Чтение онлайн

Наверняка вам удастся поумнее распорядиться его деньгами.

Теперь вы знаете все необходимое, чтобы стать богатым и уважаемым охотником на троллей. Так вперед! Выбирайтесь наружу и начинайте искать троллей!

Примечание редактора: Это единственный уцелевший фрагмент хроник этой секты Алессианского ордена времен Первой эры. Вероятно, они хранились в гигантском монастырском комплексе на озере Канулус, который был разрушен в период войны Справедливости (1E 2321), а архивы уничтожены или разграблены.

Заметим также, что алессианские писцы того времени обыкновенно исчисляли даты с момента Вознесения Алессии (1E 266).

Здесь записаны события года 127-го эпохи Благословенной Алессии.

В том году выдался такой день, что свет померк, а Солнце стало подобно Массеру трех дней от роду, и в полдень завиднелись на небе звезды. То случилось пятого числа месяца Первого зерна. Все, кто узрел сие, ужаснулись и сказали, что вскорости следует ждать великих потрясений. Так и вышло, ибо в тот же год из древнего эльфийского храма, называемого Малада, выступила огромная рать демонов, какой не видели со времен короля Белхарзы. Те демоны осквернили землю, и люди не могли более пахать, сеять и собирать урожай. Обратили свои взоры люди к братьям Марука и взмолились о помощи. Тогда аббат Космас собрал братьев и повел их в Маладу, или "Великий собор" по-эльфийски. Не смогли демоны противостоять священному пламени, и были уничтожены, а с ними были сожжены их дьявольские реликвии и книги. И настал на земле мир на долгие годы.

В незапамятные времена, когда первые люди только ступили на землю Скайрима, в городе Саартал жил великий маг. Когда он был мальчиком, его дар к магическим искусствам поражал учителей. Когда он вырос, то превзошел их всех. Не найдя среди своих сородичей достойных учителей, он покинул жену и ребенка и отправился к эльфийским волшебникам.

Прошел год, затем второй и третий. Когда он наконец вернулся в Саартал, то нашел лишь руины. Эльфы разорили город, а все жители погибли или пропали. Среди пепла, на дымящихся развалинах родного дома, он дал страшную клятву мести. И отсюда пошло имя, которое ему дали легенды: Азидал, ожесточенный разрушитель.

Один, он не мог сделать ничего. И тогда он понял, что время еще не пришло, и погрузился в свое искусство глубже, чем кто-либо до него. От двемеров он научился семи природам металлов и тому, как их гармонизировать. От айлейдов узнал о древних рунах и магии рассвета, которую даже эльфы стали забывать. Он путешествовал к фалмерам, каймерам и альтмерам, беря от всех лучшее, а сам тем временем думая, как сможет обернуть против них полученные знания.

В некий момент до него дошли разговоры об Исграморе и его Соратниках, только что прибывших из Атморы. Три дня и три ночи он ехал на север и встретил их, когда они высадились на покрытый льдом берег близ руин Саартала, которые эльфы, ожидая их, превратили в крепость. Он предложил Соратникам свою помощь и все, что создал за годы трудов. И когда атморанская сталь впитала его чары, эльфы пали перед ними, и месть была свершена.

Но он не испытал удовлетворения. Его искусство стало его жизнью, и жажда нового все еще снедала его, заставляя углубляться в магию все более. В итоге он опустошил сокровищницу знаний эльфов, но этого было ему недостаточно. Он искал секреты драконьих рун и заслужил место среди их верховных жрецов, но и этого ему не хватило. В конце концов он обратил взор к измерениям Обливиона и нашел там и силу, и безумие.

Некоторые говорят, что однажды он отправился туда, чтобы никогда не вернуться. Другие — что его предали его же товарищи, драконьи жрецы, и то ли убили, то ли заставили затаиться в руинах под его любимым Саарталом. Скаалы Солстейма считают, что он бежал на их остров и был заточен в глубинах кургана Колбьорн вместе с последними из его творений.

Но все это легенда, популярная среди бардов Винтерхолда. Какова бы ни была правда, история об Азидале содержит важное предупреждение: в погоне за совершенством нельзя допустить, чтобы целью стала сама погоня.

Граф Вайтарн, который возвел свою крепь из грязи Деменции и обустроил ее, протягивал руку дружбы любому, кто готов был признать себя вассалом. Окрестные племена фанатиков объединились под его властью для защиты его земель и границ, и так шла жизнь графа на островах. У них с графиней Мейвин родились Ксаран и Нвила, первые отпрыски Вайтарнов.

Мать Ксарана верила, что, заполучив надлежащее политическое влияние, ее сын будет в состоянии свергнуть Шеогората и привести Дрожащие острова к процветанию. А отец, граф Вайтарн, вообще отказывался признавать Шеогората, почитая себя и своих наследников бесспорными правителями царства.

Это, разумеется, бесконечно забавляло Безумного Бога, и потому он не стал препятствовать браку Ксарана с Зерцалом-Открытий, дочерью аргонианской няньки, полагавшей, что в мире смертных ее дочь ожидают лишь ненависть и притеснения.

Нельзя было пожелать лучшей графини для Ксарана, чем Зерцало-Открытий, ибо единственным желанием ее было принести честь и славу принявшим ее дому и графству. Годами ее разум оставался незамутненным, несмотря на жизнь в самом сердце Деменции. Увы, никто не может долго пребывать на Островах без того, чтобы его коснулось благословение Шеогората, и Зерцало-Открытий в конце концов потеряла рассудок из-за неверности графа, своего супруга.

Ксаран был одержим идеями кровной верности и не доверял никому, с кем не имел кровного родства, включая свою жену. Хотя Зерцало-Открытий родила графу сына (который исчез с Островов на двадцатом году жизни), известно, что они делили постель все реже по мере того, как усиливалась паранойя Ксарана. В конечном счете он бросился в объятия своей родной сестры Нвилы, которая родила от этой кровосмесительной связи наследника трона Сесрина. Некоторые из нас застали правление Сесрина и помнят его вклад в падение Вайтарна.

Жестокий по натуре и вспыльчивый Сесрин искал врагов там, где их не было. В первые же дни на троне Вайтарна он стал истреблять все племена людей, меров и животных в пределах видимости с башен оплота, пока не извел их под корень.

В течение его краткого правления значительная часть юго-восточного побережья Деменции была небезопасна для путешественников. Ландшафт ее "украшали" тела тех, кто незаконно проник в земли Вайтарна — их привязывали к деревьям в качестве пограничных знаков. Помимо своих садистских наклонностей, граф Вайтарна Сесрин был также известен слабоумием и хилым здоровьем.

В самом деле, Сесрин родился с разными по длине ногами и дышал с тяжелым хрипом. В пору его юношества учителя просто отчаивались, пытаясь научить этого кретина хоть чему-нибудь. Няньки и мамки окружали его, на каждый его чих у них были заготовлены бальзамы и припарки, доставленные со всех концов Островов. Достигнув совершеннолетия, он отослал их всех прочь, грубо и беспардонно.

Со временем Сесрин становился все более замкнутым (возможно, унаследовав эти черты от отца), и терпел присутствие лишь нескольких избранных придворных. Его видели на людях только во время организации очередного рейда его вассалов-фанатиков по окрестностям.

Неожиданно для всех он, наконец, внял настоятельным просьбам своих советников и даже временно прервал свои грабежи, чтобы жениться и обеспечить продолжение благородного рода Вайтарнов. Угасающий от болезни граф избрал себе в нареченные энергичную крестьянку из коммуны еретиков в дебрях Мании. Воистину, графиня Джайдин являла собой полную противоположность супругу. Вассальные фанатики, долгое время верно соблюдавшие древнее соглашение с графом Витрейном, сочли этот брак отступничеством. Напряжение все возрастало, а состояние здоровья Сесрина все ухудшалось, пока он не угас окончательно и на трон Вайтарна не взошел его юный сын Сирион.