Чтение онлайн

Страшно, ох страшно — и одновременно злорадно как-то от этой мысли. Соблазн сказать: «трын-трава» и разжать руки, расслабиться, наконец, сбросив величие сбросив тяжкую ношу, которая лежит и лежала на нашем народе. Но можно ли сбросить эту ношу, нашу суть? Можно ли отказаться от себя, оставшись при этом собой. Возможно ли вообще предать себя, оставшись самим собой?

А никого другого, кроме себя, предать вообще нельзя.

Не-а, еще повоюем!

Миллиардер Павел Гаркуша, крепкий краснолицый старик, похожий на гнома сидел в кресле возле бассейна и смотрел, как робот-садовник подстригает кусты в саду, придавая им идеально геометрическую форму. На лице миллиардера была написана хандра, которую страдавшие запором старики испытывают всякий раз после обеда.

Возле кресла Гаркуши, парясь в строгом костюме, стоял его секретарь Игорь Сычев и преданно смотрел на воду.

— Семьдесят лет — немалый возраст? — вздохнул Гаркуша. — Кто знает, быть может, это мой последний юбилей. Никогда нельзя быть ни в чем уверенным.

— Позвольте заметить, что здоровье у вас хоть куда, — заметил секретарь. –

В вашем роду все были долгожителями. Ваша бабушка в семьдесят пять лет вышла замуж на пятидесятилетнего и ухитрилась пережить своего мужа.

— Помолчи, Сычев, — строго оборвал его миллиардер. — Ты не знал этой женщины. Лучше посоветуй, чем мне развлечь гостей на приеме. Во всяком торжестве всегда, знаешь ли, должна быть изюминка.

— Вы многого добились в жизни, — уместно улыбнувшись, подтвердил секретарь. — Преуспевающая фирма по производству синтетического кислорода геологические разработки на Юпитере, подземное домостроение в Африке и сеть магазинов сексуального самообслуживания… Положение обязывает устроить что-нибудь особенное.

Гаркуша скромно улыбнулся белыми, недавно вживленными зубами и весомо сказал:

— Мне не хотелось бы обманывать ожидания моих гостей. Я хочу, чтобы мой юбилей запомнился надолго. Мне не нужны пошлые или второсортные развлечения…

Секретарь вздохнул. Он давно предчувствовал, что именно ему придется генерировать идеи. Именно за свежие идеи его и держали.

— Может, устроить охоту на динозавров? Или пикник в мезолите? — для разминки предложил он.

С тех пор, как в середине двадцать второго столетия изобрели машину времени, путешествия из прошлого в будущее и из будущего в прошлое вскоре сделались чем-то довольно заурядным.

— Охоту на динозавров? Пикник в мезолите? Какая пошлость! Такие развлечения еще могут сойти для деревенщины, но для человека с моим положением…

— Есть и иные варианты. Можно пригласить великих людей прошлого, например Царицу Савскую, Ивана Грозного, Наполеона. Они, я слышал, с удовольствием обедают на дармовщинку.

— Знаю я этих дикарей, — поморщился Гаркуша. — На свое пятидесятилетие я позвал их по глупости, и они сорвали мне прием. Мелкие чванные людишки! Цезарь чуть что хватается за кинжал, Наполеон жалуется на геморрой, а Клеопатра пыталась отравить моего шофера. Знала бы она, почему он ее отверг…

— Может… э-э… путешествие по кратерам Марса? — робко предложил секретарь. — Там, говорят, замечательные закаты…

— Не знал, что среди моих служащих есть поэты… — презрительно сказал Гаркуша. — Мне нужно что-то действительно новое, а не твои дурацкие затеи!

Расходы не имеют значения!

Секретарь задумался. Неожиданно он отвернулся и провел рукой по черной полоске усов.

— Я вижу, ты что-то задумал, Сычев. Опять какая-нибудь глупость? – нетерпеливо крикнул миллиардер.

Секретарь осторожно присел на краешек соседнего кресла:

— Знаете ли вы, какая существовала старая добрая традиция, в настоящее время, увы, забытая?

— Ты с ума вздумал меня свести своей болтовней? — спросил миллиардер.

— Имейте терпение. Напомню, что прежде в торжественных случаях вся семья собиралась вместе и в такой патриархальной обстановке справляла праздник. Все было чинно и солидно. Никаких путешествий во времени и охот на мамонтов.

— Ты принимаешь меня за идиота, Сычев? — перебил его миллиардер. — Я что сам не догадаюсь пригласить родных? Еще один такой гениальный план, и мне придется искать себе нового секретаря.

— Вы не поняли меня, — вскочив, торопливо продолжал секретарь. — Я действительно хочу, чтобы вы пригласили родственников… но… терпение!..

всех родственников. Всех ваших непосредственных прародителей за последнюю тысячу лет. Не только отца и мать, дедушек и бабушек, но и прабабушек, и прапрадедушек, и дедушек ваших прапрадедушек… Всю, понимаете, пирамиду! Для машины времени нет ничего невозможного… Все приглашенные в костюмах разных времен и эпох будут восхищаться могуществом и богатством, силой и мудростью своего прапра… и так далее внука, и радоваться, сколь многого он сумел достичь. И потом пресса! Представьте себе заголовки газет: «Вся семья в сборе». «Умиленная прапрапрабабушка на юбилее внука», «Воссоединение рода спустя тысячу лет»…

Миллиардер, прищурившись, уставился на своего секретаря.

— Воссоединить семью? Ты не так уж и плох, Сычев! Каждый будет узнавать своих родителей и бабушек, те своих и так далее до бесконечности. Никого не надо будет представлять.

— Кого мы знаем из своих родных? — демагогически развивал свой успех секретарь. — Самое большее деда, ну прадеда… А прапрадеда, а его отца, а отца его отца? Ведь каждый лишь часть пирамиды. И это воссоединение семьи после тысячелетнего сиротства совершите вы, вы!

— Гм… — сказал миллиардер. — Пожалуй в твоей идее что-то есть…

Традиционно и вместе с тем ново…

Секретарь незаметно улыбнулся — клюнуло! Гаркуша был тяжел на подъем, но если загорался какой-либо идеей, невозможно было заставить его изменить свое решение. Возможно, это и было главной причиной того, что он преуспел.

— И еще, — добавил Гаркуша, — рассылая приглашения, не забудь позвать ВСЕХ моих непосредственных родственников скажем, за последние две тысячи лет.

Точнее, от Рождества Христова. Справишься?