Чтение онлайн

«Подайте-ка мне вон тот «глотис» с фруктами», — привычно говорил кто-нибудь за столом.

Или: «А не глотнуть ли мне вина из этого вместительного «глотиса», здесь все равно не убудет».

Так что некоторые стеснительные гости, которые имели обыкновение ничего не переспрашивать, чтобы не показаться невеждами, покидали школу Сапфо в полной уверенности, что в приличном, высокообразованном обществе все, из чего принято брать еду или питье, чтобы их проглатывать, следует называть «глотисами».

И потом, стараясь блеснуть перед своими друзьями и сотрапезниками, небрежно называли чаши именно так, нередко начиная именно с этого интересный для всех застольный рассказ о посещении Лесбоса и особенно — школы легендарной Сапфо.

Сапфо вспомнила, что как-то Глотис рассказывала, будто расписанные ею вазы к тому же напоминают фигуры разных, хорошо знакомых ей женщин, и когда она работает, то нередко представляет, будто одевает в неповторимый наряд из узоров то Сандру, то Филистину или даже кого-нибудь из служанок.

Сапфо оглядела полки и нашла приземистую вазу с двумя ручками — канфар, которая действительно сильно напоминала Диодору, стоящую в своей излюбленной позе, поставив руки в боки, тем более что рядом с ней сейчас стоял еще более широкий, расписанный пшеничными колосьями килик, в котором безошибочно можно было узнать толстую, расплывшуюся фигуру кухарки Вифинии.

Сапфо попыталась представить, какая из ваз была больше остальных похожа на нее, но тут дверь отворилась и в комнату вошла Глотис, неся на плече кувшин с водой.

— О! Сапфо! — искренно обрадовалась Глотис. — Какая радость! А я думала, ты меня уже совсем позабыла! Ты ведь так давно ко мне не приходила, наверное, уже несколько дней, с тех пор, как в доме появилась толпа гостей. И хочу тебе высказать свое мнение, Сапфо, напрямик, — что столько мужчин в доме сразу — это слишком! Я не припомню, чтобы у нас раньше в школе было столько шума и ненужной суеты, какую, как правило, почему-то приносят с собой мужчины.

— Ничего, Глотис: гости приходят и уходят, и нет смысла слишком сильно мешать их движению, но также нарочно от него прятаться. Но ведь мы, Глотис, все равно остаемся, разве не так? Вот зашла посмотреть на твои новые работы, — улыбнулась Сапфо. — Ты же знаешь, у меня всегда повышается от них настроение.

Сапфо говорила сейчас чистую правду — ничто не действовало на нее более бодряще, чем общение с людьми, которые тоже занимались разными видами творчества, будь то новые утренние мотивы, сочиненные Филистиной, трактаты Дидамии, рисунки на вазах, сделанные Глотис, или даже просто цветочные венки, которые с неподражаемым искусством умела плести одна из совсем маленьких учениц школы.

После встреч с одаренными людьми у Сапфо действительно, как правило, заметно повышалось настроение и тоже, в свою очередь, возникало желание тут же создать что-нибудь совершенно необыкновенное.

И, как выяснилось, не только у нее одной.

Наверное, и сама идея школы Сапфо первоначально возникла из желания творчески одаренных женщин как можно больше времени проводить вместе и незримо поддерживать друг друга, при этом не мешая двигаться только своим, предначертанным великими богами путем.

Вот и сегодня Сапфо зашла к Глотис в поисках незримого «лекарства», которое могло бы ей помочь преодолеть внутреннее смятение и, самое главное, переломить неожиданно наступившее молчание.

Ведь случилось самое ужасное, что только Сапфо могла предположить, — она где-то потеряла все свои новые песни!

Как Фамирид, наказанный Музами!

Но только у нее это произошло буднично, совсем незаметно и — поэтому особенно страшно.

— Хорошо, что ты зашла сама, — сказала Глотис, ловко снимая с плеча кувшин. — Ведь я как раз начала твой новый портрет на вазе, Сапфо, и хотела попросить, чтобы ты немного передо мной посидела. Но вот только жаль, что сегодня ты не сделала той замечательной прически, которая была у тебя в тот день, когда я только что начала рисунок.

И Глотис сделала пальцами кругообразные движения, показывая жестом спускающиеся до земли локоны, которые несколько дней назад украшали Сапфо.

Сапфо немного удивилась — надо же, Глотис начала работать над ее очередным портретом!

Признаться, Сапфо пришла сегодня к Глотис еще и затем, чтобы посмотреть, как продвигается портрет Фаона, и, может быть, даже попутно что-либо узнать об отношениях этих двух молодых людей.

Ведь Сапфо с самого начала заметила, что Фаон подолгу не сводит с юной художницы взгляда.

И сегодня утром Сапфо пришло в голову, что, если она совершенно определенно убедится в том, что юноша влюблен в Глотис, ей дальше будет гораздо проще справиться со своими непонятными чувствами и потушить внезапно вспыхнувший огонь.

Даже и говорить нечего — неизмеримо проще!

И когда Сапфо шла сюда, она уже заранее настроилась на легкую, или пусть даже сильную боль, которая тем не менее принесет долгожданное исцеление.

Но бегло осмотрев в отсутствие Глотис уже завершенные вазы и те, где пока виднелись лишь наброски, Сапфо не заметила ни на одной из них ничего похожего на прекрасный облик Фаона.

— Вот, Сапфо, посмотри, — взяла в руки Глотис вазу, и Сапфо увидела на фоне черного лака тщательно процарапанную женскую фигурку.

По наброску было видно, что женщина, нарисованная на вазе, держала в руках лиру, и ее пока что еще не прорисованное лицо обрамляли ниспадающие вниз длинные локоны.

Но особенно Сапфо удивило, что Глотис на этот раз попыталась изобразить ее не в профиль и не в фас, что диктовалось общепринятыми художественными канонами, а как-то необычно, вполоборота.

И хотя Глотис еще не слишком удалось передать поворот фигуры, которая пока выглядела на вазе несколько излишне грузной и неуклюжей, но Сапфо понравилась сама попытка добиться на поверхности сосуда на редкость естественной и непринужденной позы.

— Глотис, это же просто удивительно! — воскликнула Сапфо. — Как ты додумалась нарисовать меня вполоборота, словно я прямо сейчас от всех отворачиваюсь. Ведь это очень сложно!

— Да, я уже и сама поняла, что сложно, — вздохнула Глотис. — Но хочу изобразить рядом еще и Алкея. Ведь ты же, Сапфо, пока не окончательно от него отвернулась, но все же и не поворачиваешься к нему как следует лицом, разве не так? Поэтому такой рисунок будет точно и правдиво рассказывать о ваших отношениях.