Чтение онлайн

— Ты что булькаешь? В море тонешь? А ну, марш в арестантский угол!

Андрейка мгновенно ожил и на лице его появилась радость. Он твердым шагом направился в «арестантскую». А священник вызвал Серегу Журавлева:

— Может быть, ты нас порадуешь ответом?

На лбу, на щеках и на носу Сереги высыпали меленькие капельки пота. Недолго раздумывая, он поясно поклонился священнику, перекрестился на него будто на икону и жалобно молвил:

— Батюшка, поставьте меня ради Христа рядом с Щициным!

И не дождавшись согласия, Серега поплелся в арестантский угол.

Священник вызвал меня:

— Ну-ка, скажи, кто сотворил небо, землю и все живущее на ней?

Я встал у классной доски и с завистью поглядывал на Щицина и Журавлева: на их лицах играла довольная улыбка! Наверно, и я очутился бы в углу, но помешал дьякон. Он, как и в прошлый раз, открыл дверь и заслонил собой весь дверной проем. Священник обрадовался дьякону:

— Очень хорошо, что вы пришли! Ведите урок и спрашивайте учеников о сотворении мира богом...

Сказав так, священник вышел. Мы облегченно вздохнули, да так громко, что дьякон внимательно глянул на нас и еле заметно улыбнулся:

— Что, корень ученья горек? Ничего, терпите! Ты что, Суетнов, у доски застрял? Батюшка вызвал? Что ж, расскажи мне, что он здесь говорил? Что обещал спросить?

Подделывая свой голос под скрипучий голос священника, я стал отвечать:

— Кто сотворил мир? Ученик Горшенин, замолчи! Я тебя спрашиваю не о войне и мире с германцами, а о том, кто создал небо, землю и все сущее на ней! Не знаешь? Мир создал всемогущий бог!.. Ученик Анашкин, из чего бог сотворил сей мир? Да не из глины, а из ни-че-го! Понял? И деду Ананию об этом скажи! Ученик Журавлев, как господь творил сей мир из ничего? Что, что? Ври, Емеля, твоя неделя! Господь творил сей мир словом своим, а не топором и молотком. Ученик Корабельщиков, сколько господу понадобилось дней, чтобы сотворить сей мир? Шесть, десять, двенадцать? Не десять, а всего шесть! Ученица Паньшина Устя, что делал бог в первый день творения? Не знаешь? Тебя тоже родители не учат? Господь в первый день создал небо, землю и свет. Во второй день — твердь земную. В третий день — отделил воды от земли. В четвертый день бог сотворил солнце, луну и звезды. В пятый день — рыб и птиц. В шестой день — животных и человека. Господь усыпил Адама, вынул у него одно ребро и сотворил Еву. Ти-ше-е!..

Видимо, я удачно играл роль священника, потому что ученики давились смехом, а дьякон заложил большой клок бородищи в рот и не то стонал, не то мычал, потом рявкнул мне:

— Сядь на место!

Я метнулся к своей парте, а дьякон вызвал из арестантского угла Щицина и Журавлева.

— Ну-с, арестанты, теперь запомнили, что ваш батюшка на уроке рассказывал?

Арестанты подняли глаза к потолку:

— Д-а-а...

— И ты, Устя, запомнила?

Она тоже перевела взгляд к потолку. Дьякон хохотнул:

— Хо-хо-хо! Понимаю. К вам с неба сходит дух святой и огненным перстом пишет на потолке ответы на вопросы законоучителя...

После урока дьякон отозвал меня в сторонку.

— Отец-то, мне сказывали, хворает? Что с ним?

— Водянка.

— О-о-о, тяжелая болезнь!.. А ты ловко священника высмеял. Смело! Я ему об этом не скажу, но ты, ухарь, язык прячь подальше: священник — лицо важное и... Понял?

* * *

Уроки священной истории стал вести дьякон. Этот нас в арестантский угол не отправлял, обидных прозвищ не давал и даже помогал отвечать на вопросы. Так, он спросил Андрейку:

— Где было жилище первых людей: Адама и Евы?

Андрейка молчал, и класс молчал. Дьякон загремел:

— Кто там шепчет, что Андрей Щицин не знает? Знает и очень хорошо! Ведь Адам с Евой жили в раю?

У Андрейки глаза засветились:

— Ага, в раю! Там росли сладкие яблоки, груши, терновник, черемуха, смородина, орехи и грибы тоже...

— Молодец. Ну а теперь отвечает Анашкин. Что сделал господь с Адамом и Евой, когда они нарушили его запрет: сорвали яблоко и съели?

Мотька молчал. Дьякон засучил рукава, выставил вперед огромные кулачищи и, будто подталкивая Мотьку, поторопил его:

— Ну?

Мотька вспомнил, что бог рассердился на первых людей.

— Господь надавал Адаму и Еве по шеям и выгнал их из рая!

Мы засмеялись. Дьякон нахмурился:

— Ш-ш-ш-ш! Что за смех? Ответ правильный: бог выгнал Адама с Евой из рая...

Один за другим проходили такие уроки, и мы привыкли к законоучителю. Не только привыкли, но и стали родителям его расхваливать. Моя мать этому обрадовалась:

— Дьякон такой добрый, такой честный! Он и покалякает с человеком, и в беде утешит...

Отец тоже добрым словом о дьяконе отозвался:

— Да, среди церковников тоже есть добрые люди! Такие, к примеру, как наш дьякон. Он жизнь мужицкую знает и за нас болеет, но вся беда в том, что помочь не может, и от этого с досады водку глушит...

Отец был прав: дьякона можно было частенько видеть во хмелю. Пришел он таким и в наш класс. Стал рассказывать о всемирном потопе, а язык его не слушался. Помогал словам руками, но и руки не слушались. И мы слышали только грохот голоса законоучителя:

— За то, что люди стали лице...лицемерами, притворщиками, граби-те-ля-ми, утес-ни-те-ля-ми бедных, — за все это бог в... вот забыл в каком году! — бог залил землю морями, океанами и всех негодяев у-то-пил!

Дьякон громыхнул кулачищем по столу:

— Ни одного мерзавца не оставил!

Ученики почувствовали себя смелее и стали спрашивать:

— А откуда же взялись мы?

— Может быть, бог еще раз мужика Адама и бабу Еву сотворил?

— Вы не выдумывайте! Утонули только грешники, а праведник Ной с женой и семьей остался живым, и от Ноя опять развелось людей, как лесных муравьев!.. Теперь вот что: Ной спасся в ковчеге. Это большой корабль. Его Ной построил по велению бога...

И ученики пуще зашумели:

— А как же лошади спаслись? А коровы и овцы?

— Звери и птицы? Змеи и лягушки?

— А черви и бабочки? Тараканы тоже?

Дьякон пытался усмирить класс, но это сделать не удавалось. Тогда он заревел:

— Молчать! Животных, птиц и всякую иную живность Ной загнал в корабль и спас! Поняли?

И класс в один голос грохнул:

— Н-е-т!

Установилось долгое молчание. Дьякон смотрел на нас удивленно и потом тихо проговорил:

— Нет, законоучителем и просто учителем я не могу быть! Прощевайте, умники-разумники, а я больше сюда ни ногой!

И, пошатываясь, он вышел из класса.

В следующий понедельник вместо дьякона пришел дьячок отец Алексей. Это был тихий человек, он имел большую семью и мало чем отличался от мужиков. Дьячок подошел к учительскому столу и тихо проговорил:

— Перед началом урока, как и перед всякой работой, надо исполнить молитву!

И сам стал читать молитву «Отче наш». И делал он это как-то благоговейно, часто вздыхал и так крестился, что в наших глазах мелькала его рука. Прочитав молитву, он зачем-то стал разглядывать потолок. Мы тоже посмотрели, но ничего там не увидели — темнели только трещины и щели. Дьячок развязал узел и выложил на стол книжечки.