Чтение онлайн

Лукас перевел взгляд на молодую женщину. Она казалась потерянной — невольная и невинная участница жестокого жизненного фарса. Лукасу до боли захотелось утешить ее. Он сделал к ней еще один шаг.

— Вам ни о чем не нужно знать. — Голос его прозвучал резко. — Возвращайтесь домой и навсегда забудьте, что были здесь.

Грейс заморгала, чтобы скрыть подступающие слезы. Ничего не видя перед собой, она отвернулась, собираясь уйти, но споткнулась на пороге. И в тот же миг почувствовала, что его рука поддержала ее.

— Грейс… — В его голосе было столько муки!

Сквозь застилавшие глаза слезы Грейс смотрела на него, не в силах отвести взгляда от черных волосков на груди, стараясь перевести дыхание.

— Пожалуйста… — тихо проговорила она, пытаясь высвободиться из его рук, чтобы он не заметил, что она плачет.

— Я… мне очень жаль. — Губы Лукаса коснулись ее уха. — Простите, — горячо прошептал он. — Вы не должны были участвовать во всей этой истории. Она не имеет к вам никакого отношения.

Грейс резко подняла голову, позабыв о слезах, которые текли по щекам.

— В какой истории? Ради бога, скажите мне! — Он был так близко, его мускулистое бедро прижималось к ее бедру, сильные пальцы сжали ее руку. Вдруг до нее дошло, что он попросил у нее прощения, что он тоже страдает. — Я не знаю, что мне думать обо всем этом, — прошептала она.

Лукас помолчал, пристально изучая ее лицо.

— Продайте мне вашу часть ранчо, — мягко проговорил он.

— Продать? — Грейс была потрясена. Она замерла. — Вы серьезно?

— Да. Пусть оценщики решат, сколько она стоит, и я соберу нужную сумму. Продайте ее мне, Грейс. Позвольте мне владеть «Полумесяцем». Ведь для вас это ранчо ничего не значит.

Новый шквал вопросов обрушился на нее, но она сдержалась и лишь сказала:

— Я не могу ответить вам прямо сейчас. Мне нужно подумать об этом хотя бы немного.

— Вы подумаете?

Она кивнула.

— Да, обещаю вам.

— И дадите мне знать, когда решите?

— Да, разумеется.

Чувствуя, что Лукас наблюдает за ней, Грейс сделала глубокий вдох и потянулась к дверной ручке.

— Может быть, если ранчо будет целиком принадлежать вам, вы станете менее скрытным, — подумала она вслух.

— Может быть, — мягко согласился он.

Грейс резко повернулась к нему:

— Это мое условие, Лукас. Если я позволю вам выкупить мою долю, я должна знать о Стиве все, что знаете о нем вы, до мельчайших подробностей.

Зрачки его сузились.

— Вы действительно любили его?

Она не ждала такого вопроса и смутилась.

— Странное любопытство… Это имеет для вас значение? — отозвалась она как можно спокойнее.

Лицо Лукаса застыло.

— Вы молоды, красивы, умны. Мне трудно поверить, что вы на самом деле любили старика.

— Он не был стариком! Да, Стивен действительно был намного старше меня, но он был активным энергичным человеком. Почему вы все время говорите о нем так, словно он был развалиной? — Глаза ее сверкнули.

— Он был хорошим любовником?

— Бог мой! — ахнула Грейс. — Неужели вы думаете, что я стану обсуждать это с вами?

Губы Лукаса сложились в циничную усмешку, потемневшие глаза вспыхнули страстью. Он неожиданно шагнул к ней и, прежде чем она успела отреагировать, привлек к себе, обхватив стальными руками.

— Ну так хорошим? — повторил он, заставив ее откинуть голову назад и глядя ей прямо в глаза.

Какое-то безумие овладело им, и он уже не мог остановиться. Ему хотелось услышать, как она скажет, что не любила Стивена Уитни. Ему необходимо было услышать это.

Она тяжело дышала, хватая ртом воздух, и при каждом вдохе ее груди упирались в его голую грудь. Она чувствовала, как что-то горячее поднимается из глубин ее существа, и это было желание, разбуженное им той ночью. Зрачки его превратились в алмазные точки, пронизывающие ее, требующие ответа. Он еще теснее прижал ее к себе, и она задохнулась, почувствовав тугую и горячую плоть, обжигающую ее даже сквозь одежду.

— Так вы любили его? — настойчиво шептал Лукас. Он поднял голову и крепко зажмурился, боль исказила его лицо. — Зачем вы только приехали сюда? — пробормотал он.

Грейс видела, как мучительно он борется со своим желанием. Но почему? Он так крепко держал ее, что она не могла пошевелиться. Она видела, что он не в силах отпустить ее, и в то же время изо всех сил пытается побороть в себе этот порыв.

— Лукас, что с вами?

— О господи, — простонал он. Его губы коснулись ее волос. — Я так хочу тебя, — прошептал он сдавленным голосом. — Мне нужно было уехать, я не должен был этого допустить. Ну почему ты осталась?

— Я уже сказала почему, — ответила она мягко. Волосы у него на груди щекотали ей щеку, и она придвинулась, чтобы полнее ощутить их прикосновение, от которого по ее позвоночнику пробежала волна дрожи. Ей хотелось положить конец его страданиям, и она прижалась к нему, чувствуя острую безумную радость оттого, что нужна ему. — Я улетаю утром, — прошептала она и поняла, что именно это и терзает ее сердце, тающее в объятиях Лукаса.

— Грейс… — Голос его стал сдавленным, приглушенным. — Это неправильно… — Он слегка отодвинул ее от себя и взял за подбородок, чтобы видеть ее лицо. — Но я хочу поцеловать тебя.

Его губы прижались к ее губам. Поцелуй разметал все преграды, которые отделяли их друг от друга, и взрыв безумной страсти поглотил обоих.

Она чувствовала, что он раздевает ее, но глаза ее оставались закрытыми. Халат был отброшен в сторону, бретельки ночной рубашки соскользнули с плеч. Губы мужчины спустились ниже, стали жадно и ненасытно ласкать грудь. Дыхание со свистом вырывалось из ее горла. Потом и рубашка превратилась в маленький холмик шелка на полу, и его руки подхватили Грейс. Он горел от нетерпения, охваченный порывом страсти. Когда она оказалась на кровати, он легким движением освободился от джинсов и в одно мгновение присоединился к ней.

— Боже, как ты прекрасна, — горячо шептал он, осыпая ласками ее грудь, живот, бедра.

Ничто — ни прошлое, ни будущее — не имело сейчас значения для Грейс, остался только этот миг безумной, всепоглощающей страсти, захвативший их обоих, словно гроза в знойный день. Грейс поняла, что с самых первых минут их встречи желала Лукаса Мартина. Желала, даже не пытаясь привести это желание в согласие со своими жизненными принципами. Никогда еще она не встречала мужчину, который имел бы над ней такую власть… Обвив руками за шею, она притянула его к себе.