Сценарий для третьей мировой войны: Как Израиль чуть не стал ее причиной
Шрифт:
Однако маршал признал, что по боевым кораблям Сирия уступает. Их у Израиля в 2,5 раза больше, хотя в условиях Ближнего Востока это не является решающим фактором для сравнительной оценки. Он согласился и с тем, что по авиации позиции Сирии тоже «несколько ослаблены».
— По количеству самолетов соотношение сил складывается 1,1 к 1 в пользу Сирии. Однако в связи с поступлением в последнее время на вооружение израильских ВВС самолетов F-15 и F-16 и ростом качественных характеристик израильских ВВС общее соотношение сил здесь, видимо, будет несколько в пользу Израиля.
Учитывая это, советское руководство приняло решение поставлять Сирии более современные типы самолетов — МиГ-23 МЛ и МиГ-25 ПД, а также оснастить их более современными дальнобойными ракетами. Помимо этого решено поставлять более современные ракеты и на самолеты, уже находящиеся на вооружении сирийских ВВС.
В целом же из всего этого напрашивался вывод, что в полномасштабной войне, особенно в войне длительной, Сирия выстоит против Израиля.
— По всем остальным видам вооружений, — заключил Огарков, — нет оснований проявлять беспокойство. У вас есть большие запасы вооружений, которые вы пока еще не использовали. У вас на складах свыше 500 танков, 700 орудий, 500 зенитных установок. Кроме того, в предстоящие 2–3 года по уже подписанным соглашениям вам будет поставлено вооружений на сумму 2,5 миллиарда рублей. А если мы еще подпишем соглашение на 630 миллионов, которое по непонятным для нас причинам до сих пор не подписано, то с учетом всех военных поставок к концу 1985 года боевой потенциал Сирии возрастет на 42 %.
И тут Огарков вновь поставил вопрос о создании советских военных баз в Сирии, подчеркнув, что большинство вопросов, касающихся такого соглашения, уже согласовано. Громыко его подержал:
— Это соглашение легло бы на общую ситуацию, складывающуюся в районе Ближнего Востока, особенно в связи с соглашением о стратегическом сотрудничестве между США и Израилем. Для всего мира было бы понятно, что это один из ответов Сирии и Советского Союза на антиарабскую договоренность США и Израиля. Это соглашение пошло бы на пользу Сирии, способствуя укреплению ее позиций.
Не подумайте, что мы вас уговариваем. Это соглашение нужно прежде всего вам. Оно в интересах Сирии, в интересах улучшения положения на Ближнем Востоке!
Хаддам обещал доложить обо всем этом сирийскому руководству.
— Мы стремимся к тому, — подчеркнул он, — чтобы во всем мире почувствовали: Сирия располагает таким военным потенциалом, опираясь на который она может дать отпор любым агрессивным действиям. И дать его не руками Советского Союза, а своими собственными. Мы против того, чтобы вовлекать наших советских друзей в прямую конфронтацию с Израилем.
После того как Хаддам ушел, Громыко отозвал Огаркова в сторону и сказал:
— Вы поняли? Это и был ответ на наше предложение о базах: хоть и не прямой, но негативный.
Более откровенным оказался премьер-министр Сирии Кассем. В начале февраля он прямо заявил советскому послу Юхину, что Сирия не может предоставить военную базу Советскому Союзу, так как вынуждена считаться с негативной позицией арабских стран.
Всего две недели прошло со времени визита Хаддама в Москву и позиция Сирии в корне поменялась. Что послужило толчком к этому? Скорее всего жесткие, воинственные заявления Израиля.
Вернувшись из США, министр обороны Израиля генерал Ариэль Шарон сделал несколько заявлений, суть которых сводилась к тому, что теперь Израиль будет наносить удары первым, чтобы свести на нет любую угрозу своей безопасности.
«Мы не можем больше соревноваться с арабами, — говорил он, — наша экономика больше не в состоянии нести бремя этой гонки вооружений». Через несколько лет у арабов будет на вооружении до 17 000 танков, более 3000 боевых самолетов, десятки тысяч пушек и сотни ракет класса «земля — воздух». Перед лицом подобной угрозы Израиль может избрать только одну линию поведения: нанести первым сильный удар, прежде чем опасность станет неминуемой. При этом Шарон подчеркнул, что располагает «конкретными фактами», показывающими, что Сирия готовится к войне с Израилем. [53]
53
ТАСС, 1982, 20 февраля, л. 5–7 СВ; 26 февраля, л. 14–15 СВ.
И это были не просто слова. Практически одновременно по линии разведки поступили сообщения о тайном визите в Бейрут начальника Генерального штаба Израиля генерала Эйтана. Там в штаб-квартире фалангистов обсуждались планы совместных военных действий против палестинцев и Сирии.
Это, видимо, и повлияло на позицию Сирии в отношении создания советских военных баз. 14 февраля министр иностранных дел Хаддам передал в Москву обращение сирийского руководства, в котором говорилось о согласии «поддержать» советские предложения о заходе военных кораблей в порты Сирии. Но при этом сирийцы брали быка за рога:
«Сирийское руководство просит дружественное советское руководство разъяснить, будут ли советские военные контингенты, размещенные на территории и в территориальных водах САР, в соответствии с соглашением, о котором ведутся переговоры, участвовать в отпоре нападениям извне на Сирию в соответствии с Договором о дружбе и сотрудничестве между нашими странами».
Прочитав эту депешу из Дамаска, Громыко скривил губы:
— Ну что ж, лед тронулся, — сказал он. — Израиль неплохо помогает нашим военным заполучить базу в Сирии. Но с просьбой Асада соглашаться нельзя. Будем рассматривать ее как запрос, но торговля предстоит серьезная.
После этого последовало срочное указание вместе с военными подготовить ответ сирийцам. На этот раз военные не спорили, — видимо, перспектива оказаться втянутыми еще и в войну на Ближнем Востоке их тоже не устраивала. Поэтому 18 февраля Громыко и Устинов направили Записку в ЦК, в которой четко указывалось:
«В нашем ответе, не давая каких-либо обещаний относительно использования советского контингента в военных действиях в случае нападения на Сирию, сделать упор на том, что само по себе нахождение на территории Сирии советского военного персонала оказывало бы сдерживающее влияние на Израиль».
Политбюро без особых прений согласилось с этим и в Дамаск пошло такое указание для передачи сирийскому руководству:
«Заключение такого соглашения (о заходе советских военных кораблей. — О. Г.) сыграло бы значительную роль в повышении обороноспособности Сирии и укреплении ее позиций перед лицом израильских провокаций и нажима со стороны США. Всему миру было бы ясно, что это недвусмысленный ответ Советского Союза и Сирии на заключенное между США и Израилем соглашение о стратегическом сотрудничестве… Само по себе появление на территории Сирии советского военного персонала с соответствующим вооружением стало бы важным фактором сдерживания агрессивных устремлений Израиля. Руководителям Тель-Авива и их американским покровителям пришлось бы умерить свои агрессивные замашки и всерьез задуматься, стоит ли пускаться в авантюры.
Советский Союз — и это не раз говорилось сирийским руководителям, в том числе во время переговоров Л. И. Брежнева с президентом Асадом в мае прошлого года — оказывал и будет оказывать Сирии разностороннюю помощь в ее справедливой борьбе против израильской агрессии.
Вместе с тем было бы нереалистично пытаться предопределять заранее, в чем именно эта помощь может выражаться применительно к гипотетическим ситуациям. Для этого у нас есть предусмотренный Договором о дружбе и сотрудничестве и уже проверенный механизм консультаций, позволяющий находить решения по тем вопросам, которые могут возникать в связи с той или иной конкретной ситуацией».