Чтение онлайн

Возможно и не так, но мне показалось, что легкая улыбка скользнула по ее прекрасным губам. Она могла быть довольной, она смогла возбудить такой член, да и у всех присутствующих мужчин тоже. Я чувствовал, что скоро у меня лопнут брюки и незаметно опустил руку под стол.

Наверняка, в таком положении находился не я один.

Странно, но никто из двоих не издавал ни звука. Было слышно, как ударяются друг о друга их тела, как громила в высшей степени возбуждения, полулежа на коленях и опираясь на локти, колотил ее влагалище. А также чавкающие звуки, когда этот член то входил, то выходил из обволакивающего его узкого ущелья. Ее ноги были расставлены как можно широко, а руки нервно скользили по необъятной спине партнера. Но она все еще не издала ни единого звука.

Теперь кушетка вновь была сбоку от меня. При каждом толчке я отчетливо видел, как входила внутрь эта дубина, чтобы мгновение спустя вновь появиться на свет, блестя от покрывавшего его любовного сока. Ну и чудеса, мне показалось, что ему действительно удалось проникнуть вглубь влагалища еще на несколько сантиметров.

Но дальше дело не пошло. Этот парень вдруг начал громко и прерывисто вскрикивать, в то время как она все еще не издала ни звука.

Улыбка на губах лежавшей под ним партнерши стала шире, побледнее. И чтобы ускорить дело, ее рука скользнула вниз, между ног мужчины, и крепко ухватилась за его мошонку. Ну вот и конец, они кончили и занавес опустился…

Мы сидели в краю от дороги в моем «порше».

Через несколько секунд она бросилась на меня с гневными, но все же детскими словами. При этом она гневно смотрела на меня.

Вместо ответа я одним движением притянул ее к себе. Она попыталась сопротивляться, Но это ей не помогло. Насколько это было возможно, я разложил ее у себя на коленях вверх попкой. Одним движение спустил вниз белые трусики, и в темноте салона засиял ее великолепный крепкий зад. Моя рука ходила по нему вверх-вниз, всякий раз награждая попку громким шлепком. Несколько секунд она вела себя спокойно, наверное была ошеломлена, потом разразилась потоком брани, после чего вдруг громко захлюпала носом. Растроганный, я остановился. Я медленно поднял ее, погладил по волосам. Ничего не поделаешь, она была слишком вкусным блюдом, чтобы по-настоящему злиться на нее…

При этом она забарабанила своими кулачками по моей груди. Вдруг я почувствовал, как она стала стучать ногами. Неожиданно оказалась у меня на коленях в сидячем положении, энергично хозяйничая у меня в брюках.

Сначала я хотел отбить ее попытку, но затем почувствовал, как к моему быстро вскочившему из брюк Джону прикасаются мягкие теплые срамные губки.

Поглаживая меня, Нина положила свою головку мне на плечо, в то время как ее маленькая рука энергично устанавливала в нужное место того, кто должен был доставить ей небесное наслаждение. Небольшой точек — и крепкие срамные губки впустили толстого завоевателя во влажно-теплое убежище. Еще точек — и он, а точнее, я, наполовину торчал во влагалище девушки. Теперь уже невозможно было остановиться.

Быстро завернув вверх пуловер, я ласкал протянувшиеся ко мне ее груди, соски которых мгновенно стали крепкими, как две вишневые косточки.

Она страстно начала свое дело, прерывисто дыша и постанывая.

— Да, а-а, Сэм, вот и пришла твоя очередь. Ты чувствуешь это? Ты чувствуешь меня? Да-а, теперь-то уж я обработаю тебя и твой гордый раздувшийся кран, который ты все время хочешь вставлять в таких девушке, как я. О-о, а-а, теперь я покажу тебе…

Голова у меня закружилась, из груди вырывались глухие стоны. Я отклонился назад и дал делу свободный ход. Семя уже фонтаном выстрелило в мягкое отверстие. Нина вскрикнула. Вряд ли она успела испытать оргазм, но, наверное, ей хватило удовлетворения, которое она доставила мне в считанные минуты. Она, все еще нежно прижавшись к моей груди, легкими движениями выдавила из меня последние капли.

Она быстро натянула трусики, подоткнула между ног мой платок и уселась мирно рядом со мной.

Я и Михаил — буферники. Буферники — это определенная социальная категория мужчин.

«Не секрет, — сформулировал однажды Михаил, что культурный уровень женщин в среднем выше, чем у мужчин в силу традиционного пьянства последних. Таким образом возникает дефицит приличных мужчин, поскольку достаточно большое количество женщин не может найти себе партнера согласно своим культурным запросам. Но в то-же время есть люди, достаточно интеллигентные, и обслуживающие сразу всю эту массу несчастных, т.е. создающие как-бы буфер между самими женщинами и поисками ими мужа. Это и есть мы — буферники. К радости высоконравственных особей можно смело сказать — нас очень немного, но люди мы творческие.» В частности, целью нашего с Михаилом исследования был уличный клей (т.е. знакомство с женщинами на улице) и выработка основных положений теории. Уличный клей — в отличие от других видов клея позволяет достичь наибольшей свободы в выборе контингента, ибо в других местах происходит подбор по интересам. Например, в мире рок-музыки положение вообще катастрофическое. Как правило, женщины там — это гнусные, прокуренные тусовщицы, глупые и несимпатичные, да и тех на всех явно не хватает. Зато хватает там всякой венерической заразы. Другое дело — улица. Сложность представляет лишь укоренившееся табу на уличные знакомства, особенно в Москве и особенно у памятника Пушкину. Это связано с бытующим заблуждением, что «с приличным человеком на улице не познакомишься». А в театре почему-то можно. А в чем, спрашивается, разница? Просто дело в том, что по нашим статистическим исследованиям существуют два превалирующих метода уличного клея Первый — для дебилов: «Девушка, вы не дадите закурить?» или «Девушка, вы не скажете, который час?»— это в 80% всех попыток.

Второй — садятся на другой конец лавочки и, начав раз говор, скажем, о погоде или комментируя прохожих, или с радостного: «Девушка, я вас где-то видел!» медленно начинают двигать нижнюю часть туловища по скамейке — «метод дрейфа » — 15%.

Оба метода одинаково обречены и одинаково дискредитируют всю идею. На самом деле, уличный клей распадается на решение ряда задач, каждая из которых реализует одну из нижеприведенных концепций.

1. Концепция мест — одна из основных в единой теории спортивно оздоровительного клея.

«А знаешь, — изрек однажды Михаил с похотливеньким блеском в глазах, — что есть места, где снять девушку раз в десять легче, чем где-либо?».

«Наверняка, но где они? Кабаки — не то, там мажоры и лимит, коих мы не переносим».

«Хочешь одно навскидку? Это киноафиша при выходе из Кадашевских бань!».

«?».

«А представь психологическое состояние человека после бани. Настроение — во! Время — есть! У мужиков первая мысль по стакану! А у девушек? Первый шаг — к афише. Вот там и клей. Проверено!» Концепция мест реализует точное отсутствие целевой установки.

Это места, где у людей нет конкретной задачи, есть свободное время и слегка скучно. Это скверы, парки, бульвары, пляжи, кофейни, афиши и др. По темпу поведения человека в этих местах отсутствие целевой установки определяется с гарантией 100%.

2. Общий отбор — по внешнему признаку. По общепринятой пятибалльной системе — подходить к девушкам не ниже 3+, по одежде, по манерам, по отсутствию целевой установки. Наличие целевой установки служит барьером в общении. Человек, особенно девушки, не может, как правило, нормально общаться и думать о покупке колготок одновременно.

3. Предлагается одному подходить к двум девушкам. Если их двое, то скорее всего отсутствует целевая установка, они более раскрепощены. Статистика показала, что у одиночек срабатывает защитный комплекс, ибо к одной ты пристаешь (грязно, разумеется), а к двум, по определению, пристать нельзя. Есть, правда, один подводный камушек — убрать вторую, но это дело техники. По собранной статистике, вариант «один к двум» — наиболее результативный. Подход «два — к двум» не рекомендуется. Остерегаться пар с соотношением: 1–4 балла, 2–2 балла и ниже. Номер два дико злится и мешает вам работать, справедливо понимая, что подошли вы не ради нее.

4. Начальная фаза клея — одна из самых сложных. Подход должен производить естественный отбор — фуфло в сторону показать, что ты не имеешь ничего общего с уличными гопниками, обязательно рассмешить (а значит расслабить), нужно мягко подать себя, и все это — якобы только для нее, т.е. нужно выглядеть в меру дилетантски. Возможны два варианта а) привязка первой фразы к внешней ситуации, показав при этом способность проявлять незаурядный оптимизм в повседневной жизни, но, увы, внешних событий может и не быть, или на вас найдет приступ дебилии б) более надежна предварительная заготовка, но нужно выдать образцово выполненное домашнее задание за импровизацию, пусть и не связанную с происходящими вокруг явлениями. Одна ко желательна максимальная привязка к местности, иллюзия импровизации маскирует стержень домашней заготовки.