Чтение онлайн

Не зря Елену Игоревну мучили дурные предчувствия. Сегодня выяснилась причина длительной командировки сына. Владимир Николаевич не выдержал и рассказал ей, что у Павла случился инфаркт. Он сразу же поспешил успокоить, что сейчас уже все хорошо и его жизни ничего не угрожает. У Елены Игоревны от такой новости у самой едва не случился сердечный приступ. Выпытав все подробности, она выпила успокоительное. Надо решать, как действовать дальше.

Перед тем, как попасть в больницу, Павел звонил ей несколько раз по «Вайберу» с неизвестного номера, но разговаривал недолго. Он и раньше часто уезжал в командировки, в том числе и за границу, и ничего необычного в этом не было. Но именно сейчас Елена Игоревна чувствовала, что он что-то недоговаривает. К тому же сын почему-то очень просил ее сходить на суд к Вере. Аргументировал он свою просьбу тем, что якобы вскрылись какие-то новые обстоятельства. О них Павел обещал рассказать по приезду домой.

Пойти на суд было свыше ее сил. Да и Елена Игоревна была не в курсе, в какие дни проходят заседания. Как свидетеля женщину не вызывали. Тем более плотно засевшая обида на невестку не прошла, и каждый раз при упоминании ее имени внутри поднималась волна негодования и злости. О прощении не могло быть и речи.

Первым желанием хотелось позвонить сыну и сказать, что она об этом всем думает. Но, узнав о том, что Павел попал в больницу с инфарктом, Елена Игоревна, конечно же, не стала этого делать. Нельзя Павла сейчас волновать. Неизвестно, как организм с этим справится. Елена Игоревна никогда не слышала, чтобы с такими молодыми мужчинами случался сердечный приступ. В глубине души она очень надеялась, что инфаркт — это преувеличение, что петербургские медики просто перестраховались и придержали ее сына для его же безопасности и предотвращения серьезных последствий для организма.

Владимир Николаевич не забывал звонить матери и уведомлять ее о состоянии своего подчиненного. И пообещал, что, как только врачи разрешат его транспортировать, он в лучшем виде будет доставлен домой. Елене Игоревне оставалось ждать.

В почтовом ящике она нашла заждавшуюся повестку в суд для Павла. Немного посомневавшись, отправилась по указанному в ней адресу.

Никогда раньше Елене Игоревне не приходилось бывать в суде. Волнение не покидало ее, и довелось выпить успокоительное, но и оно не принесло облегчения. На лестнице и в коридорах было много народу: одни подпирали стены в ожидании, другие маячили из угла в угол.

Елена Игоревна сняла мутоновую шубу, натянула на глаза шапочку и намотала как можно выше легкий шелковый шарф, будто желая ими отгородиться от незнакомых людей. Но на нее итак никто не обращал внимания — все были заняты своими переживаниями. Женщина стала присматриваться к табличкам на дверях, взглянула на наручные часы: до начала суда оставались считаные минуты. Внезапно Елена Игоревна наткнулась на мать Веры и ее подруг. От неожиданности все растерялись. Лицо Нины Ивановны выражало искреннее удивление. Они не успели опомниться, как соседняя дверь распахнулась и им предложили войти.

Сердце Елены Игоревны дрогнуло и сжалось в комочек. За железными решетками под охраной конвоя стояла Вера. Они встретились взглядами, и, как показалось женщине, в глазах невестки вспыхнул и огоньки надежды и радости. Вера попыталась улыбнуться, уголки сухих губ немного приподнялись, щеки слегка зарделись, но вскоре снова приобрели нездоровый землистый цвет: было видно, что девушке приходится несладко. Она заметно похудела и осунулась, но в тоже время волосы были чистые, ухоженные, аккуратно зачесанные назад в тугой хвост. Спортивный костюм, купленный после родов, буквально висел на ней сейчас, а его розовый цвет еще больше оттенял нездоровую мраморность кожи.

Елена Игоревна, при всем своем желании улыбнуться в ответ, сдержалась. Вытерпев секундный взгляд невестки, приземлилась на последний пустой ряд. Самая удобная позиция — когда ты видишь всех, а тебя рассматривать неудобно. Вера и в ее сторону больше не поворачивалась. Увидев двух незнакомых женщин, Елена Игоревна пришла к заключению, что это мать и бабушка ребенка. Они не выглядели настроенными воинственно — женщина постарше была спокойна и словно даже равнодушна, а у молодой девушки вид был и вовсе подавленный. Елена Игоревна подумала, что за время судебных разбирательств все порядком подустали и теперь с нетерпением ждут правосудия.

Пропустив все заседания, Елена Игоревна постепенно вникала в процесс и внезапно обнаружила, что это последний суд и сегодня выносится приговор по делу Веры, так что она, можно сказать, заскочила в последний вагон.

Елена Игоревна с удовольствием вдохнула на полную грудь свежий морозный воздух. Она решила не брать такси и прогуляться пешком до метро, чтобы немного взбодриться. Чувствовала она себя неважно. Перед глазами то и дело всплывала картина последних минут суда.

Вере дали пять лет общего режима. Свой приговор девушка приняла спокойно, ни один мускул не дрогнул на ее лице. А вот Нина Ивановна… Ее резкий, как от удара ножом, крик разорвал зал. Женщина судорожно хватала ртом воздух, пальцы впились в скамью, а слезы хлынули градом — хриплые, надрывные.

У Елены Игоревны была возможность подойти к маме Веры в коридоре, но она подумала, что сказать ей все равно нечего. Да и что говорить? Успокоить, что люди там тоже живут, пожелать скорейшего возвращения? А кто ее, Елену Игоревну, пожалел, когда она оплакивала свою внучку Злату? Эта боль до сих пор сидит в ее сердце и не исчезнет никогда.

Прошла неделя, а Елена Игоревна находилась под впечатлением от произошедшего. Вера не выходила у нее из головы. Как такая милая, скромная девушка могла так низко пасть? А ведь поначалу невестка очень понравилась ей, и Елена Игоревна с удовольствием приняла ее в семью. Трагедия перечеркнула все. Как же судьба иногда жестока и непредсказуема!

Она стояла у окна, положив руки на теплую батарею, и думала о том, как Вере там, в тюрьме. Холодно или тепло? В какой одежде ходят заключенные? И разрешены ли им свидания?

Щелкнул дверной замок, и прихожую заполнили возбужденные голоса. Выглянув из-за двери, Елена Игоревна всплеснула руками. У порога топтались Владимир Николаевич и Павел.

— Паша! Паша, сынок! — Она бросилась в объятия сына. — Ну что же ты наделал! Как же это? Я так переживала за тебя! Ведь я уже давно все знаю, просто боялась по телефону признаться, чтобы тебе не навредить.

— О чем это ты?

Павел сверкнул глазами в сторону Владимира Николаевича. Тот сконфузился.

— Прости… так получилось. Сам понимаешь: материнскую душу не обмануть.

Они попили чаю на кухне, обсудили здоровье Павла, и Владимир Николаевич, вспомнив о неотложных делах, попрощался и ушел.

Когда за начальником закрылась входная дверь, Павел сразу же спросил мать о Вере.

— А что Вера? Получила по своим заслугам. Теперь будет время подумать! Тебе нужно с ней развестись, пока еще не все в курсе. Иначе у тебя на работе будут неприятности из-за нее. Я навела справки: разведут вас сразу. Так что пойдешь и напишешь заявление.

У Павла словно земля ушла из-под ног.