Сборник рассказов №2
Шрифт:
Пусто, уныло. Вот и вся характеристика поселка. Пара улиц, сходившихся перед таверной. Прямо через дорогу дом старосты. По середине так называемой «главной площади» стоит помост со столбом приказов. На краешке помоста сидел мальчишка, еще совсем ребенок. Ветхая одежда, штаны, закатанные почти до колена. Рядом валяется объемная сумка. Я подошел к нему и присел рядом. Он глянул на меня из-под своих давно не стриженных русых волос, и снова уставился в землю. Мы сидели молча минут пять. Он то и дело поглядывал на меня, я тоже исподтишка разглядывал его. Наконец он не выдержал:
— Господину что-то угодно?
— Да нет. — Я пожал плечами. — Просто воздухом дышу.
— А… — Глубокомысленно потянул мальчишка.
— Ты тоже воздухом дышишь?
— Почти… — Мальчишка тряхнул головой. — Мастер приказал вещи сторожить и ждать его.
— Мастер? — Я удивленно посмотрел на него. Мастер? Такой мелкий, и уже ученик?
— Да, он сейчас там выступает. — Паренек указал на таверну.
— Так ты ученик барда?
— Да. — Он снова опустил глаза. — Я учусь у него мастерству сложения стихов и баллад.
— И как? — Заинтересовался я.
— Да так. Пока плохо получается. — Мальчишка водил ногой по земле чертя в пыли линии. — Мастер ругается много. Говорит, что я бездарь. — Он огляделся и почти шепотом проговорил: — Только вы ему не говорите, что я жаловался! А то он меня совсем прогонит…
— И что же у тебя не получается? — Я пожал плечами. — Вроде бы легко все.
— Мастер тоже так говорит. Я стараюсь очень, только у меня не получается… — Он грустно вздохнул. — Даже песню нормальную не могу сложить…
Мне стало его жалко.
— Ну… Может все не так плохо? — Я постарался как можно бодрее улыбнуться. — Неужели ты совсем не можешь ничего сочинить?
— Сочинить могу, еще как могу! — Парень совсем поник. — Только мастеру не нравятся мои песни… он говорит, что такой чуши в жизни не слышал, и если я буду продолжать в том же духе, ни копейки не заработаю…
— Ммм… — И что тут делать? Надо поддержать молодое дарование. — Спой что-нибудь. — Пусть поет, потом сострою счастливое лицо, похвалю. Конечно, врать не хорошо, но… Пусть у человека будет хоть какая-то радость в жизни.
— Спеть? Вы хотите, что бы я спел? — Мальчишка чуть не свалился с помоста от удивления. — Шутите?
— Нет, просто интересно.
— Интересно?
— Да, очень. Хочу послушать, за что тебя так ругает твой мастер.
— Ладно… — Он немного подумал, и с трудом вытащил из сумки лиру, еще более старую, чем у его мастера. — Только чур, не смейтесь…
Мальчишка немного поерзал, устраиваясь поудобнее. Его щеки то краснели, то бледнели. Волнуется. Я про себя вздохнул, готовясь услышать очередную нуднятину.
Слегка дрожащие пальцы коснулись струн лиры. Буквально пару секунд мальчишка перебирал их, просто так, а потом, словно окончательно решившись, заиграл мелодию. И тихим, звенящим голосом запел:
По праву памяти…Ночь и тень,Шорох ветра в листвеСтрах и кровьНа меча острие.Без права забвения…БезысходностьБорьбы,Вечность тьмыИ холодный рассвет.Ты помнишь все…Растворяясь в ночи,Ты бежишь.На решившись на выбора бремя,От себя. От судьбы.Растворяясь во времени…Я даже не понял, когда закончилась песня, и началась тишина… Так и остался сидеть, застыв.
— Вот так… — Бледный мальчишка сглотнул, спрятал лиру. — Знаю, что плохо, но вы сами просили…
Повисла пауза. Паренек обреченно ждал, когда я начну его ругать.
— Знаешь что я тебе хочу сказать? — Он замер. Я глубоко вдохнул, еще глубже выдохнул, и совершенно искренне сказал: — Плюнь на своего мастера, плюнь на все, что он тебе говорит. Это было здорово. Нет, честно здорово!
— Правда?! — Мальчишка просто просиял.
— Правда. — Если его мастер испортит своими балладами это молодое дарование, ей-ей, найду и придушу.
Послышался гулкий стук — дверь в таверну с силой распахнулась. На улицу сразу вырвался гул голосов. Чинно и неспешно, обнимая свою лиру, вышел старый бард. Увидев меня рядом с мальчишкой, он буквально подскочил, растеряв всю солидность.
— Господин, господин! — Он сдернул парнишку с помоста. — Он к вам приставал? — Бард отвесил мальчишке подзатыльник. — Я его накажу, только скажите!
— Все в порядке. — Я поднялся. — Мы просто беседовали. А это тебе. — В моей руке, словно по волшебству, возникла монетка. Я сунул ее в ладонь совсем ошалевшего паренька.
— Что нужно сказать? — Мастер отвесил ему еще один подзатыльник.
— Спа…сибо…
— Не знаю, за что вы его так вознаграждаете, но надеюсь, по заслугам. — Бард подхватил сумку, потянул за край рубахи мальчишку.
— Конечно по заслугам. — Я на последок взъерошил мелкому волосы. — Помни, что я тебе сказал.
Мальчишка кивнул. Мастер недовольно заворчал и еще настойчивей потянул его.
На небе уже загорелись первые звезды. Старый бард со своим учеником только что скрылись за поворотом. А я так и остался стоять, задумчиво смотря им в след.
— Ты такое пропустил! — Нади тихонько подошла сзади.
— Да? — Рассеянно ответил я.
— Там просто замечательная баллада была! Жалко, ты не слышал. Не часто такой шанс выпадает! Встретить на столько талантливого человека!
— Да… — Дыхнул ночной ветер, свежо и холодно, пробираясь под одежду, до самой сущности. Он принес собой сладковатый запах скошенной травы и отголосок песни, спетой ломающимся мальчишечьим голосом:
…Исчезает луна,Исчезает и солнце.Исчезаю и я.Что тогда остается?Ангел крылья сложил,От меня он отрекся.Исчезает луна…Исчезает и солнце.Исчезаю и я…Что тогда остается?…Зажмурившись, я вдохнул его, улыбнувшись. Вот так бывает… — Да… Не часто…