Чтение онлайн

Представляешь, лежу я, капаюсь, а тут звонки ото всюду, видео, как наша империя горит к чертям. Я первый раз в жизни плакал тогда. Думал до последнего, что Олег выжил. Не мог же сам Борцов кони двинуть, еще и так уйти.

Но, нет. Отправила ты его прямиком в ад. Скажи, как ты Марка уговорила предать родного брата. Неужели за твои дырки пошел на предательство? Не знал бы Марка, не поверил бы. Никогда из — за бабы он бы не предал Олега.

Тут что — то другое. Но да, ладно, похер мне на это. Долго думал на счет Марка. Но вот на него не поднимается рука, чтобы убить. Хотя по закону грохнуть его нужно, что брата сдал. Но у меня перед ним должок. Спас он меня однажды. А такое не забывают.

– Тимур!
– хватаюсь за его руку и умоляю.
– Отпусти моего сына. Он же совсем ребенок. Ты же его покалечишь, неужели у тебя совсем нет сердца? Ты же сказал, что был предан Олегу. Это же его ребенок, его кровь.

– Лина! Какой он ребенок! Сколько ему, девятнадцать? Ты знаешь, что в его годы Олег уже всех нагибал, раком ставил. Уже власть свою поднимал. А этот сосунок, что? Если бы не был так похож на Олега, я бы задумался, чей он на самом деле сын.

Кого вы с Марком воспитали? Олег сейчас в земле переворачивается от того, какой у него сын. В нем же ничего, кроме внешности, борцовского нет. Он же даже драться, защитить себя не может.

Кстати, ты его хорошо прятала все эти годы. Да и к тебе не пробраться было близко. Марк отлично подобрал вам охрану. Хотя я мог еще раньше до вас добраться.

– Это был все таки ты. Тогда одиннадцать лет назад. Это же твоя работа.

– Моя. Марка не должно было быть рядом. Он же свалил тогда из города, все было продумано до мелочей. Но опять он помешал, грохнул лучших моих людей. Мне пришлось тогда затаиться.

Снова годы в изгнании, снова искать верных людей. Но ожидание оправдалось. Ты и твой сын здесь сейчас на моей земле. И только от меня зависит, что с вами будет дальше.

– Чего же ты хочешь? Я предлагала и предлагаю тебе деньги, огромные деньги…

– Я и так их получу и даже больше. Вот эти документы.
– протягивает он мне папку, ты сейчас же должна подписать.

– Что в них?

– Твои фонды. Ты делаешь меня главным учредителем и отдаешь всю базу на всех своих баб. Ты же не думала, что я ограничусь только Долиной. У меня в планах воскресить и бордели. Но сейчас товара хоть и много, но все равно постоянно не хватает.

Заказов не так много поступает. А простоя в таком деле быть не должно. А у тебя там сотни тысяч разных девок на любой вкус. Нескончаемый ресурс. Ты же и зэчкам, сиротам, детдомовским помогаешь, всем.

У многих нет родственников. Случись с ними что угодно, никто их искать не будет. И к тому же доступ к огромным ресурсам. Там же бешеный поток бабла. С такими вложениями я быстро поднимусь и выйду на мировой рынок.

Но и это не все. Ко всему в придачу ты становишься моей женщиной. Как, решаешь сама. Мне все равно, добровольно или нет. Но моя кровать уже сейчас ждет тебя. А мой член уже стоит с того момента, как ты зашла сюда.

Хочешь ты или нет, при любом сегодняшнем раскладе я тебя по — любому трахну и не один, и не два раза. Решай, Лина. И, кстати, времени у тебя почти нет. Твой сын почти в отключке. И уже харкает кровью.

И хочешь верь, хочешь нет, но я не выкрадывал твоего сына. Я просто предложил ему, и он пришел. Сам пришел. Видимо, мой подарок серьезно повлиял на него. Не смог принять то, чей он сын.

Говорю, же слабак. И он сам, Лина… Твой сын сам выбрал себе соперника, намного сильнее его по всем категориям. Он и не старался выйти сегодня победителем. Он пришел умирать, Лина.

Он хотел, чтобы его избили до смерти. Даже в самом начале он ни капли не сопротивлялся. Твой нежный мальчик сломался, Лина. Ты уже лишилась сына. Он не хочет жить с правдой, как и кем был зачат.

– Заткнись! Заткнись урод!
– смотрю на Руслана и вижу, как он уже лежит на спине. А урод бьет его по животу, по голове. Я плачу и ору.

– Так что, Лина. Кого выберешь, жизнь сына или тысячи жизней незнакомых девок? Готова второй раз лишиться сына, но уже по — настоящему? Смотри, пару минут и сердце твоего сына навсегда перестанет биться.

Посмотри, как ликует публика. Все жаждут крови, смерти. Все показывают пальцем вниз и кричат — убей! Как я могу лишить зрителей зрелища? Они же специально за ним и пришли.

– Прекрати это все! Ты же можешь! Прекрати, останови все!
– хватаюсь за его пиджак.

– Могу, но не буду. Он может спастись и по другому. Если кто — то из толпы добровольно встанет вместо него. Но спасать его никто не хочет, как видишь. И я добро не дам. Но если ты подпишешь эти бумажки, и добровольно пойдешь со мной, я тут же дам сигнал и самый сильный мой боец станет на защиту твоего сына. Решай, Лина. Времени нет.

Я смотрю по сторонам, на всех этих зверей вокруг. В них нет жалости, нет совсем ни капли человеческих чувств. Ублюдок, избивающий Руслана, подходит к нему и сжимает локтем его шею.

Я и вскрикнуть не могу. Перевожу взгляд на Тимура, и он медленно кивает в знак согласия.

– Нет!
– кричу я.
– Где, где твои проклятые бумажки. Давай, я все подпишу, все.

– Вот так бы и сразу. Зачем было выделываться?
– он жестом показывает своему бойцу остановится, подает мне документы с ручкой и рвано произносит:

– Не печалься, Лин. Не стоит жалеть этих баб. Это все расходный материал. Так бы поступила любая мать. А ко мне ты привыкнешь. К Олегу привыкла, и меня примешь.

Мои слезы капают на эти проклятые документы. Из — за них я ничего не вижу перед собой, только галочки, где должна расписаться. Ставлю ручку на бумагу и только начинаю надавливать на нее, как вдруг…

Откуда — то сверху прямо на середину арены с грохотом прыгают два тела. Оба в длинных плаща в пол с капюшонами на головах.

– Это еще что за хрень?
– нервничает Тимур.

Толпа заводится сильнее. Мы с ним одновременно встаем и смотрим только на этих двоих. Резко и одновременно они снимают и откидывают свои черные плащи. От удивления я могу только раскрыть рот.

Есения стоит прижавшись спиной к огромному парню. Его лица не видно, только часть его тела, покрытого татуировками.

– Уберите их! Немедленно!
– орет Тимур.

– Мы заплатили дань, урод!
– кричит Еся и показывает окровавленное запястье. Что это такое, что за дань? Куча вопросов. Откуда она здесь? Как узнала?

– Ты не имеешь права нас выгнать.
– продолжает она.

Толпа просто разрывается, но начинает выкрикивать новое слово.

– Молот! Молот! Молот!

Я совсем ничего не понимаю.