Чтение онлайн

Перед ним появилась поляна, туман стелился по траве, покрывая ее непроницаемым призрачным покрывалом. Пеньковые мишени стояли полукругом, в нескольких метрах друг от друга, как часовые.

"Ты тренировался", — заметил Темплер.

"Ну, если только немного. Я вернулся в город всего на пару дней, — сказал Стрингпул, улыбаясь. — Родители сказали, что ты приехал неделю назад?"

"Правильно. Мои войска встали лагерем в нескольких милях к востоку отсюда, и я решил, что могу навестить родные пенаты. Многое изменилось, я почти ничего не узнаю, — Темплер посмотрел на долину, лежащую внизу, на огромное пустое пространство, тянущееся на мили вперед. — Хорошее место для посевов".

"Моя семья развернулась не на шутку, с тех пор, как вы уехали. Была небольшая дискуссия, я думал, что не стоит сносить ваш старый дом, но это как-то излишне сентиментально. Особенно, если учесть, что под домом столько плодородной почвы".

Стрингпул осторожно вытащил лук. Это было настоящее произведение искусства, черное дерево и серебряная филигрань, лук сделали для него на заказ в Вэйресте. Он посмотрел на Темплера, натягивающего лук и почувствовал укол жалости. Это был обычный, многое повидавший лук, который был связан полосками ткани.

"Если они учат вас так натягивать луки, вам в армии явно нужны советники из академии, — сказал Стрингпул так вежливо, как только мог. — Ненатянутая тетива должна выглядеть как X в O. А твоя похожа на Z в Y".

"Меня это устраивает, — сказал Темплер. — Надо сказать, я не смогу заниматься этим весь день. Сегодня вечером я должен вернуться к своим войскам".

Стрингпул почувствовал, что старый друг начинает его утомлять. Если он злился на то, что его семья теряет свои земли, мог бы сказать об этом прямо. Зачем он вообще тогда вернулся на равнину? Он посмотрел, как Темплер натягивает тетиву, целясь в мишень, и закашлялся.

"Извини конечно, но совесть не позволяет мне отправить тебе обратно в армию, не дав тебе на дорожку немного мудрости. Есть три типа натяжения, тремя пальцами, большим пальцем и указательным пальцем, только большим пальцем и двумя пальцами. Вот натяжение большим пальцем, я предпочитаю именно его, — Стрингпул показал Темплеру маленькую кожаную петлю закрепленную на тетиве его лука, — В данном случае необходима такая штуковина, иначе ты рискуешь оторвать себе палец".

"Я думаю, что мой глупый метод нравится мне больше всех остальных".

"Не будь упрямцем, Темплер. Золотую ленту за просто так не дают. Я продемонстрировал им стрельбу из-за щита, с колена и верхом. Это практическая информация, которой снабжаю тебя, памятуя о нашей старой дружбе, которую я, в отличие от некоторых, еще не совсем забыл. Клянусь Кинарет, я помню время, когда ты был льстивым маленьким выскочкой, мечтавшим о подобных уроках".

Темплер несколько мгновений смотрел на Стрингпула, а потом опустил свой лук: "Покажи мне".

Стрингпул расслабился и снял напряжение. Он не тренировался, просто отвел лук назад, к бровям, усам, груди и уху.

"Есть три способа стрельбы: натяжение и выстрел, как одно движение, так делают босмеры; короткое натяжение и пауза перед выстрелом, так делают каджиты, и частичное натяжение пауза, итоговое натяжение, — Стрингпул выпустил стрелу в центр мишени с холодной четкостью, — И выстрел. Я предпочитаю этот способ".

"Очень мило", — сказал Темплер.

"Теперь ты", — сказал Стрингпул. Он помог Темплеру выбрать правильный тип натяжения, правильно поставил ему стрелу и прицел. На лице Темплера мелькнула улыбка — первый раз Стрингпул видел такое детское выражение на изъеденном войной лице. Когда Темплер выстрелил, стрела пролетела над мишенью и улетела в долину, исчезнув из вида.

"Неплохо", — сказал Темплер.

"Да, неплохо, — сказал Стрингпул, чувствуя, как его враждебность исчезает. — Если будешь практиковаться, сможешь прицеливаться лучше".

Они еще немного постреляли, прежде чем разойтись. Темплер начал долгий путь на восток к своему лагерю, а Стрингпул пошел по лесам вниз к равнине, где находился дом его семьи. Он мурлыкал себе под нос какую-то мелодию, которую выучил в академии, когда проходил по большому газону и подходил к двери, он был очень рад, что помог своему старому другу. Он не заметил, что большой витраж разбит.

Но он заметил это позже, когда вошел в большой зал и увидел стрелу Темплера, торчащую из его золотой ленты.

«Дух Хадж Мота стар. Даже пребывая в яйце, она уже мудра и стара. И ты также должен стать старым, если желаешь охотиться на неё».

Эта тема часто встречается в культуре и фольклоре Танцующих-в-Болотах — идея обратного взросления или преждевременного старения. Эта концепция, возможно, слишком противоречива для полного её осознания сторонним наблюдателем, и в этом нет ничего удивительного. У человека или мера жизненный опыт приобретается где-то в промежутке между прошлым и будущим. Для аргониан же время является чем-то более неопределённым и изменчивым.

Из-за этого существование и доминирование культурного календаря Танцующих-в-Болотах приводит к ещё большему замешательству. Танцующие-в-Болотах саксхлил и многие их соседи по региону строго следят за последовательностью смены месяцев и лет; природа тамриэльского года для них циклична. Некоторые учёные утверждают, что этот календарь является всего лишь пережитком древних времён — эпохи великой аргонианской каменной скульптуры. Согласно этой теории, календарь сохранился в качества наследия старинных традиций, даже несмотря на явное противоречие нынешним ценностям саксхлил. Я в этом не уверена.

Не так давно я поинтересовалась у одного аргонианского старейшины, как они могут воспринимать время таким расплывчатым и переменчивым и в то же время вести на удивление точный календарь. Он просидел в неподвижности, казалось, целую вечность. Наконец он заговорил:

«[Календарь] подобен чаше с водой. День и ночь плавают в ней».

Я могла бы сказать, что он не был удовлетворён своим ответом, однако смирился с ним. Его разочарование было связано одинаково как с ограниченным владением сиродильским, так и с недостатками родного языка. Видите ли, насколько я могу судить, в джель нет категорий времени; по крайней мере, нет ничего, что мы могли бы признать за время. Наиболее близкой заменой, какую я слышала от переводчиков, будут слова «старый» и «новый». Они много говорят об «изменении» и «становлении» — слова, которые подразумевают движение вперёд. Но опять же, эти слова намеренно опутываются всевозможными мистическими терминами и концепциями, которые даже мне сложно расшифровать.

Я приложу все усилия, чтобы прийти к пониманию, однако сомневаюсь, что тёмный омут когда-либо станет абсолютно прозрачным.

От издателя:

История этого письма почти так же интересна и загадочна, как и его содержание. Копии первоначального письма стали распространяться в Эшленде Вварденфелла несколько месяцев назад. Через какое-то время один экземпляр попал на материк к принцу Хлаалу Хелсету. Хотя читатель может подумать, что принц должен был невероятно разозлиться, прочитав это письмо, его реакция была совершенно иной. Принц и его мать королева Барензия сами сделали копии этого письма и послали их во все библиотеки и все книжные магазины Морровинда.