Чтение онлайн

И всё же на сегодняшний день все они возлагают свои надежды на Обаму и связывают с его именем свои представления о переменах. Барак Обама стал реальным политическим лидером, способным на самостоятельную борьбу. Ему удалось то, что не удавалось прежним бунтарям в рядах Демократической партии - он сумел не только развить свою кампанию вопреки противодействию партийного аппарата, но, судя по всему, он имеет шанс и подавить это сопротивление, нанести поражение аппарату, расколоть его. Такого пока не удавалось никому. Даже Джордж Макговерн, единственный радикал, добившийся партийного выдвижения на пост президента, не сумел справиться с аппаратом и пал жертвой его откровенного и демонстративного саботажа. С Обамой такого не случится.

Парадоксальным образом Обама добивается успеха именно потому, что сам он далеко не радикал и тем более не бунтарь. Но тупое противодействие аппарата поставило его в ситуацию, когда ему приходится мобилизовать вокруг себя радикалов и бунтарей, да и самому занимать всё более жесткие позиции. Хотя, с другой стороны, он для партийного истеблишмента всё же не аутсайдер, он человек, которого чиновники могут понять и с которым надеются договориться. И уж очевидно, что в случае победы он не будет мстить и крушить партийный истеблишмент, разгонять аппарат.

Не удивительно, что с каждым днем в аппарате нарастает раскол. Сейчас главный вопрос уже не в том, как тот или иной штат проголосует в ходе последнего этапа праймериз. Важно то, как будут вести себя «суперделегаты», назначаемые партийными функционерами. А в их рядах раскол. И значительная часть из них уже готова присоединиться к лагерю потенциального победителя. Голосовать за Хиллари Клинтон на съезде для них нет большого смысла. Даже если ее номинируют на роль официального кандидата в президенты, при сложившихся обстоятельствах ее провал на всенародном голосовании гарантирован. Никто не будет за неё добровольно агитировать, никто не будет уговаривать друзей и соседей пойти на выборы, никто не сможет объяснить, чем она лучше Маккейна.

А если Хиллари Клинтон провалит выборы, то в 2012 году кандидатом от демократов будет выдвинут всё тот же Обама, только озлобленный, радикализировавшийся и накопивший политический вес в качестве общепризнанного лидера оппозиции. Если же почему-то Обама всё же проиграет в ноябре 2008 года, от него можно попробовать избавиться. Или договориться с ним на новых основаниях.

В общем, суперделегаты уже не являются монолитной дисциплинированной фракцией, на которую возлагала свою последнюю надежду миссис Клинтон. Исход партийного съезда более или менее предрешен, и, если только не случится чего-то чрезвычайного, победителем станет Обама.

С таким кандидатом у Демократической партии появляются реальные шансы одолеть Маккейна. Вопреки ожиданиям, затянувшиеся праймериз усиливают популярность Обамы. Да, республиканцы едины, а демократы расколоты. Но борьба внутри Демократической партии становится главной темой новостей, Обама у всех на виду, его противоборство с упорствующей Хиллари Клинтон приковывает общее внимание, а Маккейн остается в тени, делаясь всё менее и менее интересен публике.

В случае победы Обамы на партийном съезде аппарату партии ничего другого не останется, кроме как консолидироваться вокруг нового лидера и доказывать ему свою лояльность, с удвоенной силой обрушиваясь на республиканцев.

По мере приближения выборов будут нарастать экономические трудности, отчитываться за которые придется всё той же правящей партии. Хиллари Клинтон было бы труднее критиковать республиканцев - ведь всякий мало-мальски грамотный американец знает, что все основные решения, приведшие к нынешнему кризису, были приняты именно прежней администрацией Клинтонов. У Обамы, напротив, железное алиби. Он в той администрации не работал. А Маккейн, хоть и критиковал Буша, но всё же состоял с ним в одной партии, представляет политическую преемственность.

В общем, шансы Обамы стать очередным президентом США весьма велики. Если ему удастся преодолеть сопротивление клана Клинтонов, вряд ли кто-либо сможет его остановить. Другой вопрос, что он будет делать с Америкой, став ее президентом? Этого не знает никто. И уж точно этого не знает Барак Обама.

ХОХЛОФОБИЯ

Если независимость Киева оценивать по тому, насколько испорчены отношения нового государства со старым имперским центром, то можно с уверенностью сказать, что самостоятельное украинское государство состоялось.

Три с половиной года, прошедшие после «оранжевой революции» на Украине, оставались временем постоянных взаимных обвинений и упреков между Москвой и Киевом. Сейчас мы наблюдаем очередной всплеск взаимной неприязни - яблоком раздора в очередной раз оказался Крым и Черноморский флот.

Мэр Москвы Юрий Лужков почему-то никак не может примириться с тем, что Никита Хрущев отдал Крым под управление Киева. Хотя тот же Хрущев, между прочим, ликвидировал отдельную союзную республику в Карелии, присоединив её к России, что было куда более спорным решением с точки зрения тогдашних конституционных норм. Разумеется, карельский Петрозаводск никогда не был «городом русской славы» в отличие от «легендарного Севастополя», но ведь и украинская Полтава имеет непосредственное отношение к русской истории.

Как и следовало ожидать, очередная зажигательная речь Юрия Лужкова в Крыму вызвала всплеск эмоций в Москве и Киеве, обмен взаимными обвинениями и угрозу со стороны украинского правительства удалить из Севастополя российский флот. Ради чего, скорее всего, речь и была произнесена.

Между тем, бросается в глаза то, что, несмотря на все усилия националистов, несмотря на страшные рассказы о Голодоморе, «советской оккупации» и прочих злодеяниях Москвы, антирусские настроения на Украине куда слабее, нежели антиукраинские настроения в России. Общий тон антирусской пропаганды, разворачиваемой во Львове и Киеве, потому и является столь истерическим и агрессивным, что достигаемый эффект минимален. Жители Украины, хоть и привыкли к многолетнему конфликту с Москвой, но относятся к нему с легкомысленной иронией, с которой, впрочем, оценивают и любые другие начинания как собственной, так и российской власти. Привить жителям Украины любовь к НАТО просто никак не удается, как и вызвать у военнослужащих желание умереть за интересы США в Ираке, Афганистане, Судане или каком-либо ещё месте, которое для этих целей будет обнаружено на карте.

Это легкомысленно-презрительное отношение к власти свойственно далеко не только регионам, традиционно связанным с Россией, но и стране в целом. Причем в Центральной Украине оно ощущается даже сильнее, чем на востоке. Столетия, в течение которых украинцы существовали, не имея собственного «национального государства», приучили их относиться к инициативам власти без особого доверия.

На фоне циничных украинцев, граждане России отличаются удручающей серьезностью. Они действительно обижаются на соседнюю республику за Крым, искренне переживают, когда им сообщают про публикацию в Киеве очередного антирусского пасквиля, который там никто не читает.

Опросы общественного мнения показывают, что градус антиукраинских настроений в России на порядок выше, чем антирусских - на Украине. Что, кстати, и объясняет заинтересованность наших политиков проблемой Крыма или участью русских школ в Харькове. Они прекрасно знают, где находятся их избиратели. И пламенные речи произносят, обращаясь не к севастопольской или харьковской толпе, а к телевизионным камерам, которые донесут их патриотический порыв до жителей Великороссии.

Возможно, Збигнев Бжезинский был прав, когда говорил, что потеряв Украину, Россия уже никогда не сможет стать великой державой. Во всяком случае, отечественные деятели, распространяющие в стране антиукраинскую истерию или пытающиеся её использовать, делают всё от них зависящее, чтобы воплотить данное пророчество в жизнь.