Чтение онлайн

Только тогда Гиви разрешил ей сесть. При этом сесть Марине приказали за столик вполоборота, так, чтобы всему залу было видно как, в каком виде она сидит. Марина сгорала от стыда, от позора. Ее руки дрожали, а когда ей подали бокал с шампанским, часть его расплескалось на скатерть.

Давясь, женщина пила ледяной шипучий напиток мелкими глотками, не смея поднять глаз на сидящих перед ней мужчин. Она представляла себе, что сейчас думают и говорят о ней десятки людей в зале.

Понимала, что, вероятно, Гиви доставляет удовольствие вот так публично унижать ее, добиваясь ее повиновения.

Ему льстило, что все видят, как беспрекословно слушается его красивая молодая дама, как бесстыдно она задирает свое платье у всех на глазах. Не всякая проститутка согласиться на такое, а вот она, делает это. Почему?

Марина ловила, вернее чувствовала на себе взгляды из зала в основном похотливые, часто презрительные, иногда недоумевающие и жалостливые.

Принесли большую коробку шоколадных конфет, а только взглянула на них, когда Гиви предложил угощаться. Ей не хотелось есть, ей не хотелось пить, ей даже теперь уже не хотелось, сломя голову убежать отсюда, чего же ей хотелось?

Гиви отошел от столика на несколько минут, а она осталась сидеть с его приятелем. В зале многие начали танцевать, потом заиграла музыка.

Многие мужчины приглашали дам с соседних столиков. Но к ней никто не подходил. Вокруг их столика будто сгустилась определенная аура, которая показывала всем, что сюда просто так подходить не стоит, что здесь чтото происходит…

Вернулся Гиви. Он весело взглянул на неподвижно застывшую в своей позорной позе Марину и сказал:

«Вот что. Ты тут одному парню приглянулась. Мы то сегодня все равно от тебя уже ничего не хотим. Нам вредно так долго возбуждаться, доктора не рекомендуют. А ты, пожалуй, пойди, познакомься с человеком».

Вот оно. То, о чем боятся подумать все женщины, и все-таки каждая хоть раз в жизни думает. То, о чем смутно, страшась сказать себе самой, думала изредка Марина. То, что сегодня должно было прийти ей самой в голову, но почему-то именно сегодня и не пришло…

Женщина подняла свои глаза на Гиви. Он в упор смотрел на нее нагло и требовательно. И, что самое главное без намека на сомнение в том, что она его послушается. Вот это именно и добило Марину. Эта его полная уверенность в том, что она законченная шлюха… Голос Гиви был спокойным и вальяжным: «Ты сейчас подойди к нему. Вот он, за тем столиком у стены, в синем костюме. Поняла? Да смотри, постарайся ему понравиться, он нам неплохо за тебя заплатил. Недаром же я тебя выставил, как на выставке». Гиви, довольный, засмеялся.

Приятель его подхватил. Чтобы не слышать хоть сейчас их радостного хрюканья, Марина встала, и сделала несколько шагов. Весь зал смотрел на нее. Всем было ясно, Что представление продолжается. Марина медленно шла по залу, Опустив голову, под взглядами людей.

«Меня купили, и даже неплохо заплатили моему хозяину сутенеру. Я шлюха, я шлюха» повторяла она тупо про себя, «Тебя купили, и ты идешь к клиенту, несчастная шлюха. Иди и улыбайся. И старайся понравиться, работать хорошо, а то твой хозяин тебе задаст. Иди, иди» повторяла женщина.

Все-таки недаром «судьба» женского рода, — подумал Олег, — иногда она, как и женщина, откалывает такие странные шутки». Вот к примеру, он проснулся сегодня утром в своем номере на базе, потом отправился погулять по лесу, там его угораздило заблудиться, и теперь он лежит на чужом диване в маленьком деревенском домике. А хозяйка этого домика, молодая и красивая женщина, спит сейчас в соседней комнате. Она назвалась Яной и на вид ей было около 30. Олег отчетливо слышал ее прерывистое дыхание и представлял, как медленно опускается и поднимается ее высокая грудь. Он вдруг подумал, что она должна быть потрясающей, судя по тем, туго обтянутым платьем, округлым выпуклостям, которые сразу бросились ему в глаза. Ласкать их, наверное, одно удовольствие.

Внутри вдруг что-то слабо заныло, а в горле пересохло. Он кашлянул и тихо позвал:

— Яна.

Она отозвалась не сразу, но голос ее показался ему чистым, не спросонья. Значит, она не спала.

— Попить бы.

Пока Олег, сидя на постели, жадно пил холодное молоко, Яна стояла рядом. Он ощущал ее аромат, но это был не искусственный запах духов, а смешанный аромат цветов, каких-то душистых трав и необыкновенной свежести. Полоска лунного света проникала через окно в комнату, просвечивала на ней сорочку, и Олег ясно видел перед собой большие, пухлые соски и гладкий, плоский живот.

Ему показалось, что не холодное молоко, а раскаленная магма разлилась в нем: его бросило в жар, тело напряглось и потребовало освобождения.

Яна взяла у Олега недопитую кружку и поставила на стул. Не говоря ни слова, она спустила сначала одну лямочку рубашки, потом другую, затем высвободила из них руки и сбросила ее на пол. Олег тихонько застонал и подвинулся к стенке. Яна легла рядом. Он почувствовал на плече что-то упругое и тяжелое, а бедро защекотало нечто пушистое и мягкое. От неожиданности Олег вздрогнул.

— Мальчишка ты совсем, — хрипло проговорила она, — молоко вон на губах…

Кончиком языка она провела над его верхней губой, потерлась об нее губами, потом вдруг всунула ему в рот язычок. Языки их сплелись. Дыхание ее обжигало, как пламя, искры которого разлетались по всему телу, а она все сильнее прижимала свой властный рот к его губам. Насытившись ими, она скользнула по шее, груди, коснулась языком его сосков, от чего они стали твердыми, как крошечные бусинки. Казалось не было ни пятнышка на теле, которого бы она не поцеловала. Руки ее творили чудеса. Они были везде: он чувствовал их на плечах, груди, животе, а Яна опускалась все ниже. Распахнув одеяло она аккуратно сняла с него плавки.

— Какой он у тебя! — восхищенно произнесла она. — Стоит как ровно, а какой крепкий… Сейчас я, сейчас…

Она села у Олега между ног. Взяв его за правое колено, она согнула его и отвела в сторону. Подушечкой указательного пальца она провела по члену сверху вниз и облизнув пересохшие губы, проделала то же самое языком.

— Головка у него, как спелая клубника и такая же сочная.

Ни одна девушка не говорила ему ничего подобного. Они вообще никогда не разговаривали, а просто трахались. А сейчас было все иначе. Ее откровенный шепот безумно возбуждал его. Он почувствовал прикосновение ее губ там, пониже члена. Яна взяла в рот нежный мешочек и чуть-чуть пососала его, от этого член напрягся еще сильнее. На мгновение она накрыла его весь своим ртом и Олег ощутил кончиком члена маленький язычок у нее в горле. Он застонал и потянулся к Яне.

Запустив пальцы в ее густые черные пряди, он обхватил затылок. Ее рот был невероятно сильным, а губы чувственные и живые. Они сжимали пенис и в то же время ласкали его. Иногда, языком она вдруг легонько раздвигала дырочку головки, щекоча ее и облизывая, а потом обводила им вокруг члена и впивалась в него словно младенец в материнскую грудь.

Правой рукой она сжимала его бархатистую кожицу и быстро перебирала ее пальчиками. Ее левая рука поглаживала его бедро, живот, руку. Олег вдруг почувствовал, как силы покидают его и устремляются в одном направлении к разбухшему, готовому вот-вот взорваться органу.