Чтение онлайн

Мне почти не о чем рассказать, разве что об очередном приснившемся кошмаре про войну. Полагаю, им подвержены многие из тех, кому довелось воочию узреть ее ужасы. Когда я пишу об этом, становится легче.

Получил письмо от Андурса из Вайтрана. Он приглашает к себе, и думаю, я соглашусь. Давно я уже не был в этом городе.

Я опасаюсь лишь талморцев. Я слышал, Скайрим кишит их агентами, искореняющими почитателей Талоса. Надо постараться держаться в тени.

Вернулся из поездки в Вайтран и заметил, что здесь цветет крайне мало цветов. Весь остальной Скайрим усеян огненно красными и пронзительно синими цветами, а в нашем городе их лишь жалкая малость.

Я постараюсь это изменить. Было бы неплохо оживить это угрюмое место какими-нибудь цветами. Возможно, мне удастся заручиться помощью Теклы.

Большую часть дня провел, утешая Лода, который получил известия о смерти своего кузена Гримсвотра. В юности они были весьма близки, так что Лод пил и предавался воспоминаниям детства. Трогательно и вместе с тем печально.

Сегодня через Фолкрит проходил странствующий разносчик. Я купил у него немного ароматических палочек. Это был милый нордский юноша, следующий стопами своего отца. Кажется, его звали Валбьорн.

Несколько дней спустя один из городских стражников заметил стаю птиц-падальщиков, кружащих у дороги. Он обнаружил труп молодого Валбьорна, ставшего жертвой бандитов.

У меня тяжело на сердце, хоть это и неправильно с моей стороны. Жизнь и смерть, рост и изменение, смена времен года — все это проявления могущества Аркея. Мне не следовало бы так удручаться из-за смерти молодого человека. И все же…

Через город проходят путешественники, рассказывая о том, что по всему краю лето в разгаре. Сейчас в Скайриме самые теплые дни, но только не в Фолкрите. Здесь лишь серое небо, туман и дожди. Всегда зябко и сыро, какое бы ни было время года.

Солаф спрашивал меня сегодня о погоде. Говорил, что в пристанище мертвых, каковым является наше великое кладбище, власть Аркея должна быть безраздельной. И, хотя Аркей является Владыкой Времен Года, здесь погода почему-то совсем не меняется.

Я ответил, как сумел. Разъяснил, что в Фолкрите Аркей действительно пользуется большой властью, но он предпочитает держать его в таком виде, степенном и сером. Надеюсь, хоть отчасти это было правдой, но кому ведомы мысли бога?

Опять снилась война, но в этот раз кое-что изменилось.

Я вел небольшой отряд альдмерских боевых магов на задание вглубь имперской территории. Мы приблизились к нашей цели — к складу снабжения близ Чейдинхола, — как вдруг небо внезапно омрачилось.

Над нами пронеслась огромная тень, и последовал столь ужасающий рев, что кровь застыла в моих жилах. Нечто летало прямо над нами, столь огромное и темное, что едва не застилало солнце.

Затем сон поменялся. Я был здесь, в Фолкрите, и проводил отпевание над новопреставленным, хотя и не помню, кто это был. Краем глаза я заметил, что ко мне подходит незнакомец. Я обернулся, чтобы посмотреть, но тут снова налетела тень, за нею рев, и я проснулся.

Размышляя об этом сне, я не могу не задаться вопросом, не дракон ли это был? Как мне могло присниться подобное существо, если я никогда их не видел? Он казался таким правдоподобным во сне, но теперь воспоминания блекнут.

Не могу сказать, что это значит. Пожалуй, ничего.

Отроггар говорит, что встретил у северного побережья незнакомый вид рыбы. Я спросил, был ли он при этом пьян. Он настаивает, что в тот раз был трезв.

Что-то другое, кроме трески, пикши или селёдки, было бы интересно поймать. Наверное, можно будет даже продать улов в Солитьюде! Стоит отправиться в дорогу.

Отроггар сказал, что у рыбины горбатая спина, на пузе полдюжины плавников, а морда — сильно вытянутая с закруглением на кончике. Ещё он сказал, что в пасти полно зубов, и она очень быстро плавает. У берега мелькала всего одна, но ему кажется, что он разглядел и других на глубине подальше.

Если Отроггар и правда не был пьян, как обожравшийся лунным сахаром каджит, скажу, что это звучит заманчиво. Надо взять с собой наживку. Я как-то поймал акулу, даже двух. Уверен, что и с этими не сложнее будет.

Если ты читаешь это, беги. Прыгай в свою лодку и греби так быстро, как только сможешь. Здесь нет никакой безопасной гавани, никаких сокровищ, стоящих того ужаса, что ждет тебя. Это чудо, что ты еще жив.

Мы вышли в открытое море из Каприза Иафета. Халдин послал нас на поиски заброшенных островков и неизвестных никому пещер. Он сказал, что нам нужны тайники по всему Тамриэлю, чтобы прятать сокровища, которые мы вскоре награбим. Он спятил. Мы в этом деле новички, и у нас стоят задачи поважнее, чем тайники. У нас даже имени пока нет.

Но я держал рот на замке, не спорил и делал, что велели. Лучше бы Девять посоветовали мне не молчать…

Этот остров показался таким мирным, таким нетронутым. Хорошее место для тайника. Бьорд и я остались, а все прочие пошли на разведку. Вскоре мы услышали крики. Мы высунулись и посмотрели за камни, я даже не могу описать, что мы увидели, хотя никогда этого не забуду. Кровь. Боги, сколько крови…

Когда Бьорд увидел, что сделали эти чудовища, у него душа ушла в пятки. У меня же, напротив, разгорелся огонь в груди, ненависть комком сжалась в желудке, булава сама собой оказалась в руке. Я велел Бьорду бежать и сказать остальным, чтобы никогда сюда не приходили. Я остался, чтобы написать это предупреждение всем, кому не повезет высадиться на этом островке.

Теперь, когда я это сделал, мне осталось одно. Я собираюсь убить столько чудищ, сколько смогу. Может, попробую убить и большую тварь.

Может, я сделаю это. Может, я всех их убью. Может, островок станет безопасным местом. Но я сомневаюсь…

Это, все-таки, свершилось. Она окончательно спятила. Мне следовало сбежать, пока была такая возможность. Могущество, таящееся в этих пауках, ударило Мерилар в голову. Кто мог догадаться, что эти крошечные альбиносы — вместилище подобной магии?

Сидеть взаперти в клетке невесело, несомненно, зато так я могу больше сосредоточиться на работе. А она, интересно, что думала? Моя сестра должна была знать, насколько я предан своему делу. Хотя сейчас не могу ее винить. Кто знает, какими парами ей пришлось дышать в процессе экспериментов, и что они делают с человеческим мозгом? По крайней мере, я в норме. А может, не в норме, может, мне только так кажется? Может быть, на меня эксперименты оказали то же воздействие, что и на нее?

Великолепно! Похоже, любого из простых пауков можно модифицировать, чтобы изменить его поведение. К примеру, вставив рубин в брюшко альбиноса, можно создать паука, который прыгает на своих жертв и взрывается. Добавив щепотку соли, получаем на выходе паука, который не взрывается, а вспыхивает ярким пламенем. Я бы еще поэкспериментировал, но, похоже, что разбойники, на которых мы испытывали управляемых пауков, все еще взаперти. Мерилар не хочет, чтобы я их выпускал. Возможно, их там слишком много, и она боится, что не справится?