Чтение онлайн

Короче, как бы я мощно ни двигался, даже в беге в сорокапятиградусный мороз – а ночью оно так и будет, меня хватит километров на пятнадцать, ну от силы на двадцать. Да и возле костра, разве только прямо в середку сесть. Ну а кроме этого ещё одно – даже, если бы у меня хватило сил в такой одежонке и в такой морозильник преодолеть все эти километры, всё равно до места я не дошёл бы, нет – собаки порвали бы, без вариантов…

Псы тут знатные, кавказские овчарки. Вдоль трасс стоят перекачивающие станции – большие и добротные. На ночь собак выпускают на каждой – лучшей охраны не придумаешь. Своих признают только днём, когда кормёжка, ночью же не трогают ну только очень своих, а чужих-то…

Колёса жечь? Можно. Были случаи – сначала колёса, а потом и саму машину, чтобы хоть как-то продержаться, с одной лишь разницей, что это было не более десятка километров от базы. Конечно же их спасали…

…Трассы в этом районе примечательны – вдоль, почти через каждый километр, памятные таблички или на столбах, или на деревьях…

Ещё раз на горизонт смотрю – тяжёлое солнце провалилось в землю уже на две трети – максимум полчаса, а потом темнота практически сразу…

В ближайший час, полтора попытаться определить причину – разбросать весь топливный контур к чёртовой матери, вместе с баком, разложить всё по полочкам и проанализировать, а потом начать серьёзный ремонт и в конце всё собрать? Не успеть. Потом как мотор-то завести? Всё, не смогу – масло застынет напрочь и много чего надо будет сделать, чтобы его отогреть. А самое главное, просто необходимо будет, через каждые полчаса забегать в тёплое помещение и отогреваться самому…

А тогда что ж дальше-то? Кранты что ль? Ну, сука и попал. Сейчас даже хуже чем когда-то. Там хоть конкретно было и раздумывать не надо – он перед тобой, ты перед ним – или он или ты.

Сейчас же, вон оно как мягко стелет – ласково и нежно, медленно и без нажима, неотвратимо и бесповоротно, и совсем не больно. Бороться-то с кем?..

Причину, почему мотор вдруг с катушек съехал, не знаю. А заниматься выяснением – получается так, что уже и некогда – готовиться надо. И понятно, к чему…

Так и стою – смотрю на опускающееся солнце и мандраж в себе усмиряю.

И в конце концов успокаиваюсь. Бывает со мной такое, в такие вот радостные моменты, когда понимаю что всё – у черты. На небеса глянул… И чего? А ни хрен ли вам, по всей вашей белой и пушистой морде?!..

Значит так – ничего жечь не буду. К чертям собачьим! Ждать?! Вот уж хрен! Пойду на ближайшую перекачку. Ночная смена должна там быть. Прямо на собак пойду – так привычней.

Пока псы будут меня рвать, буду орать во всю глотку. Им вообще-то надо будет очень постараться, чтобы меня свалить – монтировка в руке не только шанцевый инструмент. А значит есть шанс, что услышат, выйдут и отобьют. Если отобьют, то и до города довезут. И тогда шанс… Да чего загадывать-то, сейчас ещё раз гляну на эту грёбанную железяку…

Поворачиваюсь к мотору и пытаюсь выстроить логическую цепь. Значит так, мотор в принципе или работает или не работает, а он работает – заводится. Потом начинает бунить, от нехватки топлива и глохнет. Значит солярка сначала поступает, а потом где-то замерзает. В фильтрах? Нет. В насосе? Нет. Значит в топливном баке. Сомнительно, но надо проверить.

Минута – отворачиваю сливную пробку и подставив ведро наливаю в него солярку. Убеждаюсь – не замерзает. Значит мёрзнет где-то на участке трубопровода от бака до фильтров и всё… Дальше не соображу. Чего ж из этого выкроить-то можно?..

…Небеса всё-таки наверное прониклись в отношении меня и в момент моих раздумий, вероятно решили не продолжать всю эту канитель. Ну а что? Я ведь и взаправду на псов войной пошёл бы. Короче, решили они мне, двоечнику подсказать…

В мозгу высветилось враз: шланг пустить напрямую, от насоса и в ведро с соляркой – обстановка благоприятствовала быстрым, ну очень быстрым, действиям.

Шланг на насос.

Другой конец в ведро.

Кабину не опускать.

Сам, изловчившись, на подножку.

Дотягиваюсь до зажигания.

Поворачиваю ключ:

– Грммрр! – это уже мотор.

Дыму-то! Застоялся. Поостыл. И…

– Рррр.

Ровненько как кошечка, моторчик заурчал и если сказать, что это была радость, ничего не сказать…

Тем не менее праздновать было некогда. Мотор, правда, заглох, но совершенно по другой причине – топливо в ведре закончилось. Восемь цилиндров в себя берут, самый мощный насос отдыхает. А обратный трубопровод, излишки топлива, как сливал в бак так и сливает, и мастерить конструкцию с обраткой в ведро, нет ни возможностей, ни желания…

…По целине, по зимнику рискуя в заносе развернуться поперёк и перевернуться, на предельной скорости несётся КамАЗ.

Всё бы ничего, да уж очень необычно он управляется. Дверь водителя полуоткрыта. Какой-то малый стоит на подножке и упираясь в неё левой ногой, и левым плечом – в проём двери, и согнувшись, в левой опущенной руке из-под двери держит ведро. В это ведро опущен шланг, который выходит из под кабины…

…Тут надо пояснить. Топливоподкачивающий находится под кабиной, на моторе. А кабина откидная, чтобы к мотору подобраться. Очень удобно, откинул кабину и вот он мотор, и коробка, и сцепление – хоть ты всё разбросай, по винтику. Так-то оно так – удобно, но не в данном случае. Ведро под кабину не поставишь – кабину не опустишь, а с откинутой кабиной не уедешь. Чтобы завести мотор – оно можно, изловчишься, а вот дальше…

Можно и ведро прицепить, подвесив где-то у бака, шланга хватит. А вот и нет – не можно. На первой же сотни метров ведро раскачается и… понятно в общем. А тут, при такой конфигурации, он – этот чудной, рукой с ведром, и неровности дороги гасит – гироскопом работает, как стабилизация орудия в танке и на поворотах телом инерцию компенсирует. Потому-то и шланг из под кабины, закрытой.

Конец ознакомительного фрагмента.