Чтение онлайн

— Прибежала мышка! — заревел, ощущая вибрацию, нарастающую в скользком канате.

— Хвостиком махнула! — прохрипел, багровея.

— И! — Казалось, что еще секунду и лопнет натянутое щупальце, или порвутся его мышцы. Анатолий все тянул и тянул, гадая, что же не выдержит первым.

Не выдержали щупальца — лопнули, опадая к ногам телохранителя.

Студенистое туловище медленно выскользнуло из живота женщины, и тошнотворное существо хлюпко шлепнулось на деревянный пол.

Анатолий громко и длинно выдохнул. Облако, в котором они находились, завращалось, пыль вдруг превратилась в жужжащих разлетающихся во все стороны мух, комната приблизилась. Сквозь редеющий серый туман проступили стены, потрескавшийся, пупырчатый потолок и только после этого, сквозь багровую пленку, проступила старенькая мебель.

— Благодать! — промурлыкал телохранитель, падая на необычайно мягкий, хоть и потрепанный, диван.

Вспомнив жуткое существо, он испуганно вскинул ноги к голове и тут же вскочил с дивана.

— Где — это!? — спросил он Трофима, разглядывая истонченные временем доски.

Добровик на мгновенье выпустил руки Маргариты Петровны и, глянув на суетящегося телохранителя, улыбнулся.

— Ты думал, что мы бьёмся с реальной тварью? — спросил он.

— Нет! С виртуальной! — обиделся телохранитель, и, обернувшись к ворчащему сенбернару, добавил:

— А ты не рычи! Я не с тобой разговариваю!

— Молодец Цербер! — похвалил Трофим. — Хорошо парня подготовил.

— Подготовил? — опешил Анатолий, насупившись.

— Ладно-ладно. — Мужчина, выставил ладони вперед. — Не сердись!

Добровик уложил Маргариту Петровну на диван и, присаживаясь рядом, продолжил:

— То, что ты видел, лишь воображаемое представление болезни. Ты видел опухоль, такой, какой ее тебе нарисовал твой неподготовленный мозг. Твой мозг…

— Знаю, знаю! — воскликнул Анатолий. — Подыскивает образ, наиболее подходящий неизвестному для него понятию. И выбирает он из тех, которые есть в его "словарном запасе". Потёмкин уже прочел мне когда-то "Курс молодого бойца".

Он подозрительно уставился на шерстяного увальня, устроившегося в ногах Трофима. Пёс, прикрыв глаза, лениво дремал.

— Цербер имеет одно очень интересное, и необходимое в нашем деле, свойство, — продолжил добровик, заметив заинтересованный взгляд молодого человека.

— Он может напускать на человека Навьи чары.

— Кого-чего? — не понял телохранитель.

— Если долго смотреть ему в глаза, — выдохнул Трофим, — можно погрузиться в нематериальный мир — в мир наваждений. А в потустороннем мире мы начинаем видеть многие незримые для глаза простого человека вещи.

Анатолий кивнул головой.

— Пес-колдун, значит? — буркнул он.

Трофим устало повел плечами, повертел головой из стороны в сторону, словно разминал шею.

— Без тебя я бы не справился. Необычайной силы была болячка. Опухоль, пожирающая энергию, не только своего носителя, но и окружающих его людей — таких я еще не встречал.

— Была? — поинтересовался Анатолий.

— А может быть, это вирус? — Анатолий, вдруг вспомнил Потёмкина.

— Нет, молодой человек! Это была злокачественная опухоль, — возразил целитель, недовольно дергая подбородком.

Добровик задумался и продолжил, уже не так уверенно и резко:

— Хотя… вела она себя очень, очень странно.

Маргарита Петровна, молчавшая до сих пор, вдруг подняла голову, прислушиваясь к шуму, доносившемуся из кухни, радостно воскликнула:

— Дима! Сынок!

Анатолий ощутил горячую волну воздуха, толкнувшую его в спину и ушедшую вперед. Он почувствовал загорающийся в груди пожар. В голове зашумела разгоняющаяся кровь. Тело напряглось в ожидании прыжка.

"Нет! Только не это!" — мысленно завопил телохранитель, сжимаясь.

— Не бойся путешественник! — раздалось за спиной, и дрожащего плеча Анатолия коснулась горячая рука.

— Сейчас все пройдет, — пообещал Потёмкин, появляясь перед притихшим товарищем.

И действительно вибрация в теле мгновенно ослабла, костер в груди погас.

— Фу ты! — расслабленно выдохнул Анатолий.

Он шагнул за Димкой, намериваясь загрузить друга множеством вопросов, но на его пути неожиданно появился Трофим.

— Мы, пока с Толиком, чайку попьём? — спросил он хозяйку дома, но та не ответила. А он и не ждал.

Распахнув объятья, женщина устремилась навстречу сыну.

— Пошли, подкрепимся! — предложил добровик, подталкивая Анатолия в сторону кухни.

Оглядываясь, тот бодро зашагал из комнаты.

Сенбернар оказался менее покорным, и его пришлось тащить за ошейник.

Трофим с трудом втолкнул упрямое животное на кухню, прикрыл белую дверь с мутным непрозрачным стеклом, в глубине которого проступали жилки металлической сетки.

— Ну и ладушки!

Мужчина довольно потер руки, неспешно сел на старый табурет и мгновенно сник, превращаясь в уставшего пожилого человека.

— Я уже не надеялся победить эту тварь, — прошептал он, оглядываясь на дверь. — Спасибо тебе — выручил.

Анатолий смущенно мотнул головой.

Чай пили шумно.

Трофим по-стариковски отдувался после каждого глотка горячего напитка.

Анатолий — улыбался: вдруг вспомнился маленький лохматый питекантроп Лёха, с его неуемной тягой к творчеству.

"Все люди как люди, а я один, — подумал он, — то в древность дремучую — к дикарям, то в потусторонний мир — с волхвом".

Через несколько минут в кухне появился мрачный Потемкин.

— Что тут произошло? — прошептал он, озираясь.

— Стремительно разрастающаяся злокачественная опухоль, — ответил дед Трофим.

— Откуда? — удивился Дмитрий, негромко. — Месяца не прошло, как она из санатория-профилактория, а там её полностью обследовали. Ничего же не было.

Целитель непонимающе пожал плечами и продолжил.

— Ее и на прошлой неделе не было — я всех соседей хорошо чувствую.

Оплошавший чувствователь смутился, словно винил себя, опуская глаза, пробормотал:

— Меня три дня не было. И вот… Невероятно.

— Опять невероятная вероятность? — Анатолий взмахнул руками.

Светлая челка слегка качнулась, прикрывая взлетевшие на лоб брови.

— А может, все-таки, у нее вирус начал изменяться? — спросил он, не глядя в сторону заворочавшегося на табурете Трофима.

Дмитрий секунду подумал и уверенно покачал головой.

— Нет! Если это был вирус, то у вас не было шансов победить его. Вирус мог подействовать на организм, на опухоль, но… Нет! — выдохнул Потёмкин и надолго задумался.