Чтение онлайн

— Выходит, в городе не осталось потомков Мида Слокума?

— Насколько мне известно, их не осталось нигде. Вдовец, детей он не имел. Он был пьяницей. Одна из опасностей этой работы — одиночество. Постоянное одиночество, изоляция — особенно зимой. Говорят, что он буквально сходил с ума последние несколько лет. Утверждал, что видел на маяке призраков.

— Призраков? То есть?

— По ночам он слышал плач младенцев или что-то в этом роде.

— Ясно, — Констанс помолчала. — Не будете ли любезны подсказать, где я могу узнать о нем больше?

Уорли уставился на нее, нахмурив густые брови.

— А вы, часом, не работаете с тем историком?

В дополнение к возрасту и расовой принадлежности найденной в нише фаланги пальца Пендергаст за завтраком упоминал человека по имени Моррис МакКул. Похоже, Констанс просто необходимо научиться задавать вопросы более беззаботно.

— Нет. Это простое любопытство, не более.

— Просто тот парень задавал точно такие же вопросы, — он сделал шаг вперед, приблизившись к ней, и по его лицу пробежала тень подозрения. — С кем именно вы прибыли?

Констанс несколько смутилась, одновременно испытав резко вспыхнувшее раздражение. Похоже, она все испортила. Однако лгать она не осмелилась — не в таком маленьком городке, как этот.

— Я прибыла с мистером Пендергастом, частным детективом. Он расследует кражу дорогой коллекции вин.

— А! Тот тип на красной машине, которого вчера арестовали?

— Да.

— Повезло ему. Шеф Мердок — настоящая лошадиная задница, — похоже, для Уорли то, что арест проводил сам шеф местной полиции, играло только на руку репутации Пендергаста. — Если б вы немного конкретизировали, что именно вы ищете, может, я бы смог вам помочь.

— Хотела бы я конкретизировать. Но пока могу лишь сказать, что изучаю историю города.

— Тот, кто украл вино у господина Лейка, поступил отвратительно. Мистер Лейк — хороший человек. Но я не уверен, что история города имеет к этому хоть какое-то отношение.

— Мы стараемся работать основательно. Поэтому в особенности меня интересуют сведения об афроамериканском населении города.

— О, это весьма интересная история.

— Прошу вас, продолжайте.

— Неподалеку от старой набережной находилось место, которое они назвали Дилл-Таун. Оно считалось черным кварталом города.

— Почему Дилл-Таун?

— Названо в честь освобожденного раба, который первым поселился там. Его звали Джон Дилл. Большинство его первых поселенцев были моряками. Эта зона была какое-то время более процветающей, чем белокожая часть города.

— Почему?

— Его жители дольше находились в море, работали на китобойных и зерногрузных судах. Когда выходишь в море, там всем плевать на цвет твоей кожи. Там ценят то, что ты можешь сделать. Экипажи на этих судах были полиглотами, говорили на нескольких языках.

— А когда они возвращались назад — в Эксмут — возникала межрасовая напряженность?

— Поначалу нет, когда всем еще хватало работы. Но позже у жителей остальных районов вспыхнуло негодование из-за процветания Дилл-Тауна. Видите ли, белокожие в Эксмуте были в основном прибрежными рыбаками. Они не выходили надолго в море во время рассвета китобойного промысла, а чернокожие — выходили. Но затем из-за Кракатау [573] , дела пошли плохо у всех.

— Кракатау?

— Да, именно. В конце 1883 года случилось извержение Кракатау. На следующий год после этого никакого лета в Эксмуте не было. Люди говорят, что в 1884 заморозки обрушивались на город каждый месяц. Урожай погиб, рыбная промышленность фактически полностью обанкротилась. К тому времени дела на китобоях уже шли плохо, так как они не приносили легких денег. Все двигалось от плохого к худшему, пока не произошел один инцидент: чернокожего юношу обвинили в изнасиловании белой женщины. Его линчевали.

— Линчевали? В Массачусетсе?

— Да, мэм. Люди просто набросились на него, растерзали, а тело бросили в бухту. Это случилось в 1902 году. Для чернокожих из Дилл-Тауна этот инцидент стал началом конца. К тому времени «Янки-Клипер» уже пронесся в 38-м, сровняв Олдхэм с землей.

— Олдхэм?

— Очень отсталое поселение, существовавшее к югу отсюда, на острове Кроу. Его бывшая территория теперь считается заповедником.

— Вот как. Что ж, вернемся к линчеванию. У вас есть догадки, кто был ответственным за это?

— Обыкновенные пьяные злодеи. Сейчас это лишь постыдное прошлое, и вряд ли кто-либо захочет рассказывать об этом.

— Но вы — говорите об этом.

— Моя семья «издалека», как любят говорить в Эксмуте. Мои родители переехали сюда из Даксбери, и я успел повидать мир, прежде чем осесть в этой глуши. Не забывайте, я ведь играл Макбета в Бостоне.

Констанс протянула ему руку.

— К слову, я не представилась. Констанс Грин. Благодарю вас за красочный рассказ.

Он ответил на рукопожатие.

— Рад познакомиться с вами, Констанс. Кен Уорли, к вашим услугам.

— Если у меня возникнет еще несколько вопросов, могу я вернуться и обратиться к вам?

— Беседа с вами будет мне в радость. И я надеюсь, что вы и мистер Пендергаст сможете насладиться нашим милым городком, пока находитесь здесь, — он отвел руку в сторону и продекламировал, — «Приятно расположен этот замок! И самый ветер, ласковый и легкий, смягчает ваши чувства [574] ».

Констанс знала, что, возможно, в будущем этот человек еще может оказаться полезен им с Пендергастом. Однако ее терпение уже балансировало на грани.

— Воздух, — поправила она.

Уорли моргнул.

— Прошу прощения?

— «Воздух». Не «ветер». Еще раз спасибо за вашу помощь, мистер Уорли, — и, сделав легкий реверанс, она поспешила выйти из здания.