Чтение онлайн

Но, это всё лишнее, редкие мысли, что проскакивали в свободную минутку. Уже семь дней без остановки я сражаюсь. Джанет таскала мне еды прямо на тренировочную площадку, она понимала, что что-то грядет, но не задавала лишних вопросов. Сегодня меня ждала последняя тренировка с духом и особая медитация, которая меня самого пугала всегда, но, выхода не было.

Солнце село, закрывшись в комнате медитации, дополнительно её покрыв защитой, я оставил в круге свою проекцию, а сам переместился к духу, он уже ждал меня в своей материальной форме и надо признать, он поднаторел в принятии человеческого облика.

– Скоро я не смогу отличить тебя от человека. – сказал я ему о своих мыслях.

– Не только ты учишься. Наблюдая за твоими копиями, я смог понять, как самому принять человеческий вид, хоть это и дается мне с трудом. – ответил он мне, смотря в ночное небо.

– Мне всегда было интересно. Тебе ведь уже тысячи лет, наверно, уже миллионы, почему тебе так тяжело дается перевоплощение в человека?

– Мы совершенно по-разному видим этот мир. Я не вижу тех материальных цветов, что и человек. Мое мышление отличается от вашего, но общаясь с тобой, я смог познать больше, чем за всю жизнь, надеюсь, это мне не повредит.

– Зависит от того, как ты будешь использовать полученные знания.

– Верно. – прикрыл он глаза своего искусственного тела. – Ну что, приступим?

– Пожалуй. – согласился я.

Вокруг и под ногами образовался барьер, и если в первые наши тренировки он состоял из чистой энергии, то теперь на нем были и руны. Дух не верил, что сможет использовать человеческую магию, но спустя несколько попыток, создал такой мощный барьер, какой не смог бы создать, даже используя все свои силы. Новая защита скрывала любые энергетические утечки и могла выдержать даже мой удар меча с бездной. Как показали наши тренировки, пустота способна на ужасающие вещи, особенно, если использовать её чистую форму, без истинной тьмы. Моя рука начинала распадаться, а духу становилось дурно. Последствия неприятные.

Заняв свои места, мы приготовились к бою. До сих пор я не мог победить духа, он обладал слишком большим запасом сил, и сегодня, можно сказать, была моя проверочная работа перед экзаменом. Тело покрыла броня прочнее стали, за спиной развивался плащ, способный легко менять форму, становясь щитом или крыльями по желанию. В руке зиял темный меч, с проблесками синих искр. Татуировки под одеждой светились, и каждая исполняла свою функцию. В этом бою будет использовано всё, что у меня есть.

***

Несколько часов длился наш бой и если бы не барьер, мы бы снесли несколько гор, прежде чем закончить. Моих собственных сил, не хватило бы на такое, но вся потраченная энергия возвращалась. Потери конечно были, именно поэтому мы сражались лишь два часа, а не всю ночь, хотя была и иная причина. В подвале моего дома, был начерчен особый круг, что концентрировал энергию истинной тьмы, и, по-видимому, бездны. Именно концентрация лишней силы пустоты и убила меня тогда, но сейчас без помощи Хель, не обойтись и её силу я ощущал где-то поблизости уже очень давно.

– Дух, я чувствую где-то далеко в горах очень темную энергию. Это место особое, не похоже ни на одно место на земле. – обратился я за помощью духа гор.

– Можешь не продолжать, я понял, о каком месте ты говоришь. – ответил он тяжело.

– Что такое? Это место опасно?

– С этой пещерой связано много Злого. Там медитировал надломленный человек, как и ты, его прозвали Безумным Лазарем.

– Но это место несет в себе огромную мощь. В нем грань нашего мира и пустоты тоньше.

– Всё верно. Лазарь именно из-за такого могущества и обезумел.

– Но я не он. Я не гонюсь слепо лишь за силой. Сила лишь инструмент для достижения высших целей и моя тяга ко тьме, следствие того, что во мне слишком много добра и света.

– В тебе много света? – взглянул он на меня, и, кажется даже смог изобразить удивление.

– Сейчас покажу.

– Ты. Хочешь показать ему? – спросил Авин.

– Да. – ответил я.

– Это плохая идея. Мы столько лет держали в узде наше сердце.

– Я понимаю. Несмотря на всю ненависть в нас, мы всё же хотим сделать мир лучше. Проблема была всегда лишь в том, что люди принимают добро за слабость. Мы оба скрыли своё желание помочь за тьмой и жестокостью.

Непросто кому-то открывать свою душу, особенно в прямом смысле этого слова. Я выпустил свет, сокрытый за толстой пеленой тьмы и серости. Весь барьер засиял изнутри, показывая мои замысли и мечты.

– Великий Создатель… - прошептал дух. – такая детская чистота. Такие наивные мечты.

В воздухе витали прекрасные города, сотворенные из света. Незапятнанная любовь. Бескорыстная доброта людей и боль… картины моей боли.

– Пожалуйста! Прекрати! – взмолился Авин детским голосом, запрятавшись в своей хижине.

– На этом хватит. – вернув весь свет обратно, на меня нахлынула жуткая апатия.

– Это прекрасно. – положил дух на моё плечо руку и отдал часть своих сил, чтобы взбодрить меня. – Странный ты человек, Авенир. Лелеять наивные мечты детства, так несвойственно людям.

– Каждый из нас, людей, в детстве мечтает о простых вещах, игрушки, веселые игры, друзья. Но, чего по-настоящему жаждет каждый с детства, дух? – задал я риторический вопрос. – Просто быть счастливым, без каких либо забот. Чтобы не было боли. Чтобы не было грустно. Каждый хочет ощутить добро, но где-то мы оступаемся, задеваем других, а они решают поступить с другими также и так по кругу. Почему просто нельзя быть добрее? Этот вопрос меня мучил с детства. Я не мог изменить весь мир разом, я не был богом, но желал им стать. Я помогу людям встать на верный путь, и пусть моя душа станет чернее ночи, но мечта наивного ребенка будет выполнена.

– Я отведу тебя в ту пещеру, Авенир. – сказал дух. – Многие альпинисты, что взбираются на мою вершину, мечтали о восхождении искренне. Также искренне мечтаешь ты. Возьми мою руку, но помни, пустота может дать великую силу, а может забрать жизнь.

Взяв его руку, я оказался в какой-то расщелине. Высоко над головой блестели звезды ночного неба, а впереди был узкий проход вниз, из которого тянуло ужасом.

– Ух, — прикрыл я нос, так как мог чувствовать энергию по запаху. В горле стоял ком. – Лазарь оставил здесь не очень хороший след.