Чтение онлайн

Реформа образования еще только начинается, а начальство на местах уже приступает к разгону ненужных школ. И в самом деле, какие здания зря пропадают!

В городе Шелехове Иркутской области происходит образцово-показательная зачистка местной школы искусств. Сначала задерживали заработную плату, потом, когда педагоги дошли до забастовки, начали увольнять протестующих (несмотря на то что суд забастовку признал законной). Сменили директора. Незаконно, но успешно.

Люди больше года ходят по инстанциям, судятся, отстаивают свои права, а ликвидация школы идет своим чередом.

Но это пока частный случай. Готовящийся в Государственной думе проект закона об «автономных учреждениях» гарантирует нам многократное тиражирование подобных историй.

Слово «автономия» красиво двусмысленное. Вроде бы не свобода и не независимость. Но вроде как что-то хорошее. Между тем речь идет о фактической поэтапной приватизации учреждений культуры и образования, которые теперь по воле чиновников (или собственной администрации) будут становиться не столько «автономными», сколько коммерческими. В первом чтении закон «Об автономных учреждениях» в Государственной думе уже принят. А там прямо говорится о создании «более четкого разделения между покупателями и производителями услуг отраслей социальной сферы». Товар - деньги - товар. И ничего более.

Парадоксальным образом предлагаемая «автономия» резко урезает права учителей и других работников в учреждениях, подпадающих под этот закон. Предложенный проект полностью отстраняет трудовой коллектив от контроля за своим руководством, лишает возможности хоть как-то влиять на принимаемые директором решения. Как показал опыт Шелехова, у чиновников более высокого уровня всегда есть возможность избавиться от директора, если он проявляет несговорчивость. С остальными сотрудниками можно просто не разговаривать.

Без полноценного бюджетного финансирования, которое отныне не гарантировано, учреждения культуры и образования не выживут. Вернее, выживут, если займутся чем-то более прибыльным.

Напоследок, предусмотренная законом процедура банкротства обеспечит передачу школ и музеев в частные руки. Хотя это будут уже не школы, а просто четырехэтажные здания. Ведь с точки зрения рынка самое ценное в подобных учреждениях сегодня - не даваемые ими знания, а принадлежащая им недвижимость. Потому учить будут меньше, а сдавать в аренду помещения - больше. И если система учебных заведений, скорее всего, как-то выживет, то учреждениям культуры, особенно на районном уровне, явно хана.

Сейчас законопроект все же переносят на осень. Дали отсрочку на несколько месяцев. Спасибо!

Если у вас в районном городе есть местный музей - торопитесь его посетить. Скоро его не будет. Если вы хотите учить ребенка музыке, не теряйте времени, его осталось совсем немного! И обязательно сходите в районную библиотеку, там еще есть книги!

Потом - конец. Приговор окончательный, обжалованию не подлежит.

Культура, она вообще убыточна. Районные школы искусств, местные музеи, библиотеки и прочие подобные заведения никто, кроме их сотрудников, спасать не будет. А это люди не влиятельные - без денег, без власти, без спонсоров и покровителей. Им, как показывает пример Шелехова, даже выигранное судебное дело не помогает. Потому что чиновники просто не будут с ними считаться. Кто они вообще такие?

Счастье шелеховских учителей, что о них хоть узнали в столице. 6 июля активисты левого молодежного движения «Вперед» пикетировали представительство Иркутской области в Москве, требуя восстановления справедливости. После того как пикетчики простояли у здания с полчаса, оттуда донесся голос, призывающий положить свои требования под дверь. Скорее всего, именно через это подметное письмо губернские власти узнают подробности происходящего. Сами представители школы искусств из Шелехова встретиться с губернатором, несмотря на многократные просьбы, так и не смогли.

Сколько еще таких районных конфликтов остается безо всякого внимания? А главное, сколько их еще будет?

Как говорят оптимисты, «все еще только начинается»!

Мы можем бессчетные деньги отдать на реконструкцию Большого театра. Он у нас один. Национальное достояние. И я уверен, что, как бы ни складывались у нас реформы, главный оперный театр России будет в полном порядке. Кто в нем будет петь - в конце концов, не так важно. Певцов можно пригласить из Италии, а скрипачей из Китая.

Третьяковская галерея, Исторический музей и Эрмитаж у нас тоже останутся. Как без них развивать туристический бизнес? И даже если мэрия Москвы сроет напротив Кремля аварийный дом Пашкова вместе с Ленинской библиотекой и всей остальной исторической застройкой столицы, то на их месте построят новые здания. Очень похожие. Даже лучше - с подземными стоянками и барельефами работы великого Церетели.

Нет, за Москву я не волнуюсь. Пока у нас есть Лужков и Церетели, у нас будут по крайней мере архитектура и изобразительное искусство.

А вот в Шелехове скоро не будет ни школы, ни искусств. И по всей русской провинции - тоже.

Борьба с коррупцией началась с мэрии Волгограда и Совета Федерации. Почему избран именно Волгоград, можно только гадать. С таким же успехом можно было взяться за любой другой областной город. Оптимисты скажут - за каждый второй. Но вот с Советом Федерации все ясно.

Как формируется у нас верхняя палата, все прекрасно знают. На покупку сенаторских мест есть такса. Причем не важно, какое именно место продается. Все регионы, в конечном счете, равны. Вопрос лишь в том, кто и за что места покупает?

Устройство Совета Федерации идеально подходит для организации подобного рода афер. Несмотря на высокий статус, орган - это, по сути, неполитический, он не организован по фракциям, не участвует, в отличие от Государственной думы, в партийной борьбе, его работа привлекает не слишком много внимания прессы, да и скандалы в его стенах происходили не часто. Нет здесь своего Жириновского.

В общем, тихое место, где в случае необходимости можно спокойно пересидеть трудные времена. Главное, голосовать правильно, но и это не сложно. Ведь законы в верхнюю палату приходят уже готовые. Учитывая то, что в Думе штампует их пропрезидентское большинство, ошибиться невозможно. Высокий сенаторский статус дает возможность заниматься своими делами, и если никому не хамить, не нарываться на неприятности, все будет хорошо.

«Совет Федерации должен был исчезнуть в качестве места, где недовольные центром региональные лидеры смогут собраться и объединить усилия» Любопытно, что Совет Федерации пережил за время своего существования больше реформ, нежели любая другая структура власти. В 1993 году его решено было выбирать. В 1995 году система радикально изменилась - вместо выборных сенаторов заседать в стенах верхней палаты стали сами губернаторы и спикеры областных законодательных собраний. Прежние выборные сенаторы либо отошли от дел, либо пополнили ряды депутатов нижней палаты, куда избираться им было не слишком сложно. В регионах их знали лишь с хорошей стороны - они лоббировали в столице местные интересы! С губернаторами были, как правило, лояльные отношения, а пресса привыкла к их лицам.