Чтение онлайн

Бильярдная открылась в понедельник, и ее сразу заполнили возбужденные завсегдатаи. На бильярдный стол был наброшен большой кусок фиолетовой ткани, что придавало заведению траурный вид. На стене висело объявление: "За отсутствием шаров бильярдная не работает". Вошедшие читали объявление с таким видом, будто это для них новость. Некоторые подолгу стояли перед ним, с удивительным упорством перечитывая его снова и снова. Дамасо вошел одним из первых. Он провел на скамьях для болельщиков немалую часть своей жизни, и едва открылась дверь бильярдной, как он уже снова был там. Очень трудным, хотя и не очень долгим, делом было выразить сочувствие. Дамасо через стойку хлопнул хозяина по плечу и сказал:

– Вот ведь неприятность какая, дон Роке!

Тот покивал, вздыхая, с горькой улыбкой.

– Что поделаешь, - сказал он и продолжал обслуживать посетителей.

Дамасо, взобравшись на один из табуретов у стойки, вперил взгляд в призрак стола под фиолетовым саваном.

– Как чудно!
– сказал он.

– Это точно, - сказал человек, сидевший на соседнем табурете.
– Да еще на страстной неделе!

Когда почти все посетители разошлись по домам обедать, Дамасо сунул монетку в щель музыкального автомата и выбрал мексиканскую балладу, место которой на табло он помнил. Дон Роке в это время переносил стулья и столики в глубину заведения.

– Зачем это вы?
– спросил Дамасо.

– Хочу положить карты. Надо же что-то делать, пока не пришлют шары.

Двигаясь неуверенно, как слепой, со стулом в каждой руке, он был похож на недавно овдовевшего.

– А когда их пришлют?
– спросил Дамасо.

– Надеюсь, пройдет не больше месяца.

– К тому времени старые найдутся, - сказал Дамасо.

Дон Роке окинул удовлетворенным взглядом выстроившиеся в ряд столики.

– Не найдутся, - сказал он, вытирая рукавом лоб.
– Негра не кормят уже с субботы, а он все равно не говорит, где они.

Он посмотрел на Дамасо сквозь запотевшие стекла.

– Наверняка он бросил их в реку.

Дамасо закусил губу.

– А двести песо?

– Их тоже нет, - ответил дон Роке.
– У него нашли только тридцать.

Они посмотрели в глаза друг другу. Дамасо не сумел бы объяснить, почему взгляд, которым они обменялись, показался ему взглядом двух соучастников. К концу дня Ана увидела из прачечной, как он возвращается домой; по-боксерски подскакивая, он наносил удары невидимому противнику. Она вошла за ним в комнату.

– Все в порядке, - сказал Дамасо.
– Старик поставил на шарах крест и заказал новые. Будем надеяться только, что он их не дождется.

– А с негром как?

– Ничего страшного, - ответил Дамасо, пожав плечами.
– Если шаров у него не найдут, им придется его выпустить.

После ужина Ана и Дамасо сели на улице у входной двери и разговаривали с соседями до тех пор, пока не замолчал динамик кино и не наступила тишина. Когда ложились спать, настроение у Дамасо было приподнятое.

– Я придумал самое выгодное дело на свете, - сказал он. Ана поняла, что мысль, которой Дамасо хочет с ней поделиться, он вынашивал весь вечер.

– Пойду по городкам, украду шары в одном, продам в другом. Везде есть бильярдные.

– Доходишься, что тебя пристрелят.

– Выдумала: пристрелят, - сказал он.
– Это только в кино бывает.

Он стоял посреди комнаты, переполненный радостными планами. Ана начала раздеваться, внешне безразличная, на самом же деле слушая с сочувствием.

– Накуплю вот столько костюмов, - и Дамасо показал рукой размеры воображаемого шкафа - от стены до стены.
– Отсюда досюда. И еще куплю пятьдесят пар обуви.

– Помогай тебе бог, - сказала она.

Дамасо посмотрел на нее с неприязнью.

– Не интересуют тебя мои дела.

– Слишком они для меня умные, - сказала Ана.

Она погасила лампу, легла к стене и с горечью продолжала:

– Когда тебе будет тридцать, мне будет сорок семь.

– Дуреха, - сказал Дамасо.

Он ощупал карманы в поисках спичек.

– Тебе тоже не надо будет тогда стирать белье, - добавил он не совсем уверенно.

Ана протянула ему горящую спичку. Она смотрела на пламя, пока оно не погасло, а потом отбросила обуглившуюся спичку в сторону. Дамасо вытянулся в постели и снова заговорил:

– Знаешь, из чего делают бильярдные шары?

Ана не ответила.

– Из слоновьих бивней, - продолжал он.
– Поэтому их очень трудно раздобыть, и нужен, по крайней мере, месяц, чтобы их сюда доставили. Понятно?

– Спи, - прервала его Ана.- Мне в пять вставать.

Дамасо вернулся в свое естественное состояние. Первую половину дня он проводил, покуривая в постели, а после сиесты, готовясь к выходу на улицу, начинал приводить себя в порядок. Вечерами он слушал в бильярдной радиопередачи чемпионата по бейсболу. У него была похвальная способность забывать свои идеи с таким же энтузиазмом, с каким он их рождал.

– У тебя есть деньги?
– спросил он в субботу у Аны.

– Одиннадцать песо.
– И она добавила мягко: - Это плата домохозяину.

– Я хочу тебе кое-что предложить.

– Что?

– Одолжи их мне.

– Надо платить хозяину.

– Потом заплатишь.

Она отрицательно покачала головой. Схватив ее за руку, Дамасо не дал ей подняться из-за стола, за которым они только что завтракали.

– Всего на несколько дней, - сказал он, ласково и в то же время рассеянно поглаживая ее руку.
– Когда продам шары, будут деньги на все.

Ана не согласилась.

Этим вечером в кино, даже разговаривая в перерыве с друзьями, Дамасо не снимал руки с ее плеча. Картину смотрели невнимательно. Под конец Дамасо стал проявлять нетерпение.

– Тогда я просто отберу их, - сказал он.

Она пожала плечами.

– Или придушу первого встречного, - пригрозил Дамасо, проталкивая ее к выходившей из кино толпе.
– Меня посадят за убийство.

Ана улыбнулась про себя, но осталась такой же непреклонной.

Они ссорились всю ночь, а утром Дамасо с демонстративной и угрожающей спешкой оделся и, проходя мимо Аны, буркнул:

– Не жди, больше не вернусь.

Ана не смогла подавить легкую дрожь.

– Счастливого пути!
– крикнула она вслед.