Чтение онлайн

— Я вам очень признательна.

— Габриел был таким приятным человеком!.. Трудно поверить…

— Невозможно поверить в то, что они говорят о нем! — горько воскликнула я.

— А, я рада, что вы в это не верите. Почему же вы не поехали домой, к своей семье… чтобы там родить ребенка?

Я была удивлена, у нее даже щеки чуть порозовели и слегка задрожали руки. Что-то волновало ее, и, я думаю, она колебалась, говорить ли мне об этом. Но я должна была быть осмотрительной. В отчаянии я подумала: «Что же, мне теперь всегда придется быть осмотрительной?!»

— Если у меня будет мальчик, он станет наследником Ревелз, — медленно произнесла я. — По традиции ребенок должен родиться здесь.

Она откинулась и закрыла глаза. У нее был такой больной вид, что мне показалось, что ей плохо; я поднялась, чтобы позвонить в колокольчик, но в эту минуту как раз вошла Дамарис.

— Мама! — крикнула она, и я не узнала ее лица — с него слетела маска безразличия. Она сейчас выглядела еще моложе — хорошенькая бойкая девочка. Мне стало ясно, что она обожает больную мать. Когда ее взгляд упал на меня — лицо ее изменилось. — Но миссис Рокуэлл! Что вы?.. Как?..

— Я зашла к доктору, — объяснила я. — И так как надо было подождать, я решила воспользоваться возможностью повидаться с вашей матерью.

— Но…

— Простите, я сделала что-нибудь не то? Вам нельзя принимать посетителей?

— Это из-за ее здоровья, — сказала Дамарис. — Мой отец очень бережет ее.

— Он боится, что посетители чересчур взволнуют ее… или что-нибудь еще?

— Да. Дело как раз в этом. Ей нужен покой. — Дамарис подошла к матери и положила руку ей на лоб.

— Все в порядке, дорогая, — еле слышно произнесла миссис Смит.

— Мама, у тебя голова горячая.

— Мне, наверно, лучше уйти? — спросила я.

— Нет-нет, не уходите, — быстро ответила миссис Смит, но Дамарис в сомнении смотрела на нее. — Садись, Дамарис, — продолжала она и, обернувшись ко мне, добавила: — Моя дочь так переживает из-за меня!..

— И доктор, наверно, тоже, — заметила я.

— О да, конечно! — поспешила заверить меня Дамарис.

— Я представляю себе. Ведь он со своими пациентами так добр. Куда бы я ни пошла — все хвалят его.

Миссис Смит лежала на подушке с закрытыми глазами, и Дамарис сказала:

— Да, это действительно так. Они очень полагаются на него.

— Я надеюсь, он скоро придет.

— Я уверена, что он поспешил бы домой, если бы знал, что вы ждете его здесь.

Дамарис присела возле матери и начала рассказывать. Я никогда еще не слышала, чтобы она так много говорила. Она рассказала о нашей поездке в Несборо и о наступающих рождественских праздниках, о благотворительной распродаже и других церковных делах.

За этим доктор и застал нас.

Я услышала его шаги на лестнице, и дверь распахнулась. Он улыбался, но это была совсем не та улыбка, которую я привыкла видеть на его лице. Я поняла, что он очень обеспокоен. Таким я его никогда не видела.

— Миссис Рокуэлл, — воскликнул он. — Вот это сюрприз!

— Я решила познакомиться с миссис Смит, пока ждала вас.

Он взял меня за руку и несколько секунд крепко держал ее. У меня было впечатление, что он хочет успокоиться. Затем он подошел к кушетке, где лежала его жена, и положил руку ей на лоб.

— Ты слишком взволнована, дорогая, — сказал он. — Она что, очень волновалась?

Он смотрел на Дамарис, и я не могла различить выражение его лица.

— Нет, отец. — Голос Дамарис прозвучал слабо, будто она была маленькой, не очень уверенной в себе девочкой.

Наконец он обернулся ко мне.

— Простите меня, миссис Рокуэлл. Я беспокоился сразу за двоих — за вас и мою жену. Вы ко мне? Вы хотите мне что-нибудь сказать?

— Да, — сказала я. — Я хотела бы поговорить с вами, Мне кажется, это важно.

— Очень хорошо, — ответил он. — Тогда надо пройти в мой кабинет. Пойдемте прямо сейчас?

— Да, если можно. — Я поднялась и подошла к кушетке, где лежала миссис Смит.

Я пожала ее холодную влажную руку и простилась с ней. Мне было непонятно, почему она так изменилась с приходом мужа. Было похоже, что она ушла в себя. Наверно, подумала я, он хотел отругать ее за то, что она так волновалась. У нее был вид набедокурившего ребенка.

Для него главное — забота о ее здоровье, подумала я. Да это и естественно. Если доктор так добр к своим пациентам, то к ней он, наверно, относится с особой нежностью.

Я попрощалась с Дамарис, и доктор повел меня вниз, в свой кабинет.

Он закрыл дверь и предложил мне сесть у письменного стола с круглой складной крышкой, потом сел сам. Я почувствовала себя лучше. Он выглядел таким мягким, что я верила: он обязательно мне поможет.

— Ну, так в чем же дело?

— Со мной происходят странные вещи, — вырвалось у меня. — Вы знаете о них.

— Да, — согласился он. — О некоторых из них вы мне рассказывали. Об остальных я узнал из других источников.

— Значит, вы знаете, что ко мне в спальню приходил монах?

— Я знаю, что вам это показалось.

— Значит, вы мне не верите!..

Он поднял руку.

— Давайте скажем пока так: я знаю, что вы видели его, если это вас успокоит.

— Меня не нужно успокаивать, доктор Смит. Я привыкла к тому, что люди верят тому, что я говорю.

— Не всегда легко поверить, — уклончиво ответил он. — Но помните, что я всегда готов помочь.

— Но послушайте, были случаи с занавесками, грелкой и плащом, перекинутым через перила.

— Это тот плащ, который сейчас на вас? — заметил он.

— Вы даже это знаете.

— Мне передали. Я ведь, знаете ли, слежу за вашим здоровьем.

— И вы считаете, что я придумала все эти вещи, что они имели место только в моем воображении?

Он помолчал, но я настаивала:

— Так ведь?

Он опять поднял руку.

— Давайте спокойно обсудим все это. Нам нужно спокойствие, миссис Рокуэлл. И вам — прежде всего.

— Я и так спокойна. Мне нужны люди, которые мне верят.