Чтение онлайн

Он замахнулся кулаком, ударил Хелен в висок… и она погрузилась в темноту.

Врач в помятом операционном костюме выглянул в приемную реанимационного отделения больницы Леннокс-Хилл.

— Вы хотели поговорить с ним. Он в сознании.

— Слава богу! — Лейтенант Винсент д’Агоста из нью-йоркской полиции положил в карман блокнот, который только что внимательно изучал, и поднялся. — Как он?

— Ничего опасного. — Врач раздраженно поморщился. — Хотя медики всегда оказываются самыми неприятными пациентами.

— Он не… — начал д’Агоста, но тут же оборвал себя и двинулся вслед за доктором.

Специальный агент Пендергаст был весь облеплен контрольными датчиками. Ему поставили капельницу в нос вставили кислородную канюлю. На одеяле лежала медицинская карта, в руке пациент держал рентгеновский снимок. Кожа агента, и без того всегда бледная, приобрела белизну фарфора. Врач склонился над больным и о чем-то беседовал с ним. Хотя д’Агоста слышал только ответы Пендергаста, было очевидно, что эти двое никак не могут прийти к согласию.

— Об этом не может быть и речи, — заявил врач в тот момент, когда д’Агоста подошел ближе. — Вы потеряли слишком много крови, да и сама рана — не говоря уже о повреждении двух ребер — нуждается в лечении и тщательном медицинском контроле.

— Но, доктор. — Обычно Пендергаст казался воплощением южного аристократизма, однако сейчас он шипел, как картофель на сковородке. — Пуля всего лишь задела икроножную мышцу. Большая и малая берцовые кости остались целы. И рана оказалась чистой, даже операции не потребовалось.

— Но потеря крови…

— Да, насчет потери крови, — перебил его Пендергаст. — Какую дозу мне ввели?

— Одинарную, — ответил врач после паузы.

— Одинарную. Возможно, чуть зацепило бедренно-подколенную вену. — Он взмахнул рентгеновским снимком, как знаменем. — Что касается costae verae [311] , то вы же сами сказали: повреждены, а не сломаны. Головки пятого и шестого ребра смещены относительно позвоночного столба на два миллиметра. Но истинные ребра эластичны и быстро восстанавливаются.

— Доктор Пендергаст, — вскипел врач, — я не могу разрешить вам уйти из больницы в таком состоянии. Вы пациент…

— Напротив, доктор, вы не можете помешать мне уйти. Мои жизненные показатели в пределах допустимого. Рана не опасна, я сам о ней позабочусь.

— Я отмечу в медицинской карте, что вы ушли из больницы вопреки моим рекомендациям.

— Превосходно. — Пендергаст хлопнул рентгеновским снимком о соседний стол, словно игральной картой. — А потом вы меня отпустите?

Врач бросил на пациента последний раздраженный взгляд, повернулся и вышел из палаты в сопровождении коллеги, который привел д’Агосту.

Пендергаст взглянул на лейтенанта так, будто только что его увидел:

— Винсент!

Д’Агоста тут же подошел к койке:

— Боже мой, Пендергаст. Я так расстроен…

— Почему вы не с Констанс?

— С ней все в порядке. В «Маунт-Мёрси» ввели повышенные меры безопасности. Я хотел убедиться, — он сделал паузу, чтобы справиться с собственным голосом, — что с вами все в порядке.

— Спасибо. Много шума из ничего.

Пендергаст извлек канюлю из носа, вытащил иглу из вены возле локтя, затем отстегнул манжету для измерения кровяного давления и пульса. Потянул за рычаг, регулирующий угол подъема спинки, и сел. Движения его были замедленными, почти автоматическими. Д’Агоста понял, что этот человек держится исключительно за счет своей железной воли.

— Вы что, действительно собрались уходить из больницы?

Пендергаст обернулся, и огонь в его глазах — раскаленные угли на помертвевшем лице — прожег д’Агосту насквозь.

— Что с Проктором? — спросил Пендергаст, спуская ноги с постели.

— Они уверяют, что все замечательно. Учитывая обстоятельства. Несколько сломанных ребер там, где пули попали в бронежилет.

— А Джадсон?

Д’Агоста покачал головой.

— Принесите мою одежду, — попросил Пендергаст, кивнув в сторону шкафа.

Лейтенант заколебался, но понял, что спорить бесполезно.

Пендергаст поднялся на ноги, едва заметно покачнулся, но тут же выпрямился. Д’Агоста протянул ему одежду и задернул занавеску у кровати.

— Вы можете хотя бы объяснить, что случилось в парке? — спросил лейтенант, обращаясь к занавеске. — В новостях сообщили, что сумасшедший маньяк застрелил пятерых человек.

— У меня нет времени на объяснения.

— Сожалею, но вы не выйдете отсюда, пока все мне не расскажете. — Он вынул из кармана блокнот.

— Хорошо, мы поговорим, пока я буду одеваться. А потом я уйду.

Д’Агоста пожал плечами. Большего он бы вряд ли добился.

— Это было похищение, спланированное заранее и очень тщательно. Они убили Джадсона и похитили мою жену.

— Кто они?

— Тайная организация нацистов или их потомков, именуемая «Der Bund».

— Нацисты? Господи, но зачем?

— Их мотивы остаются для меня неясными.

— Мне нужны подробности происшествия.

Голос Пендергаста глухо доносился из-за занавески:

— Я должен был встретиться с Хелен возле лодочного домика, чтобы увести ее и спрятать от этих подонков. Хелен с Джадсоном пришли ровно в шесть, как мы и договаривались. Я быстро определил, что за нами следят. Один из судомоделистов выглядел крайне подозрительно. Он абсолютно не разбирался в яхтах и очень нервничал — сильно потел, хотя было прохладно. Я окликнул его и приказал поднять руки. Это ускорило развязку.

Д’Агоста сделал пометку в блокноте:

— Сколько всего их было?

— По меньшей мере семеро, — ответил Пендергаст после паузы. — Этот любитель яхт. Влюбленная парочка на скамейке в парке — именно они убили Джадсона. Тот, что притворялся бродягой, а потом выстрелил в Проктора. Ваши компьютерщики наверняка уже восстановили картину перестрелки. И еще трое: два спортсмена, похитившие Хелен, и водитель такси, в которое ее затолкали.

Пендергаст вышел из-за занавески. Его обычно безупречный костюм выглядел неважно: пиджак был испачкан в траве, нижняя часть брюк порвана и запятнана засохшей кровью. Пендергаст посмотрел на д’Агосту и поправил галстук.

— Всего хорошего, Винсент.

— Подождите. А как они… как этот «Der Bund» узнал о вашей встрече?

— Отличный вопрос.

Пендергаст взял металлическую трость и повернулся к выходу. Д’Агоста удержал его за руку:

— Это безумие — уходить отсюда в таком состоянии. Могу ли я чем-нибудь помочь вам?