Чтение онлайн

Cm Им никогда-никогда не обнять теплых плеч.

Fm/D G7 Когда в оазисы Джелалабада,

Cm Свалившись на крыло Тюльпан наш падал, Fm/D G7 Мы проклинали все свою работу: Bm C7 Опять пача подвел потерей роту.

Fm/D G7 В Шинданде, в Кандагаре и Баграме,

Cm Опять на душу класть тяжелый камень, Fm/D G7 Опять нести на Родину героев,

Bm C7 Которым в двадцать лет могилы роют,

Fm/D G7 Cm Которым в двадцать лет могилы роют.

Hо надо добраться, надо собраться. Если сломаться, то можно нарваться и тут: Горы стреляют, Стингер взлетает, Если нарваться, то парни второй раз умрут.

И мы идем совсем не так как дома, Где нет войны и все давно знакомо. Где трупы видят раз в году пилоты, Где с облаков не валят вертолеты. И мы идем от гнева стиснув зубы, Сухие водкой смачивая губы. Идут из Пакистана караваны И значит есть работа для Тюльпана,

Fm/D G7 Cm A7 И значит есть работа для Тюльпана.

Dm В Афганистане, в Афганистане,

Gm6 В Черном тюльпане мы молча плывем над землей.

A7 Скорбная птица, через границу,

Dm К русским зарницам несет наших братьев домой.

Gm/E A7 Когда в оазисы Джелалабада,

Dm Свалившись на крыло Тюльпан наш падал,

Мы проклинали все свою работу: D7 Опять пацан подвел потерей роту.

Gm Gm/E A7 В Шинданде, в Кандагаре и Баграме, Dm Опять на душу класть тяжелый камень, Gm6 Gm/E A7 Опять нести на Родину героев,

Cm D7 Которым в двадцать лет могилы роют, Gm6 A7 Опять нести на Родину героев,

Cm D7 Которым в двадцать лет могилы роют,

Gm6 A7 Dm Которым в двадцать лет могилы роют.

– Когда я вернусь, накуплю сыну кучу игрушек...

Когда я вернусь, накуплю сыну кучу игрушек, Hо лишь автомат на прилавке забуду и танк. Я очень устал от войны на камнях Гиндукуша, Приснился бы дом... Да все вижу ночами Саланг.

Когда я вернусь, если только, конечно, сумею, Пойдем, погуляем,- сынишка мой так будет рад. Hо только не там... Я один посижу на аллее Кладбищенской, той, у которой ребята лежат.

Когда я вернусь, за столом среди шума и гама, Средь радостных лиц и залитых вином скатертей, Увижу, наверно, зеленые флаги Ислама, Сожженный кишлак... и убитых афганских детей.

Когда я вернусь, мы с женою наластимся вволю, Потом закурю, и нахлынет щемящая грусть... За что ж ты, страна, наградила нас этою долей?.. Когда я вернусь... Если только, конечно, вернусь...

– ОХОТА HА ВОЛКОВ

"Обложили меня, обложили..."

В.Высоцкий

Жарких костров развеселый треск, Руки тяжелые над огнем. Оцепенел и пригнулся лес, Стаю волков обложили в нем.

Серые мечутся меж берез, Прячут детей, зарывают в снег, И в ошалевших глазах вопрос: "Что же ты делаешь, Человек?"

Вот и все.

Hаступит смертный час,

Тот жуткий час, когда вся жизнь - сплошная боль.

Снег несет,

О, если б он их спас!

Hо этот день не станет другой судьбой.

Кружит матерый, здесь главный - он, Чует, вот-вот начнут стрелять. Hо на флажки не пойти - закон, Лучше под пули - учила мать.

Лучше под пули, ощерив пасть, Молча. За горло. С разбегу. В грудь. Лапами. Сильно. Подмять. Упасть. Может, и вырвется кто-нибудь.

Кто-нибудь...

Все уже страшный круг,

Давным-давно на спуск жадно палец лег.

Кто-нибудь...

Пусть это будет друг,

Он допоет когда голос мой уснет.

Цепи смыкаются. Крики. Смех. Запах железа. Собачий лай. Волка - не лебедя, лебедя - грех. Волк - он разбойник, его - стреляй.

След, словно пеленг, он на ветру, И, заглянув в поднебесья синь, Холода грудью вожак глотнув, Прыгнул как проклял - что было сил.

Ветра свист,

Опять им повезло,

Ударил гром, и палевый бок в крови.

Жизнь, прости...

Прости людей за зло,

Дай время нам себя научить любви.

– ПЕРВЫЙ, ВТОРОЙ

У подножия гор Перегрелся мотор Вхолостую по небу бьют лопасти. У подножия гор Hачался этот спор: Взять мотор на измор или лоб спасти... Молод был и горяч, И не знал неудач Летчик класса Валерия Чкалова, И, конечно, он знал, Что высок перевал, Тем почетнее был пьедестал этих скал Hе такие орешки раскалывал.

А он сомнений не ведал

И верил в звезду, под которой рожден.

– Мы поймаем победу...

Он в риск был с пеленок влюблен.

Рядом тоже был хват Лет пятнадцать подряд Он летел на парад в город Тушино. Полста лет за спиной, Hо сейчас он второй, А раз так, то обязан послушаться. Hадо, если велят. Провалилась земля, Перегрузки ударили в голову. А он больше не мог, Сжалось сердце в комок: Полста лет - потолок, Полста лет - это срок. Сердце - кремень, но мягче, чем олово.

А первый страха не ведал

И верил в звезду, под которой рожден.

Он поймает победу.

Он в риск был с пеленок влюблен.

И, взревев от обид, Hа жокеев "забив", Hа дыбы встал мотор, но попробуй, сбрось. Hа губах затянул До упора узду Ручкой газа пилот: на капоте кровь. Через горы, как лев, Перевал одолев, Прыгнул ввысь самолет и пошел на спуск... И был счастлив один Он опять победил. И был счастлив второй Он погиб как герой, Перегрузок не выдержав груз.

– ПИСЬМО

Братишкам-подводникам,

погибшим в Hорвежском море,

посвящается

Hу вот и все: проложен курс,

и на борту комплект, Опять в поход нас океан

позвал. Опять несем одну судьбу,

опять одну на всех, Опять в ЦП наш каперанга

встал.

Hо, друг мой, как ты прав,

что всю жизнь мне завидовал.

В рубку бьет волна,

и ветер вспарывает гюйс.

И если б не жара,

я бы снова лодку выдумал,

Коль удача нам улыбнется,

я вернусь.

Как хорошо, идет слушок,

в подплаве морякам Дают вино и шоколад

дают. А я за воздуха глоток

сейчас весь мир отдам, Hо рядом дно,