Чтение онлайн

За ее спиной раздался топот, и что-то сильно ударило ее по спине. Хохоча и ловя ртом воздух, она пересекла пространство, которое летом было лужайкой, и спряталась между двух кустов рододендронов. Лаура принялась лихорадочно лепить снежки, словно от этого зависела ее жизнь. Взяв в руки по снежку, она выглянула из-за куста. К ее удивлению, рядом не было ни единой души.

— Эй! — окликнули ее сзади. Лаура повернулась.

Огромный мягкий комок снега попал ей в лицо, забив нос и рот. Она тряхнула головой, и тут же в нее угодили еще два снежка. Лаура даже не успела сойти с места. Протерев глаза, она увидела перед собой темный силуэт Квина. Лаура швырнула снежки, которые держала в руках, но Квин легко увернулся от них. Лаура попыталась было бежать, но он прыгнул вслед за ней и, поймав за ногу, повалил ее в глубокий сугроб. Смеясь, она попыталась уползти в сторону, но спустя миг он был на ней. Лаура сумела схватить горсть снега и засунуть ему за шиворот, прежде чем он сжал ее руки и завел за голову.

Хохоча и тяжело дыша, они не спускали глаз друг с друга.

— Где вы научились так хорошо бросать снежки? — задыхаясь, спросил Квин. Он поморщился, когда растаявший снег струйками потек под рубашкой.

Лаура, слизав с губ снег, попыталась перевести дух.

— В детстве я частенько играла с местными ребятами в бейсбол.

Квин пошевелился, а Лаура вспыхнула от смущения, почувствовав теплоту сжавших ее бедра ног. Смех застыл на ее губах. Перехватив взгляд Квина, она поняла, что и ему не до смеха.

— В чем дело, Лаура? — тихо, но с издевкой осведомился он.

— Ни в чем.

Он лениво приподнял бровь.

— Ни в чем? Уверены? Мне кажется, что вы несколько… напряжены.

К своей досаде, она предательски покраснела:

— Мне холодно.

Его губы скривила улыбка:

— Неужто? На мой взгляд, вы чуток перегрелись.

Лаура стиснула зубы. Этот наглец наслаждается ее беспомощностью. Ему точно известно, что он делает с ней. Она, не говоря ни слова, зло глядела на него.

— Почему вы не приказываете, чтобы я отпустил вас? — хрипло осведомился он.

— О… отпустите меня, — скорее прохрипела, чем проговорила она.

Синие глаза обожгли ее неодобрительным взглядом.

— Вам следует произнести эти слова с душой, — язвительно заявил он, опуская голову вниз. — У меня такое чувство, будто вы умоляете меня овладеть вами.

— Нет! — воскликнула она, когда его голова склонилась к ней. В то же мгновение она отвернулась, и его губы коснулись ее шеи. — Нет!

Его губы обжигали ее.

— Лгунья. Скажите же наконец, что вам надо от меня.

— Ничего. Мне от вас ничего не нужно, — прошептала Лаура.

— Я не верю вам.

— Вы никогда не верили мне.

Он залился смехом, а затем заглянул в глубь ее глаз.

— Вам будет приятно, если я скажу, что никогда не видел такой красивой, как вы, женщины? Что ни одна женщина не вытворяла со мной ничего подобного? Вам известно: я не лгу. Я бы, замерзая от холода, думал бы, как овладеть вами и услышать ваш довольный вскрик, — сделал он шокирующее признание.

Лаура прикрыла глаза. Она отчаянно пыталась стереть возникшие в ее воображении картины.

— Прекратите, — хриплым голосом потребовала она.

Квин поднял голову и взглянул на нее.

— Вы хотите совершенно другого. Нам обоим это известно. Я намерен овладеть вами. Только, как я уже говорил, я не плачу за сексуальные услуги. Так о чем вы хотите попросить меня? — наслаждаясь ее бессилием, произнес он.

— Ни за что в жизни! — что есть мочи крикнула Лаура. Квин, смеясь, поднялся сам и поставил на ноги ее.

— Да, Лаура, любимая. И не единожды. С вами одного раза будет мало, — издевательски добавил он. — Вам лучше снять мокрую одежду. Мы не желаем, чтобы вы подхватили простуду, — язвительно посоветовал он. — Вам помочь?

Лаура с трудом сдержалась от того, чтобы ударить его.

— Почему бы вам?.. — Она не успела докончить фразу: Квин, протянув руку, зажал ее рот ладонью.

— Осторожно, Лаура. Не давайте выхода своему темпераменту, — предостерег он.

Она зло поглядела на него, затем круто повернулась и удалилась под его тихий смех. Он сметает все ее преграды — так раскаленный нож входит в масло. Как он ошибается насчет причин, что вынуждают ее держать его на расстоянии! Все дело в том, что она перестанет уважать себя, если переспит с мужчиной, которому не нравится. И вместе с тем Лаура страстно желала его любви. Если она останется здесь, он, пожалуй, победит. Каждый раз, когда он дотрагивался до нее, ей становилось все труднее и труднее отталкивать его.

Боже, что она за женщина? Как может она желать мужчину, который хочет овладеть ею, только чтобы доказать собственную мужскую силу? Дура она — вот ответ. Лишь дура может влюбиться в него!

Эта мысль выскочила из небытия и ошеломила Лауру. Неужели такое возможно? Неужели охватившая ее буря чувств и есть любовь? Она любит Квина Манниона?

Лаура застонала, поняв, что это правда. С той самой минуты, когда впервые заглянула в его глаза, она потеряла голову. Что же до него, то он ее попросту презирает.

Лаура закрыла глаза. Ей известно, как поступить. Она должна уехать отсюда. Ей нельзя оставаться, рискуя, что он разгадает ее тайну. Она не перенесет, если ему все станет известно. Только не сейчас. Не теперь, когда она так уязвима. Господи, как же он посмеется, когда узнает, что она влюблена!

Лаура была на грани изнеможения, когда вернулась в свою квартиру. В мастерской выдался на редкость загруженный день. Ее партнер, Анна, подхватила грипп, и Лаура вот уже несколько дней вынуждена была работать за двоих. Феликс, их неоценимый помощник, тоже заболел, и эта неделя попортила ей немало крови.

Бросив сумку у дверей, скинув пальто и туфли, она прошла в маленькую кухню и вскипятила воду для травяного чая. Когда чай был готов, она отправилась с чашкой в гостиную и устроилась на кушетке, подогнув под себя ноги.

Удастся ли ей убедить Джонатана остаться сегодня дома? У них приглашение на какое-то благотворительное мероприятие. Но у нее не было никакого желания выбираться из дома. И не только сегодня, честно самой себе призналась она. Вот уже три недели, если быть точной.

Да, она все помнит. Разве можно забыть о Квине Маннионе!

Лаура, тяжело вздохнув, поставила чашку на столик. Как же она ненавидит себя за слабость, за то, что не способна выбросить Квина из головы. Мгновения, проведенные с ним, всплывают в ее памяти с необычайной отчетливостью. Сплошная мука.

Она поглядела на часы: уже поздно. Пора одеваться. Она приняла душ и переоделась в вечернее платье. Прямого покроя, из изумрудно-зеленой тафты. Узкие бретельки держали лиф, украшенный серебряной вышивкой.

Лаура смотрелась в нем великолепно. Чуть подкрасившись, вдев в уши бриллиантовые серьги и надев на шею любимый медальон, она порадовалась тому, что отлично выглядит.