Чтение онлайн

– Что ты собираешься с нами сделать? – нахмурился отец, а я вся сжалась, чувствуя опасность, исходящую от этих двоих.

Мысленно потянувшись к Ноа, попробовала до него "дозвониться".

– Ничего у тебя не выйдет, - впервые подал голос Ален, явно что-то заметивший. – В этой комнате невозможно магичить. Стены сложены из антимагического камня.

Я сглотнула вдруг ставшей вязкой слюну.

– Вас объявят без вести пропавшими, - поднимаясь, добавил Виниваль, - Ален, убей их.

Советник принца медленно вынул длинный, острый клинок и шагнул было в мою сторону… Как вдруг прямо за дверью раздались крики и шум боя, лязг металла о металл. Через секунду дверная створка с громким грохотом распахнулась, впуская злого Ноа внутрь. Сердце забилось с бешеной скоростью, я напряглась, переживая за жениха. Тем временем мой будущий муж одним взором оценив ситуацию, не мешкая, двинул кулаком в лицо сумасшедшего Виниваля, отправив того в полёт, сам же прыгнул к опешившему Готьюа.

Ноа умело отбил клинок противника и нанёс ответный косой, обманный удар, и таки достал до Алена – глубоко порезав тому бедро, штанина похитителя тут же повлажнела от набежавшей крови. Готьюа глухо зашипел от боли, но оружие не сложил, продолжая биться с таким стальным и умелым противником.

Тихо напевая под нос песенку из «Бременских музыкантов», влила один стакан молока в глубокую миску, разбила туда же два яйца, просеяла муку, добавила соль и сахар по вкусу.

– Ла-лала… - мурлыкала я, тщательно перемешивая ингредиенты вилкой, надо придумать миксер для хозяюшек, мелькнула шальная мысль и пропала. Отставив миску в сторону, взяла чайную ложку соды, высыпала в стакан и налила тонкой струйкой кипяток. Вода запенилась, забурлила, вступая в реакцию с содой. – Осталось смешать с тестом, - вслух проговорила я. – И готово.

Первый солнечный блин вышел просто на загляденье – ажурный, с красивой юбочкой по краю, ммм, вкуснотища!

Утро радовало пением птиц и ярко-голубым небом без единого облачка. Я встала рано, ночью плохо спалось, всё не отпускали события прошедших дней...

Сегодня был единственный выходной и повариха, естественно, отсутствовала, но она вчера наготовила столько всего, чтобы можно было самой положить в духовку и быстро запечь. В особняке, кроме хозяев, остались две горничные для помощи по дому.

Но мне захотелось побаловать своих родных мужчин и приготовить блинчики по рецепту моей мамы.

– Чем это так вкусно пахнет на весь дом? – в дверях появился сонный папа, в широком удобном халате и забавных тапочках.

– Да-да! – следом за ним вкатился эл Марик. – Очень аппетитно!

– Блинчики готовлю, - улыбнулась я.

– О, точно! То-то думаю, запах сильно что-то напоминает, - подмигнул мне дедушка, останавливая коляску около стола с той стороны, где стояла тарелка с красивой чуть покосившейся стопкой угощения.

– Схожу за розеткой с малиновым вареньем, - бодро поскакал в кладовую отец.

Душистый взвар с мёдом и горячие блинчики с джемом, что может быть лучше с утра пораньше для поднятия настроения? Вот и я думаю, что мало что.

– Как ты, дочка? – спросил отец, откладывая салфетку в сторону.

– Этой ночью тоже не спаслось, всё снится та самая комната, куда нас посадили.

– Девочка моя, - эл Марик потянулся ко мне и положил свою сухую ладонь на мою. Крепко сжал. – Главное, что всё позади и ты в полной безопасности.

– Если бы не эл Ноа, мы бы погибли, - пробила меня дрожь, умирать совсем не хотелось. Даже зная, что ждёт там, за гранью, мне всё же больше нравилось жить. – Не волнуйтесь за меня, - улыбнулась я родным людям, - всё пройдёт. Впереди у нас много работы и подготовка к свадьбе. Некогда хандрить.

– Вот и правильно, Глори, - кивнул дед.

– И нужно решить вопрос с твоим позвоночником, - улыбнулась ему я.

– А, может, не надо? – голос эла Марика дрогнул.

– Дедушка, дороги назад нет. Нужно попробовать, терять всё равно нечего, - вздохнув, возразила я.

– Да, ты права, наверное, - неуверенно пробормотал эл Марик, задумчиво потерев подбородок, - полагаешь, получится?

– Костный мозг - очень нежная ткань, тут спрогнозировать что-то конкретное я не возьмусь. Но не попробовать мы не можем. Хочу срастить порванные связи при помощи магических нитей.

– Если, а точнее, когда у тебя получится, люди узнают об этом и начнётся паломничество к дверям нашего дома, поскольку разделять магическое полотно на составляющие можешь только ты.

– Я думала над этим. Нужно подать объявление в газеты, что ищем магов с такой способностью, а ещё наша схема, использованная при создании магофона, может стать прототипом для механизма, настроенного выделять необходимую для подобной операции нить.

Мы задумчиво поглядели друг на друга.

– Хорошие варианты, - кивнул эл Патрик. – Действительно, нужно всё попробовать.

Позавтракав, я и папа отправились к доктору элу Томасу Пикерстону. Весь день мы работали над проектом по воссозданию живой ткани на животных, в прошлом получивших травмы.

Неделю назад, когда я объяснила элу Томасу, чего именно хочу, от него поступило встречное предложение – о необходимости тренировок. Сначала всё происходило на неживых объектах: доктор латал манекен с помощью магического волоска, работа была очень напряжённой и кропотливой, поскольку приходилось надолго удерживать магическое зрение, чтобы видеть, что делаешь. Затем мы, уверившись, что целитель набил руку, перешли на другой уровень, и эл Томас отправился в приют для животных. Оттуда он принёс двух собак, никому не нужных, хромающих и больных. При одном взгляде на них сердце щемило.

– Что же, эль Глория, - вздохнул тогда доктор, было видно, что его гложут сомнения, но он держался на одной вере в меня и мою задумку. – Попробуем.

Одну из собачек, с повреждённым сухожилием на левой ноге, уложили на кушетку. Для начала эл Пикерстон поправил общее состояние дворняги, затем кивнул мне и я, сосредоточившись, поймала красную, пульсирующую нить, и передала её лекарю. Работа по восстановлению длины сухожилия тянулась долго. Эл Томас не торопился, было видно, как он устал, но также я заметила блеск первоиспытателя в его глазах. Такой точно пойдёт до конца в своих изысканиях. Повезло мне с ним.

– Фух! – отойдя от «оперируемого», эл Томас устало отёр выступившую на лбу испарину. – Это невероятно! Чудо! Эль Глория, я ведь ничего и не делал, просто направлял нить, а она, впитавшись в живую плоть, сама восстановила сухожилие и прилегающие ткани… мне оставалась лишь не терять концентрации и следить за процессом, а как заживление завершилось, ниточка растворилась, став единым целым с собакой.

Папа и я в шоке слушали доктора. Тем временем животное очнулось ото сна и, словно поняв, что что-то с ней произошло, аккуратно пошевелило некогда больной лапой.