Чтение онлайн

— Постараюсь, — вздохнул «гладиаторец», глядя, как ведьмачка подтаскивает обгорелый труп к Двери и заталкивает внутрь.

Под правым локтем что-то упорно мешалось. Глеб на ощупь провел рукой по поясу и наткнулся на рукоять конфискованного у солдата пистолета, про который уже успел напрочь забыть. Парень достал оружие и взвесил на ладони.

— Это тебе еще зачем? — отряхивая руки, поинтересовалась Инари.

— Пока не знаю. Я вот думаю — оставить его или лучше не стоит?

— Смотри сам, конечно, но от оружия, взятого против воли хозяина, обычно пользы не бывает. А уж от огнестрельного да при могильном тумане ее тем более не дождешься.

Глеб задумчиво провел пальцами по вороненому металлу. Соблазн оставить пистолет себе был велик, но здравый смысл в итоге все же одержал верх. Огнестрельное оружие было слишком заметной вещью, чтобы сохранить его появление в тайне, а явное использование действительно обещало больше неприятностей, чем пользы.

— Нет, — с некоторым сожалением решил «гладиаторец». — Думаю, оставлять его не стоит.

— Тогда выбрасывай. Незачем с собой лишний хлам таскать — тем более, такой.

Парень еще раз взвесил пистолет на ладони, вздохнул и запустил в Дверь, в которой только что скрылся солдат. Пистолет беззвучно исчез из вида.

— Вот и хорошо, — одобрительно сказала ведьмачка. — Ладно, пойдем отсюда, а то как бы опять в бурю не попасть. Нам и без того уже долгое затишье дали, не стоит дальше судьбу испытывать.

Она крепко сжала плечо Глеба, и унылый пейзаж Междумирья исчез, заместившись уже знакомым заброшенным домом из Гостеевки. В свете полуденного солнца он казался таким мирным и уютным, что у «гладиаторца» защемило сердце. В этот момент парень был по горло сыт всеми Пограничными мирами, какие только есть на свете. Хотелось только одного — просто сидеть на груде битого кирпича и смотреть, как колышется под ветром густая трава, выбросив из головы и уродливых обитателей Склепа, и обгорелый труп. Хотелось, да только никак не получалось. Ведьмачка тяжело опустилась на землю. Глеб уселся рядом.

— Наверное, ты была права, — сказал он, снова мысленно возвращаясь к недавним событиям. — Не стоило за ним вообще лезть. Все равно узнать ничего не узнали, а только лишние проблемы заработали.

— Это мы сейчас знаем, что не стоило — устало сказала Инари, зажмурившись. — А если бы не полезли, так до сих пор и гадали бы. Хотя к ответу на вопрос, куда делись Иван и остальные, это нас не приблизило. А проблемы… по-моему, они остались на том же уровне, на каком и были.

— Что будем дальше делать?

— Пока не знаю… Надо думать, а для начала подыскать какое-нибудь тихое место, где можно было бы передохнуть.

— Есть у меня одно такое на примете. Идем?

— Куда?

— Ко мне домой. Я тут живу неподалеку. То есть, отсюда, конечно, уже далековато, но явно поближе базы, тем более что туда нам все равно сейчас нельзя. Так что придется в квартире отсиживаться.

При упоминании о квартире Инари скривилась, но потом, подумав, махнула рукой.

— Ладно, показывай дорогу. Только чтобы поменьше с оружием светиться. Хватит с меня на сегодня пробивания Дверей, так что лучше не доводить дело до необходимости срочного побега. Получится?

— Постараемся, — пообещал Глеб. В этом вопросе он был полностью согласен с Инари, а потому сразу начал прикидывать маршрут, позволяющий минимизировать количество любопытных взглядов на дороге, ведущей к дому.

Спустя примерно полтора часа блужданий среди разросшихся, давно не стриженых кустов и изрисованных граффити заборов, они заскочили в подъезд кирпичного пятиэтажного дома по улице Николая Руднева. Скорее всего, добраться можно было бы и быстрее, но тут уже «гладиаторец» предпочел перестраховаться, выбирая обходные пути. За время, проведенное в дороге, он немного успокоился и, раз пять проанализировав сложившуюся ситуацию, пришел к выводу, что по-другому решить ее все равно не получилось бы, так что эмоции временно отошли на задний план, оставив после себя только неприятный осадок. Поднявшись на второй этаж, Глеб открыл входную дверь и посторонился, пропуская вперед ведьмачку. Та вошла, настороженно оглядываясь. Было видно, что в узком коридоре однокомнатной «хрущевки» она чувствует себя не в своей тарелке.

— Ну, не замок, конечно, — развел руками парень, — но на роль берлоги для ночевок подходит.

— Вполне, — отозвалась Инари, заглянула в комнату и одобрительно хмыкнула при виде наброшенной на спинку дивана волчьей шкуры. — Где это ты ее раздобыл? Ведь сам, помнится, говорил, что в ваших лесах ничего, кроме охотников, не водится.

— Через знакомых ребят у сибиряков купил, — пояснил «гладиаторец». — В общем, располагайся, чувствуй себя, как дома. Сейчас организую что-нибудь перекусить.

Оставив ведьмачку присматриваться к волку, Глеб отправился на кухню, по дороге забросив в стиральную машину пропитанные кровью камуфляжную куртку и футболку. Краткая ревизия холодильника оказалась неутешительной: по скудности запасов тот превосходил даже кладовые заброшенного Каер Морхен. Все, что «гладиаторцу» удалось найти, это неприкосновенный запас из нескольких пачек пельменей в морозильной камере и нераспечатанный пакет молока. Поскольку особого выбора все равно не было, Глеб поставил на огонь кастрюлю с водой и возвратился в комнату. Инари была занята тем, что внимательно изучала надписи на корешках книг по истории, которыми были забита подвешенная на стене двухъярусная полка.

— Если что-то заинтересовало, возьми, почитай, — предложил парень.

Ведьмачка отстраненно кивнула, наугад вытащила с полки одну из книг и раскрыла ее на первой попавшейся странице. Сам Глеб тем временем проверил сообщения, оставленные за время его отсутствия на автоответчике телефона. Слабая надежда, что Иван или кто-нибудь еще из клубных пытался с ним связаться, улетучивалась по мере прослушивания записей. На автоответчике обнаружилось четыре сообщения от матери с вопросами о самочувствии и просьбами перезвонить, одно от бывшей жены и с десяток от Ларисы — все с теми же просьбами. Все записи «гладиаторец» удалил без особого сожаления, после чего попробовал набрать номер Ивана. Приятный женский голос, чередуя русские и английские фразы, вежливо сообщил, что аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. С телефоном Кота была та же история. Глеб задумчиво посмотрел в потолок, решая, стоит ли звонить Ларисе и может ли она хоть что-то знать о происходящем. Ни малейшего желания общаться с ней у «гладиаторца» сейчас не было, и в результате раздумий Глеб пошел на компромисс и набрал номер матери, которой, по-видимому, требовалось очередное подтверждение того, что ее непутевый младший сын жив и здоров. В отличие от предыдущих попыток здесь «гладиаторца» ожидала удача — после пары гудков трубку сняли.

— Привет, мам. Звонила?

— Господи, ну, звонила, конечно, — ответила трубка. — Ведь и сам видел, зачем спрашивать? Лучше скажи, где ты был? Я всю валерьянку дома выпила. Тут такие страсти творятся, а ты не отвечаешь.

— Я из города уезжал, — решив не вдаваться в подробности, ответил Глеб. — А что за страсти-то?

— Куда уезжал? — тут же вопросила трубка инквизиторским тоном.

— Какая разница? Ты все равно этого места не знаешь.

— Значит, снова на фестиваль, — вздохнула трубка. — А ведь только-только вернуться успел. Все никак в игрушки не наиграетесь… Когда ж ты наконец остепенишься?

Глеб беззвучно застонал, запоздало жалея, что решил позвонить именно сейчас. Остепенение и подведение под общую гребенку было излюбленной темой для нотаций у его матери. Нотации обычно быстро не заканчивались, а на кухне, наверное, уже закипала вода под пельмени…

— Скорее всего, никогда, — торопливо сказал он, зная, что если не успеет вставить в краткую паузу хоть что-то, то рискует в очередной раз услышать биографию своего старшего, степенного, по мнению матери, брата с мельчайшими подробностями, включая те последние дни, что «гладиаторец» не выходил на связь. — Ты у меня только это спросить хотела?