Чтение онлайн

С траверза набежала волна, перевалила через фальшборт и Кулакина с силой хлопнуло о шкафут. Джакоб сжал зубы и, перепрыгивая через обломки такелажа, побежал в кормовую рубку.

. . . . . . . . . . . _________________________________________ (+) миля(морская) - десять кабельтовых. 1609 мемтров (++) кабельтов - десятая часть мили.

– Ваше здоровье!
– прервал Джакоба лорд Хронь, поднимая стакан.

– Его заменили, поймите наконец! Заменили!

– У нас незаменимых нет, - ответствовал лорд Храм Хронь, отправляя в рот плавленный сырок.

– Лорд, у нас считанные минуты!

Лорд Хронь не стал особенно напрягать свой ум.

– Все сказал?
– мрачно спросил он.

Кулакин утер пот со лба, отчаявшись что-нибудь обьяснить.

– Ну, а теперь я скажу,- продолжал лорд в медленно разбуженном гневе, - хочешь выпить - вот тебе стакан, а нет - так вот тебе Бог, а вот порог! Могу я, наконец, хоть раз в жизни выпить спокойно!

В ярости он так сильно плюнул, что, попав в стакан, разбил его. На палубе послышался угрожающий рык.

Кулакин, заламывая руки, выскочил и задрал голову: на фоне дымного неба ослепительно пылали трюмсели. От них занялись стаксели и крюйсели.

Джакоб, раскрыв рот, следил за пожаром, но тут его трахнуло по башке крюйс-стеньгой, он ссыпался с лестницы на полуют и больше уже ничего не помнил и ни о чем не волновался.

. . . . . . . . . . .

Матросы, как стадо баранов, с безразличным видом ждали, когда можно будет отвязывать шлюпку, в которой уже сидел Мрамалад, всклокоченный МакДункель и двигающий желваками Виторган. Они молча, напряженно ждали конца переговоров. Шлюпку здорово мотало и било о борт шхуны.

– Однако вы авантюристка, фрау Маргарет!
– горько сказал Джакоб.

– Станешь тут авантюристкой.

Джакоб в бессильном гневе оглянулся вокруг, хотя перебинтованная голова сильно стесняла движения - кроме прижавшейся к нему леди Елизабет, его окружали сплошь жестокие, непроницаемые лица.

– А ну вас всех в задницу, гады! Сволочи!
– вскрикнул Джакоб Кулакин с великой обидой.

– А ты нас не сволочи!
– хмуро отозвался Лысый Монтахью.

– Гады, гады вы все!

Mонтахью посопел, не зная что сказать, и, махнув рукой, поковылял на шкафут.

– Бог терпел и нам велел!
– неожиданно брякнул лорд Хронь, покачиваясь.

– Вы отменно любезны, мой дивный гений!
– с несвойственной ему иронией сказал Джакоб и резко повернувшись, стал спускаться в шлюпку.

– Чахоточного не забудь!
– крикнул с шкафута Лысый Монтахью, указывая на барахтающегося в ледяной воде Питера Счахла - никто до сих пор не обратил внимания, что при абордаже он свалился в воду и барахтался там уже час. Бедняга был так плох, что казалось, его не стоит и вытаскивать - гуманнее тюкнуть легонько веслышком по голове.

Но жалостливый и верный друг степей и пустынь Мрамалад могучей рукой поднял беднягу за шиворот, как следует встряхнул и усадил на скамейку. Жестоко кашляющий Питер, дрожа, достал из кармана платок и уткнулся в него.

– Садись, Джакоб...
– тихо, сочувственно сказал Виторган спустившемуся Кулакину.

– Кому Джакоб, а кому мистер Кулакин!
– скрипя зубами, не в силах победить раздражение, вскричал Джакоб с такой силой, что Мак-Дункель испуганно вздрогнул.

Mатросы вверху осклабились в дурацких ухмылках.

– И это говоришь мне ты! Ты, товарищ по несчастью!

– Тамбовский волк тебе товарищ!
– заорал Кулакин и, сплюнув, стал грозить кулаком работающим на палубе матросам.

. . . . . . . . . . .

Mрамалад прыгнул в воду и втянул шлюпку на берег.

Они осторожно вышли на сушу и оглянулись. Мрачные скалы громоздились над их головами. Леди Елизабет сжала губы, чтобы не расплакаться, и прижалась к Джакобу. Питер Счахл, на котором еще не вполне просохла одежда, изо всех сил кашлянул и зашарил зашарил по карманам.

Мак-Дункель свирепо оглядел его и сказал:

– Ну, черт меня совсем подери! Чтоб черт...

В этот момент от нависшей над ними скалы отделилась верхушка (вероятно, от кашля бедняги Питера), бесшумно брякнулась на песок, прокатилась по Мак-Дункелю и с плеском остановилась в море.

Доктор бросился на помощь, подбежал к мокрому месту, оставшемуся от бедняги (в данном случае Мак-Дункеля), осмотрел его и был вынужден признать, что медицина в данном случае бессильна.

Все застыли на месте от неожиданности.

– Боже!
– прошептала леди Елизабет, - не зря он был так раздражителен в последнее время. Бедный, бедный Мак-Дункель, чуял свою гибель!

Виторган снял шапку и молча задвигал желваками.

. . . . . . . . . . .

Негры со счастливыми лицами стучали в тамтамы и непрерывно плясали.

Бандиты, выжидая, стояли за кучами скорлупы и семечек, громоздящимися вокруг убогой деревни.

Выждав, бандиты с зловещими криками бросились на веселившихся чернокожих. Те, охваченные ужасом, повалились наземь и уткнулись лицами в кожуру и скорлупу.

В несколько минут операция по захвату негров была закончена - их грубо поднимали с земли и по одному заталкивали в загон для скота.

Только там несчастные чернокожие начинали понимать, что их постигла беда. Но, увы, было слишком поздно.

– В путь!
– вскричал Лысый Монтахью, шелкая бичем, - Не будь я Лысый Монтахью, если через неделю мы не выйдем к устью реки!

Джон Глэбб, широко осклабясь, щелкнул зажигалкой.

. . . . . . . . . . .

Негров грубо согнали к роднику, где им дали выпить по глотку отврвтительной тухлой воды и съесть по пол-пол-плошки отвратительного жмыхового суррогата.

В кустах защелкали выстрелы - это Джон Глэбб добивал злополучных чернокожих, искусанных тиграми и изнасилованных осьминогими семихуями.

Монтахью, морщась, разглядывал серые, изможденные лица несчастных, оставшихся в живых - в живых осталось не более половины.

– Ладно, - сказал, наконец, Монтахью, постукивая себя стеком, хватит и этих...

. . . . . . . . . . .

...Наконец чистые простыни! Джакоб некоторое время лежал спокойно, но затем, плотски возжелав, чертыхаясь поднялся и наощупь разыскал дверь в комнату леди Елизабет.