Чтение онлайн

– И я испытываю отцовские чувства к девочкам, которых защищаю. Хотя иной раз бывает, они папашу могут пригласить выпить.

Они замолчали. Каждый думал о своем.

– После неудачной женитьбы у меня сложилось почти, как у тебя. Думаю, я сам виноват, что так получилось.

– А я уверена, что не только ты виноват.

– Нет, на этот раз дело только во мне. Моя жена прилагала все усилия к тому, чтобы между нами был лад. Я дал ей прекрасный дом в Оклендских горах, счет в банке, но любви, какой ей хотелось, не смог дать. Будто мое сердце было заперто, а я не сумел найти ключей, чтобы открыть его для любви. – Шейн поднял чашку, удивился тому, что чай совсем остыл, и осторожно поставил ее на блюдечко. – После развода приключений не искал, но потом почувствовал, что во мне что-то потухло или умерло. Я не уверен, что еще способен полюбить. Это звучит странно?

Она обхватила рукой его запястье.

– Что ты, Шейн! Это печально. Даже плакать хочется.

– Теперь ты знаешь, почему я избегаю таких отношений. – Он положил руку на тонкие пальцы Мэрл. Их руки соединились, и печаль их как будто тоже соединилась.

Что-то насторожило Мэрл. Она быстро убрала руку, поспешно спросила, нарушая затянувшуюся тишину:

– Ты как-то говорил, что живешь в плавучем доме в Саусалито. Это, должно быть, очень не похоже на твою жизнь в Оклендских горах?

Шейн усмехнулся:

– Ты когда-нибудь видела плавучий дом?

– Нет, не видела. Расскажи, какой он.

– Он похож немного… – он задумался, затем уверенно тряхнул головой. – На пальцах не объяснишь. Тебе самой надо посмотреть. – Бровь его поднялась. – Я сочту за честь показать его тебе.

– Мне бы очень хотелось посмотреть.

– Чудесно! – Шейн быстро встал, предложил ей руку. – Прямо сейчас и поедем.

Мэрл с испугом отпрянула.

– Я не поеду с тобой на мотоцикле.

– Ну если ты так против мотоцикла, мы можем добраться туда на пароме.

– Как это все забавно. – Мэрл взяла его под руку, и они направились к выходу.

Дорогая Мисс Мэри!

Моя мама говорит, что все мальчики – не что иное, как животные, они только и думают, как бы заняться с девочками сексом. Неужели это правда? Но иногда во время свидания я чувствую, что мне очень хочется заняться сексом с моим дружком. Так что же это значит? Что я тоже животное? Или, может быть, я ненормальная?

Обеспокоенная.

Хорошая моя!

Мальчики такие же люди, как и мы с тобой. Сексуальное влечение вполне естественно для всех людей: и для девочек, и для мальчиков. Но есть разница между животными и людьми, дорогая, – девочка или мальчик могут сказать «нет» своему желанию, взять себя в руки.

Мисс Мэри.

Мэрл держалась за поручни парома обеими руками. Свежий океанский ветер развевал ее пестрый шарф. Шейн стоял так близко, что она иногда касалась его. Ее сердце стучало так же громко и часто, как мотор под палубой парома. Показался туманный берег, и через несколько минут паром вошел в плотную белую завесу. Туман окутал Шейна и Мэрл и отделил их от других пассажиров, стоявших на палубе.

– Как жутко, – сказала Мэрл. Голос глухо прозвучал во влажном воздухе.

Он кивнул:

– Как будто другой мир.

Тусклые, будто размытые, сигнальные огни и резкие хриплые крики чаек усиливали впечатление ирреальности.

– Тебе не холодно? – спросил Шейн. – Может, зайдем в салон?

– Ничуть. Я себя чувствую, как ребенок в парке аттракционов, – боюсь что-нибудь пропустить.

Шейн поставил кейс на палубу, расстегнул пиджак.

– Тогда позволь предложить тебе свое тепло.

Внутренний голос советовал ей остеречься. Но что такого могло произойти среди бела дня, на палубе? К тому же самоконтроль у нее на высоте.

– Отлично, – сказала она и прислонилась к нему спиной.

Мэрл почувствовала, как громко бьется его сердце. Шейн обнял ее, и она ощутила его сильное мускулистое, когда-то такое знакомое тело. Ей стало так хорошо, спокойно, как будто она вновь вернулась домой. Она глубоко вздохнула. И Шейн вздохнул.

– Обожаю женщин, которым и простуда не страшна, только бы не пропустить ничего интересного, – пробормотал он, и его подбородок коснулся мягких волнистых волос Мэрл.

– Совестно признаться, всю жизнь прожила в Сан-Франциско, но никогда прежде не приходилось плавать на пароме.

– Как тебе не стыдно, ты забыла! – Его слова и дыхание волновали Мэрл. – Справа по борту Остров Ангелов. Ты что, ничего не помнишь?

– Ничего не видно, такой туман. – Мэрл нечасто обращалась к своим воспоминаниям, – слишком было больно. – А когда я была на этом острове? И почему ты так хорошо помнишь, что я делала и что со мной было?

– Нет, этого ты не могла забыть. Это было незадолго до того, как я окончил школу, в апреле. Мы сбежали с уроков и вместе поплыли на пароме. – Он обнял ее еще крепче. – Мой дружок Барни подделал почерк твоей мамы и написал объяснительную записку: мол, ты больна и не можешь идти на занятия. Ну, вспомнила?

– Может быть. Но мои обожаемые подростки будут разочарованы, если узнают, что Мисс Мэри прогуливала школу.

– Они обрадуются тому, что Мисс Мэри живая и настоящая. Что ей не всегда легко и что не каждый раз ей удавалось принимать мудрые решения.

Мэрл скептически улыбнулась.

– Признайся, что их родители с ними не согласятся.

– Их не беспокоит то, чего они не знают. – Он с облегчением рассмеялся. – Я рад, что ты вспомнила этот день.

– Очень хорошо. И как я могла забыть! Должно быть, память защищает меня от тревог прошлого. – Она повернулась к нему и улыбнулась чуть виноватой улыбкой. Она еще крепче прижалась к его груди. Воспоминания того дня нахлынули и окружили ее, как руки Шейна. Каким он был много лет тому назад? Гибким, стройным, в нем просто бурлила энергия. – Помнишь, у тебя была такая жесткая шевелюра? Волосы торчали во все стороны, ты был похож на дикаря.

– А ты все хотела привести их в порядок и без конца приглаживала.

Она согласно кивнула.

– Тогда все хотели быть похожими на Джона Леннона с его смешными очками. Мне в то время казалось совершенно нормальным подражать ему. И что ты во мне нашел?

– Я считал тебя самой красивой девушкой в школе. Но сейчас ты стала еще красивее.

– Шейн, перестань! Что за возмутительное заявление! – воскликнула Мэрл, с трудом скрывая радость. – Мне кажется, ты унаследовал от отца ирландское умение льстить.

– Никакой лести. Говорю, как есть. Помню, у тебя было такое милое кругленькое личико, при том что ты была очень стройной. А какая ты сейчас изящная, такая женственная! А лицо, у меня просто слов нет, какое! Оно такое вдохновенное, в нем есть какая-то загадочность. Ей-богу, ты могла бы стать моделью!

– Это все твои фантазии! – Она попробовала сменить тему разговора, так как он становился слишком интимным. – Ты помнишь, как ты пытался ходить по поручням и как ругался капитан парома? Да он просто прогнал нас на этот остров. А потом… – Она резко оборвала сама себя, потому что вспомнила все. – Какими мы тогда были! Как сейчас вижу: прыгали, бегали, хохотали на забытом Богом острове. Два совершенно обалдевших от свободы и счастья человека! И никого вокруг, только чайки. – Мэрл счастливо засмеялась. – А как смешно мы были одеты: джинсы – колоколом внизу, с такими огромными дырками на коленях, и маечки им под стать!