Чтение онлайн

Разбудила меня резкая остановка, отчего я со всей силы ударилась лбом о дверь дилижанса.

— Неужели мы уже доехали в Шантильи, — подумала я. Но как оказалось, это была вынужденная остановка.

Дверь в фургон распахнулась и в проёме показался страшный заросший бородой мужик, с чем-то похожим на пистолет в руке.

Оглядев нашу разношёрстную компанию, он сказал:

— Приехали, господа хорошие, всем сидеть, никому не дёргаться.

У меня мелькнула совершенно неожиданная мысль, выхватить у него из рук пистолет, или как это здесь назвалось. И тот же миг, будто кто-то дёрнул оружие у него из рук, и оно упало на пол дилижанса.

Если бы мне не было так страшно, я бы точно расхохоталась. Настолько забавно-удивлённым стало выражение лица мужика.

И одновременно случилось следующее. Пистоль оказался у ног того самого человека, который всю дорогу дремал со шляпой на лице, он схватил оружие и быстро, так быстро, что никто не успел даже охнуть выстрелил одного из мужчин, сидевших около мужчины со связанными руками. Отбросил, видимо, бесполезный после выстрела пистоль и, достав откуда-то нож резко разрезал верёвки на руках у мужчины.

Причём второй охранник, сидевший по другую сторону от того, у кого были связаны руки, даже не попытался сопротивляться.

Потом мужчины поднялись и пошли к выходу из фургона.

Озадаченный громила из рук, которого «улетел» пистолет, помог им выбраться. Но тот, кто ехал с нами от столицы, в шляпе, неожиданно повернулся и сказал:

— Я знаю, что среди вас есть маг, сильный, пусть выйдет сам или я его найду.

А я ещё подумала, — вот матушка Боншон мне говорила, что магии здесь совсем мало и только у аристократов, а мне за один только день уже второй попадается

Никто не вышел, и бандит стал обходить каждого, начал он естественно с меня, я же сидела у самого края.

— Сними платок, — резко приказал он

Было ужас как страшно, но платок пришлось снять и все увидели мою стрижку «под мальчика»

Многие брезгливо сморщились. Бандит тоже качнул головой и позволил натянуть платок обратно.

Так он прошёл по всем, но ни у кого, видимо, магии не обнаружилось. Хотя возле одной из дочек «упитанного семейства» он простоял довольно долго.

Тогда он посмотрел на труп охранника и спросил второго:

— Это он был магом?

Второй неуверенно ответил, что вроде бы нет, но точно он сказать не сможет. Он, якобы, впервые с ним в деле.

Тот, кого освободили, крикнул:

— Эй, пошли уже, времени немного, вы и так задержались, я вообще не планировал трястись в этом фургоне с вонючими жирдяеми.

Мужчина в шляпе вышел наружу, на меня он даже не посмотрел.

А я заметила на себе задумчивый взгляд пожилой женщины, которая угощала меня булочкой.

Всё что было дальше я помню словно в тумане. Дверь фургона защёлкнулась, словно его заперли снаружи и вскоре стало понятно, что нас не собирались оставлять в живых. Фургон начала заполняться дымом. Началась паника.

В основном начали кричать толстяки, которые рванулись по узкому проходу между лавками фургона по направлению к двери, оттаптывая всем ноги и спотыкаясь о так и лежащий на полу труп охранника.

Я сжалась, полагая, такая масса, может и разнесёт дверь фургона, но надо в это время быть где-то в стороне, иначе есть шанс, что можно превратиться в лепёшку.

Помощь пришла с неожиданной стороны. На пути у «упитанного» семейства встали…монахини.

— Стоять, — вдруг громко и уверенно прозвучало в общем гуле от той монахини, что выглядела постарше.

Хорошо, что первым из всего семейства бежал отец, когда он остановился, всё остальное семейство затормозило, уткнувшись в его широкую спину, а поскольку он был самым массивным, то ему удалось удержаться на ногах.

— Господа, — обратилась монашка к мужчинам, попробуйте взломать дверь.

Охранник, а вместе с ним, о чудо, и упитанный господин прошли к двери и попробовали её продавить. Потом, всем сказали освободить проход, труп охранника оттащили под лавку, и мужчины, по очереди, попробовали разогнаться насколько позволила длина дилижанса и ударить всем телом в дверь. Сначала попробовал охранник, он был более сухой и от его удара, как мне показалось, скрипнули только его кости, что подтвердило возникшее мученическое выражение на его лице.

Упитанный господин выглядел в плане «тарана» более надёжно, и я даже представила себе, как он пролетает и ударяясь в дверь фургона вылетает вместе с ней освобождая нам выход на свободу.

Дверь дрогнула, но устояла, я даже расстроилась, почему-то мне начинало казаться, что всё, что я себе представляла, срабатывало волшебным образом. И я даже начала надеяться, что это та самая магия, которая неожиданно ко мне вернулась.

Но нет, сейчас с толстяком это не сработало. Я вздохнула. И тут ко мне обратилась пожилая женщина, которая угощала меня булочкой. Говорила она тихо, так, что было слышно только мне:

— Вам надо представить не человека, а направить мысль на предмет, в данном случае на дверь фургона.

Потом обратилась к толстяку:

— Господин, попробуйте ещё раз, я уверена, что с вашей силой на этот раз всё сработает.

Взглянула на меня и кивнула.

Я стала усиленно смотреть на дверь представляя себе уже не толстяка, ударяющего в дверь, а саму дверь, резко отделяющуюся от стенок дилижанса и вылетающую наружу. Причём моё богатое воображение рисовало мне дверь, летящую и переворачивающуюся в воздухе.

И не успел толстяк даже коснуться двери, как она со скрежетом оторвалась из креплений и толстяк, не успевший затормозить, вылетел из фургона вместе с дверью, которая, противореча всем законам физики и гравитации, приподнялась вверх и, переворачиваясь, пролетела ещё несколько метров, прежде чем упасть.

«Упитанный» же господин свалился прямо в пламя, которое окружало наш дилижанс, и тогда пожилая женщина снова коснулась меня и тихо сказала:

— А теперь представьте, что огонь гаснет.

Я пыталась это сделать, но причитающая в голос супруга «упитанного» господина, оттолкнув меня от образовавшегося проёма, попыталась высунуться, чтобы рассмотреть, где её муж.

Языки пламени стали больше, и она отшатнулась, заваливаясь на спину и перекрывая проход

— Ну же быстрее, — пожилая женщина прикрывала лицо платком, да я уже, и сама чувствовала, что едкий дым забивает горло и становится всё тяжелее сделать вдох.