Чтение онлайн

Еще несколько минут мы ехали в полном молчании. А потом он сказал совершенно другим тоном:

– Грейс может решить, что мы слишком некомпетентны для того, чтобы рекомендовать нас Ричарду. Так что нужно подумать, как еще мы сможем финансировать наш медовый проект. Возможно, просто купим себе территорию? Или снимем несколько садов? Я бы, наверное, мог взять немного налички у мамы. А ты? Сможешь уговорить своих предков вложиться?

Я почувствовала себя мошкой в ловушке венериной мухоловки. Все мышцы тела немедленно напряглись, готовые к защите.

Наверное, стоит немного рассказать о нашем Великом Плане. И о моих родителях. Между ними есть определенная взаимосвязь.

Итак, Великий План. Мы с Тедом собирались обеспечить медом каждый район города, в котором работали, высадив как можно больше медоносных цветочных бордюров и контейнеров, а затем либо поставить собственные ульи, либо заключить контракты с местными пчеловодами.

Чем больше производится меда в области, тем легче местным жителям, страдающим от сенной лихорадки, – я знала, как это работает, потому что мама всегда делала нам бутерброды с медом, чтобы избавить от красных глаз и насморка, которыми мы с Келли часто страдали в детстве.

Папа держал ульи в разросшихся садах возле нашего старого дома в Хэдли Грин, пока не пришлось переехать в Ротери, где был только маленький дворик. Чудесные цветущие сады в сочетании с огромными луговинами дарили меду привкус лаванды, васильков и маргариток. Мои лучшие детские воспоминания были связаны с тем, как пчелы вьются вокруг ульев под летним солнцем, а мы с папой за ними наблюдаем, я с мороженым, а он с пивом. Я никогда не боялась пчел, меня лишь немного пугали их почти внеземные способности к коммуникации.

Поэтому я знала, что папа может обеспечить меня некоторым пчеловодческим оборудованием, а Джо была знакома с владельцами магазинов, готовыми заплатить целое состояние за местный мед. Но в идеале нам требовалась большая территория, вроде Пэлэс Вью, чтобы высадить нужные сочетания цветов и поставить на крышах ульи.

Что вело к пункту второму: деньгам для нашего начинания. У меня, после вычета ежемесячных расходов, оставалось очень мало, и хотя я знала, что папа всегда готов помочь мне с пчелами, у них с мамой тоже не хватало свободных финансов, и я не хотела, чтобы они думали, будто у меня проблемы.

– Я предпочла бы справиться своими силами. – Я слышала, что мой голос стал напряженным, северным, как у мамы, когда она пребывала в скверном настроении, и мне это не понравилось. – С Грейс я сама разберусь. Я знаю, что она поможет нам, если сумеет.

Тед что-то пробормотал, но мы слишком давно работали вместе, и он знал – как сейчас, – когда стоит оставить спор, чтобы он не превратился в ссору. Так что мы молчали, перетаскивая древесные обрезки к местному компостеру, и молчали по пути домой, и он ничего не сказал, когда я попросила его высадить меня возле парка, чтобы Бэджер мог побегать перед обедом, прежде чем мне придется ехать на дневную работу в Пимлико.

Зато мы оба много думали. И я почти слышала, как скрипят механизмы в мозгу Теда, с натугой перемалывая желание высказаться вслух.

Мы с Бэджером быстрой спортивной ходьбой обошли весь парк, и к тому времени, как я решила вернуться домой и сделать себе сэндвич (с процентами в награду за первоклассное вождение), мы запыхались и с головы до ног забрызгались грязью.

Я размышляла о том, какие клумбы можно будет посадить весной в этом мрачном саду Пимлико, но стоило нам повернуть на родную улицу, как все размышления просто сдуло, – на нашем крыльце красовалось нечто неожиданное.

Само по себе это не было сюрпризом – Джо регулярно получала цветы от своих благодарных клиентов, – вот только на этот раз нас ждал не привет от флориста. Я ускорила шаг, как и Бэджер, которому не терпелось понюхать новшество на своей территории.

Вокруг никого не было, так что к крыльцу я почти подбежала, убирая с лица взмокшие кудряшки. И, к собственному изумлению, обнаружила на нем ряд глиняных горшков, в каждом из которых что-то росло. Записки не оказалось ни в горшках, ни под ними, ни в почтовом ящике.

Кто мог их оставить? Не успела я додумать эту мысль, как отшатнулась от резкого звука: Бэджер начал лаять так, словно в доме был пожар. И в тот же миг я заметила движение на лестнице, ведущей к полуподвальной квартире Мэриголд, – раньше это была лестница для слуг, – и споткнулась еще раз, не успев обрести равновесие. Кто-то поднимался, скорее всего, не получив ответ на долгие звонки в ее дверь.

Я застыла. Что, если это Кит Пайк, вернувшийся за свидетельством о рождении своей лошади? Что мне ему сказать?

Бэджер продолжал притворяться сторожевым псом, лая голосом собаки действительно серьезного размера, и дернул поводок так сильно, что я его выронила. Пес метнулся на лестничную площадку, продолжая яростно гавкать, а затем, увидев, что незнакомец продолжает подниматься, Бэджер, к моему ужасу, вцепился зубами в его штаны.

– Бэджер! – завопила я. – Прекрати!

– Эй! Ну-ка хватит! – сказал мужчина куда мягче, чем Бэджер того заслуживал, – я мысленно обращалась к собаке совсем уж нецензурно, – и я тут же узнала его голос.

Обжигающий румянец зародился где-то у меня на лбу и быстро расползся по всему телу.

Это был не Кит Пайк. Это был Лео.

Это он поднимался по ступеням и выглядел немного не так, как запомнился мне в субботнюю ночь: на нем был рабочий костюм, а не джинсы и рубашка, но в остальном он остался прежним. Те же мягкие светлые волосы, смущенная улыбка, завораживающие голубые глаза.

Честно говоря, в костюме он выглядел еще лучше. Прямо как модель, рекламирующая эти самые костюмы, и при этом как человек, способный справиться с любой работой, требующей подобного дресс-кода. Мой мозг предсказуемо перешел в режим ожидания, отказавшись функционировать.

– Он не кусается, – зачастила я. – Он просто очень шумный, и… Бэджер! Прекрати! У него заскок по поводу курьеров. Я думаю, что один из них пнул его, когда он жил у моей бабушки… То есть я не хочу сказать, что ты выглядишь, как курьер, или что ты его пнул… Бэджер!

Мне наконец удалось наступить на поводок, как раз в тот миг, когда Бэджер снова рванулся в атаку, но Лео все равно успел отступить на шаг, потерять равновесие и удариться о перила крыльца.

Он развернулся и с громким звуком приземлился на каменные ступени крыльца, а я схватила рычащего Бэджера и зажала его под мышкой. Попутно жалея, что у реальности нет кнопки «отмотать назад», чтобы прожить ситуацию так, как я представляла себе последние четыре дня. Большинство придуманных сценариев заканчивалось тем, что Лео смеялся над моей остроумной фразой и приглашал меня на обед. И ни один из сценариев не подразумевал, что мне придется многословно извиняться еще до начала фильма.