Сборник рассказов. Том II. Муж английской королевы
Шрифт:
Герр Шварцкопф в первый день прилета сразу после оформления в отеле, ушел купаться. Он плавал до обеда, не выходя из воды, наслаждаясь теплой, огромной, ласковой ванной и свежим ветром, обдувающим голову и плечи. На пляже, съев пару порций мороженого, отдыхающий направился на обед в ресторан, который понравился ему в прошлые годы отдыха. Курица в томатном соусе и овощной салат были хороши, но он с грустью вспомнил свою любимую кровяную колбасу и жаренные свиные ножки. После обеда развезло, захотелось отдохнуть в номере и немного подремать. Эти морские ванны так успокаивают нервную систему. Он небрежно поднял руку вверх, подзывая официант для расчета. Молодой парень с аккуратными черными усиками на загорелом лице подошел быстро, держа в руке упаковку бутылок со светлым пивом.
– Посчитайте, – сухо предложил клиент.
Официант, улыбнувшись, положил листок с цифрами на стол, а пиво поставил на соседний пустой стул, гостеприимно указав на упаковку рукой:
– А это вам подарок! В счет не входит.
– Подарок? – удивленно переспросил пожилой мужчина и уточнил: – А от кого и почему?
Знакомых и друзей здесь не было. Официант улыбался вежливо и сердечно. Он развел руками, оправдываясь, и объяснил:
– Две недели супружеская пара ходила обедать в наш ресторан. Сегодня, в последний день, пришли снова, оставив чемоданы у портье. Потом пришли вы. Они почему-то очень обрадовались, долго смотрели на вас и что-то говорили. А уходя, заказали для вас, как они выразились, небольшой сувенир, пиво, и просили передать его вам после обеда лично. Я и принес!
Мужчина побагровел. Что это за фокусы? Он солидный человек и в такие игры не играет:
– Немедленно все верните назад!
Но сотрудник ресторана был искренен и вежлив с пожилым большим клиентом:
– Извините, сеньор! Не могу. Они сразу уехали на такси в аэропорт. Я думаю, они не хотели вас обидеть!
Герр Шварцкопф пожал плечами в знак удивления, расплатился и, взяв пиво, пошел в отель. «Кто это мог быть, – думал он, обходя клумбы с цветами. – Супруги Зингер? Нет, они отдыхают на другом острове. Да и Ганс скуповат на такие подарки. Десять бутылок выпил бы сам. Ну, парочку отдал бы жене…» Он вошел в отель. Останавливается в нем шестой раз, ни с кем не знакомится. Работа у него очень серьезная, руководящая. В отпуске хочется отдохнуть от всех забот и от большой семьи. Хорошо искупаться, а потом в номере попить холодного светлого пива. А если ночи особенно жаркие, то спать лучше на балконе, вдыхая аромат водной стихии, и просыпаться рано утром, на рассвете. Когда океан золотится в лучах восходящего солнца, как громадный цветник, окружающий и обнимающий свои любимые Канарские острова – ласковую улыбку большой планеты.
Ведьмы
К дежурному Степану по ночам стали являться нечистые силы. Его сторожевой домик-пост находился на окраине курортного города, в горном ущелье, кусочке дикой прекрасной природы, так любимом жителями города за чистую речку хрустальной горной воды, вытекающей из поросших лесом горных холмов – предгорий, которые, удаляясь и увеличиваясь в размерах, превращались в часть Главного Кавказского хребта. Ущелье притягивало многочисленными фруктовыми деревьями и кустарниками, среди которых петляла аккуратная автомобильная колея. За чистоту и порядок этого вишневого, кизилового и барбарисового рая отвечали местные казаки, и на крупных камнях, валунах, недавно появились надписи белой краской: «Не сорить», «Мусор не оставлять», хотя жители курорта были людьми чистоплотными и ценили свой необычный нарзановый мир, который их окружал. Дежурных на посту должно было быть двое, и в их обязанности входило различное количество дел: контроль за уровнем речки, метео- и антиселевое наблюдения, поддержание надлежащего общественного порядка, зооконтроль.
Лисы, зайцы, неторопливые еноты и барсуки, а также и другие мелкие представители кавказской фауны пропускались в ущелье беспрепятственно и обычно, напившись воды из речки и почесавшись о стволы деревьев, уходили в темноту леса правого берега речки. Более крупных, волков, а иногда и медведей, приходилось отпугивать красными флажками, а когда выстрелами из ракетницы. Пару раз ночью эти незваные гости проходили пост, через все ущелье подходили к окраине города, но были остановлены дружным лаем собак, быстро включенным освещением во дворах одно-, двухэтажных домов, пьяным криком обывателя: «Вот я вас..!» – и выстрелом в воздух. С той поры все было спокойно.
Дежурные договорились между собой и ночью дежурили по одному, включая фонарь, свет которого освещал поляну перед домом, часть реки и терялся в зарослях деревьев, теснивших ущелье гор.
В эту ночь дежурному Степану, крепкому мужчине и бывшему прапорщику, совсем не хотелось спать. Он почитал местную газету, выключил свет в доме и включил фонарь, висящий на столбе около входа. Тихая ночь, мягкий белесый свет фонаря – его лампа была матовая – постепенно подействовали на него как снотворное: он начал зевать, потягиваться, предвкушая хороший сон до рассвета, когда нужно будет выключить фонарь и взять ружье и ракетницу, сделать необходимые замеры, наблюдения, а также проверить наличие звериных следов, сделать обо всем записи в журналах.
Мельком, укладываясь на жесткий деревянный топчан, он посмотрел в окно и вдруг…
«Что это такое?» – с холодеющим страхом подумал мужчина, наблюдая, как из леса не спеша вышли две странные фигуры, с головы до ног укрытые балахонами. Одна из фигур посмотрела на окно и, вытянув вперед длинные руки, покатилась по поляне к дому, а вторая – тенью мелькнула к двери сторожки. Он быстро вскочил с топчана, взяв в руки ружье, сел в угол комнаты напротив окна, успев про себя отметить, что дверь он запер хорошо, на все замки, и даже на большой деревянный засов. В это же время в дверь кто-то мягко постучал и потихоньку завыл. Степан не мигая смотрел на светлый квадрат окна. Страшное лицо с острым носом и белыми седыми косами скалило рот с клыками, пальцы с железными ногтями ударяли стекло и раму, пытаясь сломать эту хрупкую преграду и ворваться, влететь в комнату сторожевого дома.
«Ведьмы!» – остатками парализованного страхом рассудка подумал мужчина и опустил глаза. Ни смотреть, ни думать у него уже не было сил. Очнулся он через некоторое время. Фонарь так же горел за окном, но около дома никого уже не было, стук в дверь прекратился.
– Что-то ты бледный, не спал, что ли, всю ночь? – спросил утром сменяющий его дежурный, демонстративно громко нюхая воздух носом. – И духами не пахнет! – философски добавил он, проверяя записи в журналах.
Степан молчал, рассказать все виденное ночью было трудно по причинам непонятного страха и возможного увольнения с работы. Последующие два дежурства прошли у него тихо и спокойно, хотя и заснуть до утра он не мог, сидя на теплом дереве топчана и сжимая приклад охотничьего ружья. Дежурные, которых он сменял, ничего ему не говорили, а он, глядя утром на их розовые заспанные лица, понимал, что спрашивать их не о чем, а ведьмы и прочая нечистая сила всегда приходят за конкретным человеком. Ведьмы появились на третье ночное дежурство. Степан задремал, но какая-то сила вдруг заставила его посмотреть на окно. Страшная голова с белыми косами и острым носом-крючком скалила зубы, царапая раму когтями. В дверь кто-то постучал, слышался слабый вой.
«Выйду за дверь, а там будь что будет», – отрешенно решил дежурный, взводя курки ружья. Однако от понимания, что ведьма не одна, и видя длинные железные когти, феерично освещенные светом фонаря, он почувствовал слабость в теле, ставшие вдруг неповоротливыми, ватные ноги плохо слушались его и еле двигались, в голове вдруг жарко и туманно зашумело: «Бум, бум, бум!».
«Нет, – подумал он обессиленно, садясь в угол комнаты и стараясь не смотреть на окно, – не совладаю!»
Он закрыл глаза и уши и сидел там, пока удары в дверь не прекратились, а ведьма в окне не исчезла. Разные страшные истории у поста случались и раньше, но все были связаны с коренными жителями леса и гор, права которых уважались, и лезть к ним в горы было нельзя.
В жаркий летний день один из приятелей Степана решил пособирать малину, которая росла за ущельем на дальних горных полянах. Сотня-другая метров кустов дикой малины, со спелыми ягодами, в местах, где никогда не ходили люди, и не было пастбищ для скота, давно привлекала внимание молодого человека, жадно рассматривающего в сильный бинокль это изобилие с крыши сторожевого дома.
«Не ходи, – предостерег его Степан, – там людей нет, аулы в стороне. Земля неизвестная, горы рядом, а там, сам знаешь, не одни орехи водятся!»
Но приятель на все слова друга решил махнуть рукой. Утром дома он хорошо позавтракал и, пока жена убирала посуду со стола, зашел в сарай, якобы за веревкой, и быстро выпил там большой граненый стакан домашнего виноградного вина. Вино было прошлогоднее, крепкое – мир вокруг стал сразу веселым и простым. Через минуту на своем старом мопеде мужчина выехал со двора. Оставив транспортное средство у Степана на посту, он с корзиной в руке ушел в горы, обошел каменную гряду и подошел к пышным и зеленым кустам малины. Это был ягодный рай.