Чтение онлайн

– Я слышал это имя! Так называл криворотого сирак Намген.

– Это так… Он прожил в селении два года, а потом ему удалось бежать. Прошло время, и все, кроме матери, забыли о нем. Но он явился… через пятнадцать лет. Явился не для того, чтобы навестить мать и меня, а для того, чтобы завладеть богатствами дев-воительниц, которые хранились в потаенной пещере для поклонения богу войны. Будучи в плену, он прознал о тайнике, но завладеть им без посторонней помощи не мог. После долгих скитаний ему повезло, и он нанял Намгена с его сираками… Они напали внезапно и превосходили нас числом. Сокровища достались им, моих соплеменниц убили. И мою мать тоже. Только я избежала этой участи.

– Но почему они преследуют тебя?

Ответа не последовало. Кауна молчала.

– Ты доверилась мне один раз, к чему опасаться во второй? Это из-за меча? – догадался Умабий.

– Да, – решившись, Кауна поведала тайну меча: – Это меч Сарматии – одной из цариц дев-воительниц. В последний раз он принадлежал моей матери. Им она успела пометить лицо Харитона, лишив его былой красоты, погубившей все наше племя. Жаль, что матери не удалось убить подлеца с первого раза… Возможно, виной тому любовь. Она осталась в ее сердце и лишила руку твердости. Второго удара ей нанести не пришлось. Стрела Намгена помешала матери искупить свою вину… Я до сих пор не отомстила сираку за ее смерть… Умирая, она вручила меч мне и велела хранить его.

– Что же в нем такого, если Намген и Харитон охотятся за ним? Я могу увидеть его?

Кауна испытующе посмотрела на Умабия, вынула меч из перекинутых за спину невзрачных деревянных ножен, отмотала кожаный ремешок, скрывающий рукоять. Протянула его Умабию…

Меч был прекрасен. Умабий разбирался в оружии, он сразу понял; меч выкован искусным мастером и должен принадлежать воину столь же искусному в воинском деле. Отточенное лезвие, испещренное мелким узором, ожило, заискрилось в слабосильных солнечных лучах, с трудом пробившихся сквозь низко нависшие над степью тучи. Радужной игрой цветов ответил ему огненный опал, вставленный в головку, желтизной блеснули золотые львы на рукояти.

– Меч достоин царей, – произнес он, любуясь оружием.

Кауна протянула руку:

– Посмотрел, хватит. Отдай. – На лице девушки читалась нетерпение, легкое беспокойство и боязнь, что Умабий может покуситься на ее драгоценность. В душе она ругала и не понимала себя. Почему она доверилась этому малознакомому молодому аорсу? Объяснить себе своих поступков она не смогла.

Умабий вернул меч. Кауна вложила его в ножны, обмотала рукоятку, помолчав, словно что-то решая для себя, сказала:

– Я доверю тебе тайну – тот, кто владеет им, становится царем.

– Значит, ты царица? – Умабий усмехнулся.

– Не смейся надо мной!

Лицо девушки нахмурилось, ладонь коснулась рукояти меча.

– Не буду, не буду, – успокаивающе-примирительно произнес Умабий и выставил перед собой руки, притворно защищаясь от гнева девушки. – Расскажи, правда ли, что Намген хотел напасть на нас, или ты просто спасалась от погони?

– Я не просила у тебя защиты, – в голосе девушки прозвучала обида.

Умабий смотрел на Кауну с нежностью, неизвестно почему проснувшейся у него к этой девушке. К жене Торике он такого чувства не испытывал. Сжатые в нитку губы, зардевшиеся щеки, изгиб черных тонких бровей рассмешили Умабия. Уж больно Кауна напоминала сейчас обиженного ребенка, что не вязалось с образом девушки-воина, с легкостью отправляющей врагов в потусторонний мир. Смех еще больше разозлил Кауну, она с раздражением посмотрела на аорса, собираясь сказать ему что-нибудь резкое, но его добродушная улыбка обезоружила ее. Смягчившись, девушка заговорила:

– Скрываясь от преследователей, я оказалась в Танаисе. Почти всю осень я спокойно прожила в этом городе под видом мужчины. Почему они появились и как выследили меня, я не знаю.

– Ваша встреча случайна. Намгена в Танаис послал родственник – предводитель сираков Зорсин, для переговоров с братом боспорского царя Котисом, который приплыл в город этим же днем. Что касается Харитона, то, похоже, он остался служить Намгену.

– Возможно и так, но не думаю, что Харитон забыл о мече Сарматии. Они встретили меня у Южных ворот и погнались за мной.

– Чем все это закончилось, я знаю. Что же произошло дальше?

– Я попыталась покинуть город. Путь был один – на север, туда, где сираки не имели возможности выследить меня, но стражников у ворот оказалось больше обычного. Только теперь после твоих слов я поняла – стражу увеличили из-за прибытия Котиса. Я же решила, что это из-за меня. Так что проскользнуть через ворота у меня не имелось ни малейшей возможности. Ко всему прочему мои штаны были окровавлены, да и рана давала знать о себе. Я решила бежать через недостроенную стену, но обнаружила за ней сираков. Они расположились станом, хотя обычно останавливались у Южных ворот. Мне оставалось переждать день в разрушенной башне, чтобы ночью попытаться вырваться из этой ловушки. Вечером к недостроенной стене подошел отряд стражи. Наверное, они опасались сираков.

«Опасались, – подумал Умабий. – В это время проходил поединок. Видимо, пресбевт направил туда своих стражников, чтобы в случае гибели вождя сираков те не вздумали ворваться в город для мести».

– Выбраться за стены города мне удалось уже под утро. Я стала пробираться между сираками, но мне пришлось остановиться и притвориться спящим воином. Мне помешал всадник, прискакавший в стан. Всадником оказался Намген. Он разбудил Харитона и приказал подымать сираков. «Аорсы покинули город. Мы обгоним их, устроим засаду и неожиданно нападем. Ты получишь меч, а я отомщу этому мальчишке за поражение». Так сказал Намген.

– Подлый шакал! Лучше ему не встречаться на моем пути! – с негодованием в голосе воскликнул Умабий.

Кауна продолжала:

– Харитон поднял сираков и велел им садиться на коней. Я воспользовалась суматохой, схватила лук и колчан одного из воинов, запрыгнула на первую попавшуюся лошадь и помчалась вслед за вами, чтобы предупредить тебя о замыслах Намгена. Сираки быстро опомнились и пустились в погоню. Слава священному мечу все окончилось удачно!

– Благодарю тебя. Ты спасла всем нам жизнь, – и, понизив голос, добавил: – Царица, могу ли я, просить тебя стать воином моего отряда?

– Не называй меня царицей! – вспылила девушка и более спокойно добавила: – Я согласна.

Они не успели достигнуть стана аорсов, когда Горд, заметив многочисленных всадников, скакавших им навстречу, обратился к Умабию:

– Смотри. Это Евнон. Похоже, весть о появлении сираков уже дошла до него.

Отряд остановился, поджидая приближения вождя. Умабий слез с коня. Евнон осадил взмыленную саврасую лошадь, спешился, подбежал к сыну, крепко обнял.

– Я боялся, что сиракские собаки причинят тебе вред, но, слава богам, ты жив и здоров. Ничего, они еще ответят мне за свою дерзость…