Чтение онлайн

Я нервно сплюнул и поднялся на ноги. Внутри кипело чувство праведного гнева, которое я старался унять, глубоко вдыхая морозный воздух. В молчании, мы с другом вернулись в общежитие. По пути он выбросил трубу, которая была его оружием в этой стычке. Интересный выбор, конечно. Она со звоном лязгнула, приземлившись куда-то на камни и обломки.

Ветер шевелил редкие кусты у крыльца, врезаясь в уши тишиной. Еще пять минут назад здесь стоял такой грохот, что слышал его, наверняка, весь Нью-Шеот, а теперь — звенящая тишина. Или это у меня от хлопков в голове шумит.

Мы прошли внутрь. Внутри пахло кровью, йодом, чем-то горелым. Юля стояла у импровизированного операционного стола — старого стола из кухни, застеленного простыней. Вик лежал неподвижно, грудь тяжело поднималась и опускалась. Его лицо осунулось, глаза были закрыты.

Юля прижимала к боку старика окровавленную марлю, выглядела измотанной. Ее волосы растрепались, лицо перепачкано, взгляд метался от раны к своему небольшому набору инструментов. Руки тряслись, но она упорно продолжала. Я слышал, как она что-то бормочет себе под нос — то ли себя успокаивала, то ли Виктора.

Илья первый шагнул вперед, я застыл в нерешительности.

— Ну, как он? — спросил он медичку, присаживаясь на корточки рядом с ней.

— Лучше, чем могло быть. Рану я очистила, зелье помогло стянуть края и остановить кровь, но… я не знаю. Если инфекция начнется или что-то пойдет не так… — Ее голос сорвался, она резко повернулась к бинтам, явно не желая показывать свою слабость и уязвимость в моменте.

Я молча наблюдал за ее движениями. В голове еще пульсировали воспоминания смертельных ударов по людям, пришедших по наши души. И последний удар. Это было… просто. Слишком просто.

— Он справится, — сказал я, подходя ближе.

Юля бросила короткий взгляд на меня, полный усталости, и ничего не ответила. Илья поднялся, хлопнул меня по плечу и усмехнулся:

— Старик этот еще всех нас переживет. Ты видел, как он с этой турелью управлялся? Черт, да он впечатляет!

Говорить о том, что стрелком был Ретро, я не стал. Не до этого сейчас, да и цель Ильи — поддержка, а не констатация фактов.

— Ладно, а ты сам как? — продолжил он, обращаясь ко мне, — сегодня обойдется без сюрпризов от твоих навыков?

Я пожал плечами.

— Нормально. Ничего серьезного.

Юля вдруг вскинула голову.

— Тот взрыв, что там было?

В комнате повисла тяжелая пауза.

— Вторая волна. Уже не представляют угрозы. — отрезал я.

Ее брови сдвинулись, взгляд стал жестким и холодным.

— Что ты имеешь в виду?

Илья, очевидно, понял к чему идет разговор, и вмешался, попытавшись перевести тему.

— Да брось, Юль. Майкл знает, что делает.

— Ты убил их всех? Майкл, что с тобой случилось? — она едва не сорвалась на крик, полный разочарования. В комнате вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Виктора. Я молчал, не зная, что ответить. Наконец, решился.

— Предлагаешь мне усадить их за стол и угостить чаем? Юль, эти твари пришли убивать. Тебя, Илью, меня. Подстрелили Виктора. Этого мало, чтобы не запариваться из-за совести?

— Я просто… не думала, что это станет нормой жизни…

— Это никогда не станет нормой, Юль. — сказал я, чувствуя, как напряжение начинает расползаться внутри. — Но в ситуации, когда-либо мы, либо нас, другого выхода я не вижу.

— Твои выходы отнимают жизни, Майк. — тихо сказала она, глядя на Виктора.

— А эти ублюдки не отнимают? Да еще как, уверен, положи они нас тут всех, попилили бы на запчасти и продали на черном рынке. Так что я просто боролся за выживание, и не нужно меня в этом упрекать!

Сорвался. А она не ответила.

Илья тяжело вздохнул, потер лицо и, улыбнувшись через силу, сказал.

— Ладно, а я трубой одного забил. Считай, тоже дебют. Правда, мне с этим легче спать, чем ему. — он кивнул на Виктора.

Юля резко повернулась к нему, ее взгляд был таким, будто она сама сейчас либо расплачется, либо начнет орать.

— Ты не видишь разницы?

— Да расслабься, Юль. Я шучу. Мы тут как можем выкручиваемся. Майк прав, моралями тут ничего не исправить.

Она не ответила, лишь вернулась к перевязке старика.

Я почувствовал, как нарастающая усталость начинает затмевать мысли. Ссориться не было никакого желания. Но вопрос действительно стоял в том, чего она на меня так взъярилась. Это же не моя вина, что я вытащил друзей из плена, или защитил их сейчас? Да, жестоко. Но как по другому? Решил, что все, что сейчас нужно — это время. Они привыкнут. Или не привыкнут, но тогда последствия будут хуже. Выбор невелик.

— Юль, займись Виктором. Ему нужна твоя помощь, а не наши споры. Мы все сделали сегодня то, что должны были сделать. — сказал я, разворачиваясь к двери.

Илья бросил взгляд на меня, и я почувствовал в его взгляде непроизнесенный вопрос., но он молчал, и я был за это ему благодарен.

Хотелось остудить нервы. Я вновь вышел на улицу, вдыхая морозный воздух. Ссора с Юлей сдавливала грудь, но она должна понять. Я смотрел на застывшую в ледяной тюрьме толпу и думал, сколько раз еще мне придется делать выбор между жизнью и смертью. Ответ был слишком очевидным.

Чтобы не тратить время зря, я пошел к диспетчерской рубке. Помещение встретило меня полным хаосом. Запах озона, паленой электроники, разнесенная комната. На полу валялись обрывки проводов, разбитые мониторы мигали обрывками сигналов, а в углу, в нелепо вывернутой позе, лежал еще один сборщик. Твою мать, проглядели.

Его глаза были широко распахнуты, а лицо застыло в маске ужаса. У него был свежий порез на горле, неровный, будто сделанный дрожащей рукой или в пылу схватки. На полу натекла темная лужа.

Мэй сидела на стуле у рабочего терминала. Ее руки лежали на клавиатуре, пальцы замирали над кнопками, не касаясь их. Лицо оставалось спокойным, но плечи выдавали напряжение — они были чуть приподняты, как у человека, готового вскочить в любой момент.

Я закрыл за собой дверь, бросил взгляд на труп.

— Ты цела? — спросил я, глядя на тело.

Она медленно повернулась ко мне, подняла взгляд, глядя на меня своими холодными, оценивающими глазами.

— Да. — коротко ответила она.

Я подошел ближе, присев напротив. ее руки слегка дрожали, и я заметил тонкую полоску крови на запястье. Вроде как не ее кровь.

— Как? — спросил я, и не потому, что мне нужен был подробный отчет. Просто хотел понимать ситуацию лучше.

— Он вошел сюда, пока я пыталась перехватить отслеживание наших сигналов. — начала она, избегая взгляда на тело. Ее голос был ровным, почти отстраненным, как будто она описывала события не своей жизни, а чьей-то чужой. — У него был нож. Он двигался тихо, а я его не сразу заметила.