Счастье на двоих или психология брака
Шрифт:
У меня было много пациенток, которые готовы были руки на себя наложить, ощущая безысходность и утрату смысла жизни после развода, были и такие, кто совершил попытку самоубийства, - мужа потеряла, шансов стать матерью нет, связать свою судьбу с другим мужчиной страшно. Женщина не намерена скрывать, что не может родить, и уверена, что любой от неё тут же отвернется. Кстати, это заблуждение. Мужчина, если он влюблен, женится не ради того, чтобы любимая непременно осчастливила его ребенком. Ему нужна сама женщина, а дети расцениваются как естественное продолжение любви.
Счастливыми могут считаться те браки, в которых виновен бывает один муж.
Д.И. Фонвизин
Есть немало семей, где муж морально поддерживает жену, предлагает усыновить ребенка или воспользоваться услугами облигатной матери. Или они живут вдвоем, не устраивая надрыва.
Своим отчаявшимся пациенткам, которых оставил муж из-за бездетности, я советовала искать спутника жизни среди разведенных мужчин, у которых есть дети от предыдущего брака. В этом случае его отцовские чувства уже реализованы, и он не настаивает, чтобы в новом браке непременно был ребенок.
Еще один вопрос, который мне часто задают женщины, - говорить ли будущему мужу, что она не может иметь детей? Ответ однозначен: не говорить. Немного найдется мужчин, который отнесутся к этому с сочувствием и пониманием; сначала, быть может, он скажет, что-то вроде: "Не беда! Я тебя люблю и мне нужна только ты!", - но не исключено, что когда-нибудь, в пылу ссоры (а нет семей, где никогда не ссорятся), он не выкрикнет вам оскорбительное обвинение. Может быть, и не со зла, а бездумно - разве мы выбираем выражения, будучи в аффекте! И это будет ещё более сильным потрясением для вас - как же так, ведь раньше он говорил совсем другие слова! Вы честно признались, надеясь на взаимопонимание и его великодушие, а он так больно удврил!
Не лги больше, чем требует правда.
Г. Малкин
Я всегда советую всем свои пациенткам и подругам поменьше рассказывать о себе то, что вы считаете негативным; делиться нужно только тем, что вас красит, где вы предстаете в привлекательном свете. Как показывает опыт, это верная позиция.
Не открывай душу первому встречному, не посмотрев в "глазок"!
Борис Крутиер
Современные мужчины, сами того не осознавая, переняли многие недостатки женской психологии. Самое частое - использование чисто женской аргументации в семейных ссорах.
Сильный мужчина использует логически обоснованные доводы, способен сдерживать свои эмоции и не прибегает к "ударам ниже пояса"; слабый - срывается на крик и визг и использует запрещенные приемы по типу: "На себя-то посмотри! А вот ты …" и далее перечень оскорбительных характеристик.
"Давить на психику", "брать на крик", "отпускать эмоции", использовать факты из жизни женщины, о которых она рассказала в порыве откровения, - все это недостойно мужчины. Но таковы уж многие современные представители мужского пола.
Так что, милые женщины, будьте осмотрительны, не рассказывайте мужчине ничего, что тот мог бы обратить против вас. Даже "родной" муж, с которым вы прожили десяток лет, - может оказаться вовсе не таким, каким вы его себе представляли.
Настоящий джентльмен называет кошку кошкой даже когда она его поцарапает.
Д. Соловьев
Многие женщины приходили ко мне в ситуации развода потрясенными: "Доктор, я столько лет с ним прожила и даже не предполагала, что он такой негодяй!" Да, так бывает очень часто. Были ли эти черты в нем раньше? Безусловно, были, но либо скрывались, либо не проявлялись, поскольку не было ситуации, в которой они могли выявиться. А когда дело доходит до развода, мужчина уже не считает нужным "сохранять лицо"; высвечиваются и его эгоизм, и бездушие, и меркантильность, и требования "все мне, мне, мне!", и многие другие отрицательные черты.
Земля имеет кожу, и у этой кожи есть свои болезни. Одна из них называется человек.
Фридрих Ницше
Жанна давно разлюбила мужа и разочаровалась в нем как личности. Петр, её муж, любил "пустить пыль в глаза" и делать широкие жесты, создавая имидж щедрого и бескорыстного человека, на самом же деле он был трусливым, мелочным и жадным. Свою зарплату не тратил, а копил на сберкнижку, все для дома покупала Жанна. Она хорошо зарабатывала, хватало на двоих, но жадность мужа её коробила. Она не любила скандалов и молча мирилась, лишь бы он к ней не лез.
Жили почти как чужие, каждый в своей комнате. Петр почти не разговаривал с женой или отвечал нехотя, сквозь зубы, часто раздражался. Раньше он сам закупал продукты, заезжал за ней на машине, чтобы отвезти домой после работы, а в последние годы машиной пользовался он один. Он перестал привозить продукты, мотивируя тем, что ему некогда бегать по магазинам, на самом деле он не хотел тратиться. Денег он ей не давал, но преспокойно ел ужин из купленных женой продуктов.
Будучи никчемным неудачником, он ревновал жену даже к её успехам. Временами Петр как будто назло мешал ей работать, злился, когда она работала ночами: "Выключи это чертов компьютер, ты мешаешь мне спать!", - скандалил, что в доме не прибрано или у него нет чистой рубашки. "Женился на деловой даме, а в доме бардак, - брюзжал он.
– Даже в столовой и то лучше кормят".
Вся домашняя работа лежала на плечах Жанны, и она с ними вполне справлялась, готовила она тоже неплохо. Но мужу все было не так, он ко всему придирался и всем был недоволен - то она ушла на работу рано и не успела приготовить ему завтрак, то купила не тот сорт овсянки, какой он любит, то пережарила отбивные. На её просьбы помочь, когда она была больна, занята или устала, Петр неизменно отвечал, что его "социальное положение не позволяет ему унизиться до кухонных обязанностей". Даже помыть машину он считал ниже собственного достоинства и платил соседу, чтобы тот привел её в порядок. Если из-за занятости Жанны ужин не был готов, он хлопнув дверью, уходил ужинать в ресторан или к очередной любовнице. Потом мог несколько дней не ночевать дома.
Последние несколько лет их семейная жизнь стала невыносимой. Они постоянно скандалили, месяцами не разговаривали друг с другом. Жить с мужем, который стал равнодушным, наглым, грубым, Жанне была очень тяжело. Она допоздна засиживалась на работе, лишь бы его не видеть, приходила поздно и сразу ложилась спать. Если его не было дома, она вздыхала с облегчением. Видеть его ей было невыносимо, и Жанна старалась не выходить из своей комнаты, если он был дома.
Муж был неряшливым, дома ходил, в чем придется, неделями не мылся, в выходные дни даже не брился и ходил с многодневной щетиной, но на работу уезжал одетым с иголочки, благоухая дорогим одеколоном. На язвительные замечания жены, что не мешало бы ему принять душ, а то к вечеру воротничок его рубашки становится засаленным из-за немытой шеи, он высокомерно бросал: "Не учи меня жить, твое жалкое мнение меня не волнует".
Когда Жанна твердо поставила вопрос о разводе, началась ещё более неприятная полоса их отношений, и она убедилась, что ещё не все плохое знала о муже. Тот заявил, что категорически против развода, но если жена на этом настаивает, то в "в виде компенсации" пусть оставит ему квартиру и машину. Жанна язвила: "Ты ещё скажи, что это компенсация за потерянную молодость и лучшие годы жизни, как обычно говорят бабы", - но супруг был непрошибаем, на её насмешливые реплики не реагировал и гнул свое.