девушку, которая не побывала замужем, но завела любовника, считают гулящей, но та же девушка, сходив к чаше, может творить все, что угодно, если не попадается. И вас удивляет мой мир?

Я вышла из угла: — Благодарю за беседу, лорд Торк. Пожалуй, мне стоит принять ваше предложение о раздельном супружестве. Впрочем, ради целостности вашей спины я готова потерпеть консумацию. Надеюсь, одного движения будет достаточно, и после этого я воспользуюсь запорами на обеих дверях.

Развернувшись, я пошла к своей спальне. — Агата, постойте, — хрипло сказал лорд. — Не убегайте. Я сходил с ума после бала, когда не мог вас найти. Я не хочу терять вас снова. — Он помолчал, вертя в руках маску. — Вы непохожи на тех, кого я знал раньше, но, наверное, именно поэтому я вас искал.

Я остановилась, и мы молчали. Он не мог подобрать слов, он явно порывался что-то сказать, но опасался меня спугнуть. — Лорд Торк… — Арден. Прошу вас. — Арден, мы разные. Признаюсь, мне тяжело в вашем мире. Если высшего аристократа, который никогда не покидал столицы и жил в особняке с прислугой, вывезти в захудалое селение без слуг и багажа, он и то не испытает того, что чувствую я. — О… Я не думал об этом. — Я пробую вжиться в ваш мир, но здесь есть некоторые обычаи, которые я считаю чудовищно неверными, и уж тем более я не буду извиняться за то, что нарушала ваши правила там, где совсем другой уклад. Я жила своей жизнью, и я не собираюсь скрывать от вас прошлое. Если это отвратит вас от меня, что ж, значит, нам не судьба жить в настоящем браке. — В настоящем браке, — повторил лорд и замолчал.

Как же жаль будет его отталкивать, но жить, вечно извиняясь за то, что я — это я, невозможно. — Твари трехвостые, теперь я понимаю, почему я потерял голову у Трикатов. Как вы говорили? Женщины изображают ледышек? Вы не были ледышкой, но и доступной не выглядели. Вы отогнали Веркока, который богат и хорош собой. Вы поцеловали меня в ответ! Но потом сбежали, когда я сделал глупость с маской. Я не мог понять, кто вы.

Н-да, бедняга привык к "Мадоннам" и "блудницам", а встретив ни то и ни другое, встал в тупик.

Грустно усмехнувшись, он продолжил: — Прочие женщины стали казаться мне пресными. Верите или нет, но моя слава уже достаточна, чтобы женщины слетались ко мне сами, и поверьте, не только из-за денег.

Отчего ж не верить. Я кивнула. — Но мне больше не нужны были другие. Я хотел найти вас и разгадать загадку Сапфировой бабочки. И вот вы здесь, вы моя жена… Нет, Агата, разгадка не отвратила меня от вас. Но весь мой опыт говорит, что такого не бывает. Вы мыслите как взрослая женщина, но выглядите как юная, свежая девушка, и могу поспорить, что это тело еще невинно. — Я снова кивнула. — В ваших словах о мужчинах нет стыдливости, но нет и бесстыдства. Меня тянет к вам как потустороннюю тварь к грешникам, и я догадывался, что найду нечто особенное, но я не думал, что… м… настолько.