Сборник стихотворений 1838 г., Бенедиктов Владимир Григорьевич

Сборник стихотворений 1838 г.

Бенедиктов Владимир Григорьевич

Шрифт:

Пожар

Ночь. Сомкнувшееся тучиЛунный лик заволокли.Лёг по ветру дым летучий,Миг – и вспыхнуло в дали!Встало пурпурное знамя,Искор высыпала рать,И пошёл младенец – пламяВольным юношей гулять.Идёт и растёт он – красавец опасной!Над хладной добычей он бурно восстал,К ней жадною грудью прильнул сладострастно,А кудри в воздушных кругах разметал;Сверкают объятья, дымятся лобзанья…Воитель природы, во мраке ночном,На млеющих грудах роскошного зданьяСияет победным любви торжеством.Высоко он мечет живые изгибы,Вздымается к тучам – в эфирный чертог;Он обдал румянцем их тёмные глыбы;Взгляните: он заревом небо зажёг!Царствуй, мощная стихия!Раздирай покровы ночи!Обнимай холодный мир!Вейтесь, вихри огневые!Упивайтесь ими, очи!Длись, огня разгульный пир!Ветер воет; пламя вьётся;С треском рухнула громада;Заклубился дым густой.Диким грудь восторгом бьётся;Предо мною вся прелесть ада,Демон! ад прекрасен твой!Но буря стихает, и пламя слабеет;Не заревом небо – зарёю алеет;То пламя потухло, а огненный шарС высока выводит свой вечный пожар.Что ж? – На месте, где картинаТак торжественна была,Труп лишь зданья – исполина,Хладный пепел и зола.Рдела пурпуром сраженьяНочь на празднике огня;След печальный разрушеньяOзарён лучами дня.В ночь пленялся я красою,Пламень буйства твоего:Днём я выкуплю слезоюЗлость восторга моего!Слеза прокатилась, обсохли ресницы,И взор устремился к пожару денницы,К пожару светила – алмаза миров; —Издавна следимый очами веков,Являет он пламени дивные силы;Земля на могилах воздвигла могилы,А он, то открытый, то в облачной мгле,Всё пышет, пылает и светит земле.Невольно порою мечтателю мниться:Он на небе блещет последней красою,И вдруг, истощённый, замрёт, задымится,И сирую землю осыплет золой!

Предостережение

Торжествующая НинаВидит: голубя смирней,Сын громов, орёл – мужчинаБьётся в прахе перед ней.Грудь железную смягчилаНега пламенной мечты,И невольно уступилаМужа царственная силаВласти женской красоты.Не гордись победой, дева!Далеки плоды посева.Дней грядущих берегись!Нина, Нина, – не гордисьЭтих взоров юной прытью;Не гордись, что ты моглаНеги шёлковою нитьюСпутать дикого орла!Близки новые минуты,Где сама должна ты снятьЭти розовые путыИ грозу распеленать!Дерзкий хищник жажду взора,Жажду взора утолит,И грудей роскошных скороЖаркий пух растеребит;Ты подашь ему, как Геба,Этот нектар, а потомВдруг неистовым крыломТвой орёл запросит неба;Чем сдержать его?Горе, если пред собоюОн узрит одну лишь степьС пересохшую травою!Он от сердца твоегоПрянет к тучам, к доле скрытной,Если неба пищей сытнойНе прикормишь ты его!

Горячий источник

Струёю жгучей выбегаетИз подземелей водный ключ.Не внешний жар его питает,Не жаром солнца он кипуч; —О нет, сокрытое горнилоЖивую влагу вскипятило;Ядра земного глубинамОгонь завещан самобытной:Оттуда гость горячий к намИз двери вырвался гранитной.Так в мрачных сердца глубинахПорою песнь любви родитсяИ, хлынув, в пламенных волнахПред миром блещет и клубится;Но не прелестной девы взорЕё согрел, её лелеет;Нет, часто этот метеорСверкает ярко, но не греет!Жар сердца сам собой могуч; —Оттуда, пролитый в напевы,И под холодным взором девыБежит любви горячий ключ.

Услышанная молитва

Под мглою тяжких облаков,В час грозной бури завыванья,С любимой девой сочетанья,Топясь, просил я у богов.Вдруг – лёгким светом даль блеснула,Мрак реже, реже стал, – и вотСквозь тучи ярко проглянулаЭмаль божественных высот;И вот – открылся свод эфирнойТуч нет: торжественно и мирноПрошли вестительницы бурь,И полная дневного пылаВесь лик природы осенилаОдна чистейшая лазурь.Мой друг! Услышаны моленья;Вот он – предел соединенья;Один над мною и тобойНавес раскинут голубой!Взгляни, прекрасная, над нами,Как опрокинутый фиал,Он, в землю упершись краями,Нам общий храм образовал.Он прочен, радостен и мирен…Но жаль, мой друг, моя краса,Что общий храм наш так обширен,Что так огромны небеса!Быть может, здесь, под этим сводом,Стеснён докучливым народом,Я не найду к тебе следа, —И в грустной жизненной тревогеВ одном лазуревом чертогеМы не сойдёмся никогда!

Жизнь и смерть

Через все пути земныеС незапамятной порыВ мире ходят две родные,Но несходные сестры.Вся одна из них цветами,Как невеста, убрана,И опасными сетямиСмертных путает она;На устах любви приманка,Огонь в очах, а в сердце лёдИ, как бурная вакханка,Дева пляшет и поёт.Не блестит сестра другая;Черен весь её покров;Взор – недвижимо – суров;Перси – глыба ледяная,Но в груди у ней – любовь!Всем как будто незнакома,Но лишь стукнет у дверей, —И богач затворный – домаДолжен сказываться ей;И чредой она приходитК сыну горя и труда,И бессонницу отводитОт страдальца навсегда.Та – страстей могучем хмелемШаткий ум обворожитИ, сманив к неверным целям,С злобным смехом убежит.Эта в грозный час недугаНас, как верная подруга,Посетит, навеет сон,Сникнет к ложу с страданьемИ замкнёт своим лобзаньемТяжкий мученика стон.Та – напевами соблазнаОбольщает сжатый духИ для чувственности празднойСтелят неги жаркий пух.Эта – тушит пыл телесный,Прах с души, как, цепи рвётИ из мрака в свет небесныйВдохновенную влечёт.Рухнет грустная темница:Прах во прах! Душа – орлицаСнова родину узритИ без шума, без усилья,Вскинув девственные крылья,В мир эфирный воспарит!

Возвращение незабвенной

Ты опять передо мною,Провозвестница всех благ!Вновь под кровлею родноюЗдесь, на невских берегах,Здесь, на тающих снегах,На нетающих гранитах, —И тебя объемлет кругТо друзей полузабытых,То затерянных подруг;И, как перл неоценимой,Гостью кровную любяСердце матери родимойОтдохнуло близь тебя.И певец, во дни былыеПевший голосом любвиОчи, тайной повитые,Очи томные твои,Пившей чашею безбрежнойГоре страсти безнадежной,Безраздельных сердца грез, —Видя снова образ милой,Снова с песнию унылойВ дар слезу тебе принес…Друг мой! прежде то ли было?Реки песен, море слез!О, когда бы все мученья,Все минувшие волненьяМог отдать мне твой возврат, —Я бы все мои стремленья,Как с утеса водоскат,В чашу прошлого низринул,Я б, не дрогнув, за нееРазом в вечность опрокинулВсе грядущее море!Ты все та ж, как в прежни годы,В дни недавней старины,В дни младенческой свободыЗолотой твоей весны;Вижу с радостию прежнейТот же образ пред собой:Те ж уста с улыбкой нежной,Очи с влагой голубой…Но рука – с кольцом обета, —И мечты мои во прах!Пыл сердечного приветаЗамирает на устах…. .. .Пусть блестит кольцо обета,Как судьбы твоей печать!И супругу – стих поэтаВластен девой величать.Облекись же сам названьем!Что шум света? Что молва?Твой певец купил страданьемМиру чуждые права.Он страданьем торжествует,Он воспитан для него;Он лелеет, он целуетЯзвы сердца своего,и чуждается, не проситВоздаянья на земле;Он в груди все бури носитИ покорность на челе.Так; – покорный воле рока,Я смиренно признаю,Чту я свято и высокоУчасть брачную твою;И когда перед тобоюПоявлюсь на краткий миг,Я глубоко чувство скрою,Буду холоден и дик; —Света грустное условьеВыполняя как закон,Принесу, полусмущен,Лишь вопрос мой о здоровьеДа почтительный поклон.Но в часы уединенья,Но в полуночной тиши —Невозбранного томленьяБуря встанет из души. —И мечтая, торжествуя,Полным вздохом разрешу яВ сердце стиснутый огонь;Вольно голову, как ношу,Сердцу тягостную, брошуЯ на жаркую ладонь,И, как волны, звуки прянут,Звуки – жемчуг, серебро,Закипят они и канутСо слезами под перо,И в живой реке напеваМолвит звонкая струя:Ты моя, мой ангел – дева,Незабвенная моя!

К ней же

Прекрасная! ты покидаешь нас,Вновь улететь ты в край готова дальний,И близок он – неотразимый час,Когда приму я твой завет прощальный,Когда еще в немой груди моейУснувшее мученье встрепенетсяИ у давно исплаканных очейЕще слеза кипучая найдется!Скажи: зачем от родины святойТы свой полет к чужбине устремила?Или тебя природы красотойТа пышная страна обворожила?Цветущ тот край: там ясен неба свод,Тяжел и густ на нивах колос чуднойЦветы горят, и рдея, сочный плодКолышется на ветке изумрудной;Но жизнь людей и там омрачена:В природе пир, а человек горюет,И, кажется, пред страждущим онаНасмешливо, обидно торжествует!О, не гонись за солнцем той страны!Его лучи не возрождают счастья;А здесь тебе средь вечного ненастьяХоть отпрыски его сохранены.Любовь? – О нет; не страстное желаньеТебя зовет к далеким берегам,Не пыл души, не сердца трепетанье…Что было здесь не обновится там!Здесь ты жила и негой и любовью,Здесь вынесла сердечную грозу,И тайную полночную слезуДевичьему вверяла изголовью;Здесь было все… Напоминать ли мне,Чего забыть душа твоя не может?Нет! не любовь твой ангельский полетС родных брегов направила к чужбине; —Суровый долг – так, он тебя зовет,И ты летишь, покорная судьбине.Тебя не взрыв причудливой мечтыТуда влечет, но воля проведенья;Не прихотью блестят твои черты,Но кротостью священного терпения.Ты счастья там не мыслишь отыскать;Надежды нет в твоем унылом взоре, —Нет, спешишь, чтоб снова там обнятьТебе в удел назначенное горе.Лети! лети! – Страдая и любя,И на земле твоим блистая светом,Я не дерзну, желанная, тебяУдерживать предательским советом.Свят жребия жестокий приговор:Пусть надо мной он громом раздается!прости! – Тебя лишается твой взор,С моей душой твой образ остается!И о тебе прекрасная мечта —Она со мной, – она не отнята,И надо мной горя лучом спасенья,Она мне жизнь, мой ангел вдохновенья;И в миг, когда заслышу горный клирИ грудь мою взорвет порыв могучий,Она, гремя, изыдет в божий мирВ живом огне серебряных созвучий!

Прости!

Прости! – Как много в этом звукеГлубоких тайн заключено!Святое слово! – в миг разлукиГраничит с вечностью оно.Разлука… Где ее начало?В немом пространстве без концаЕдва да будет прозвучалоИз уст божественных творца,Мгновенно бездна закипела,Мгновенно творческий глаголЧерту великого разделаВ хаосе дремлющем провел.Сей глас расторгнул сочетанья,Стихии рознял, ополчил,И в самый первый миг созданьяС землею небо разлучил,И мраку бездны довременнойВелел от света отойти, —И всюду в первый день вселеннойПромчалось грустное «прости».С тех пор доныне эти звукиИдут, летят из века в век,И брошенный в юдоль разлукиПовит страданьем человек.С тех пор как часто небо ночиСтремится в таинственной далиСвои мерцающие очиНа лоно сумрачной земли,И к ней объятья простирая,В свой светлый край ее манит!Напрасно: узница роднаяВ оковах тяжести скорбит.Заря с востока кинет розы —Росой увлажатся поля;О, это слезы, скорби слезы,В слезах купается земля.Давно в века уходят годы,И в вечность катятся века,Все так же льется слез природыНеистощимая река!Прости! Прости! – Сей звук унылыйДано нам вторить каждый час,И наконец – в дверях могилыЕго издать в последний раз; —И здесь, впервые полон света,Исходит он как новый луч,Как над челом разбитых тучМладая радуга завета,И смерть спешит его умчать,И этот звук с ода кончины,Здесь излетев до половины,Уходит в небо дозвучать, —И повторен эдемским клиром,И принят в небе с торжеством,Святой глагол разлуки с миром —Глагол свиданья с божеством!

За – невский край

Нева, красавица – Нева!Как прежде, ты передо мноюБлестишь свободной шириною,Чиста, роскошна и резва;Но тот же ль я, как в прежни годы,Когда, в обновах бытия,На эти зеркальные водыЛюбил засматриваться я?Тогда, предчувствий робких полный.Следил я взорами твой бегИ подо мной, дробясь о брег,Уныло всхлипывали волны,И я под их волшебный шум,Их вздохи и неясный ропотНастроил лепет первых думИ первых чувств любовный шопот.Потом, тоскуя и любя,Потом, и мысля, и страдая,О, сколько раз, река родная,Смотрел я в даль через тебя, —Туда, на темный край столицы,Туда, где чудная онаПод дланью творческой десницыДержавной мыслью рождена.Зачем туда летели взгляды?Зачем туда, чрез вольный ток,Убогий нес меня челнокВ час тихой, девственной прохлады,Или тогда, как невский валС возможной силой в брег плескал,Иль в те часы заповедные,Как меж гранитных береговСпирались иглы ледяные,И зимний саван был готов?Зачем?.. Друзья мои, не скрою:Тот край – любви моей страна.Там – за оградой крепостною —Пустынно стелется она.Там не встречают наши взорыКрасой увенчанных громад;Нагнувшись, хилые заборыВ безлюдных улицах стоят;В глуши разметаны без связиЖилища смертных, как-нибудь,И суждено им в мире грязиВесной и осенью тонуть.Но, избалованные други!Ужели не случалось вам,Деля обидные досугиПо всем Петрополя концам,В тот мирный край, хотя случайно,Стопой блуждающей забресть?Туда – друзья – скажу вам тайну:Там можно сердце перевесть!Идиллий сладкие напевыТам клонят юношу к мечте,И в благородной простотеЕще пастушествуют девы..О, сколько раз, страна глухая,По темным улицам твоимБродил я, трепетно вздыхая,Сердечной жаждою томим;Потупя взор, мрачней кладбища,Тая души глубокий плен,Бродил я вдоль заветных стенАлины мирного жилища,И видел в окнах белый свет,И все гадал: зайти иль нет?Что ж? чем решать недоуменье? —Зайду. К чему в святом стремленьеСебя напрасно побеждать?Не грех ли сладкое мгновеньеУ сердца нищего отнять?И я был там… Как цвет эдема,Моим доступная мечтам,Она – души моей поэма —Меня приветствовала там,Меня в свой рай переносила,Меня блаженствовать учила:Страдать – я выучился сам.Теперь волшебница далеко;Но и досель отрадно мнеБродить безлюдно, одинокоПо той пустынной стороне.Мне там приветней блещет в очиИ полдня пламенный уборИ милый свет созвездий ночи —Небес недремлющий дозор.Земного счастья отчужденца —Все там живит меня досель,И тешит сердце, как младенца,И зыблет грудь, как колыбель!

Радость и горе

О радость! – Небесной ты гостьей слетелаИ мне взволновала уснувшую грудь.Где ж люди? Придите: я жажду раздела,Я жажду к вам полной душою прильнуть.Ты соком из гроздий любви набежала —О братья! вот нектар: идите на пир!Мне много, хоть капля в мой кубок упала:Мне хочется каплей забрызгать весь мир!Приди ко мне, старец – наперсник могилы!Минувшего зеркалом став пред тобой,Я новою жизнью зажгу твои силы,И ты затрепещешь отрадной мечтой!Дай руку, друг юный! Пусть милая радостьПроглянет в пылающих братством очах,И крепко сомкнется со младостью младостьЗа чашей, в напевах и бурных речах!Красавица – дева, мой змей черноокой,Приди: тебе в очи я радость мою,В уста твои, в перси, глубоко, глубоко,Мятежным лобзаньем моим перелью!Но ежели горе мне в душу запало —Прочь, люди! оно нераздельно мое.Вам брызги не дам я тогда из фиала,В котором заветное бродит питье!Как клад, я зарою тяжелое гореПечального сердца в своих тайниках,И миру не выдам ни в сумрачном взоре,Ни в трепетных вздохах, ни в жалких слезах.Нейдите с участьем: вам сердце откажет;В нем целое море страдания ляжет, —И скорби волна берегов не найдет!Пред искренним другом умедлю признаньем:Мне страшно – он станет меня утешать!И тайн моих дева не вырвет лобзаньем,Чтоб после с улыбкой о них лепетать.Так, чуждые миру, до дня роковогоЯ стану беречь мои скорби, – а тамПошлю все залоги терпенья святогоНа сладостный выкуп к эдемским вратам!

К черноокой

Нет, красавица, напрасноТвой язык лепечет мне,Что родилась ты в ненастной,В нашей хладной стороне!Нет, не верю: издалекаБурный ветер тебя увлек:Ты – жемчужина Востока,Поля жаркого цветок!Черный глаз и черный волос —Все не наших русских дев,И томительный твой голосСыплет речь не на распев.Нет в лице твоем тумана,И извив живого стана —Азиатская змея.Ты глядишь, очей не жмуря,И в очах кипит смола,И тропическая буряДышит пламенем с чела.Фосфор в бешенном блистанье —Взоры быстрые твои,И сладчайшее дыханьеВеет мускусом любви.

1 2 3 4

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Сборник стихотворений 1838 г.

Бенедиктов Владимир Григорьевич

Шрифт: