Чтение онлайн

Мисс Могфорд пришла к ней в больницу вечером и принесла небольшую сумку со всем, что считала необходимым для Крессиды. Крессида обрадовалась, увидев ее, но тут же и забеспокоилась:

– Могги, как ты доберешься обратно? И еще этот ужин… Мачеха очень сердится?

– Да, она злится, – ухмыльнулась мисс Могфорд, – но доктор Бреддок очень строго поговорил с ней. Он сказал, что она отвечает за вас, и еще много другого чего – я слышала, когда проходила мимо комнаты, где они разговаривали: дверь там была приоткрыта. После того как доктор ушел, она позвонила в какую-то фирму, обслуживающую званые обеды, и теперь они приехали и все там устраивают. Она мне велела привезти вам все, что может понадобиться здесь, в больнице; я приехала сюда в фургоне булочника.

– А как ты поедешь обратно?

– Этот фургон возвращается через час обратно, завтра у водителя выходной день.

– Я не знаю, сколько здесь пробуду…

– Доктор Бреддок сказал, что пару дней, так что вы здесь хорошо отдохнете, мисс Крессида, и, когда вернетесь домой, не будете принимать все так близко к сердцу.

– А мачеха очень недовольна?

– Скажем, она выбита из колеи, – ответила мисс Могфорд, явно скрывая истинное положение дел.

Удивительно, что сделали с Крессидой эти два дня, проведенные в больнице! Конечно, были болезненные физиотерапевтические процедуры, но большую часть времени она отдыхала, удобно устроившись, или читала газеты и журналы, которые ей давали другие пациенты, и роман – его девушке принесла почитать сотрудница больничной библиотеки. Она съедала все, что ей приносили, и к концу второго дня цвет ее щек стал намного здоровее и она даже прибавила в весе.

Утром на третий день к ней в палату пришел врач и объявил, что Крессида может выписываться домой.

– В течение двух недель вам нужно будет носить эластичный чулок и стараться как можно меньше давать нагрузку на больную ногу. Медсестра уже позвонила вашей мачехе, и та заверила ее, что вам будет обеспечен хороший уход. Мы отправим вас домой на медицинском транспорте сегодня после обеда.

Крессида поблагодарила его и подумала, что в эластичном чулке и с палкой она сможет все делать по дому. Впрочем, так или иначе, а иного выхода нет…

Она сидела, уже одетая и готовая к отъезду, положив ногу на стул, стоящий перед ней, когда открылась дверь и в палату вошел доктор ван дер Линус. Он сердечно поздоровался с ней.

– Мне нужно было тут поговорить кое с кем, и я решил зайти узнать, как у вас дела. Я слышал, вы сегодня выписываетесь?

– Да, вот жду машину. Чувствую я себя уже хорошо. – Она улыбнулась. – Я так благодарна вам за все, что вы для меня сделали.

– Не думайте об этом. Я как раз поеду мимо вашего дома, так что могу вас подвезти. Только подождите, мне нужно поговорить с медсестрой… – Не дожидаясь ее ответа, доктор ван дер Линус ушел.

По пути он рассказал Крессиде, что на следующий день едет в Лондон, а затем – в Голландию.

– Какое-то время меня здесь не будет, – заметил он и как бы невзначай спросил: – У вас есть какие-то планы на будущее?

– Никаких, – уныло ответила Крессида с потухшим взглядом. – Во всяком случае, на ближайшее время.

– Ну что ж, – сказал ван дер Линус, – вероятно, у вас есть свои причины оставаться дома.

– Да, есть… А как же собака, что будет с ней?

Он понял, что тема дома и проживания ее там почему-то неприятна Крессиде, и не стал ее продолжать, заговорил о собаке:

– Она останется у моего знакомого ветеринара. Перед отъездом из Англии я заберу ее. Щенок подрос и обещает быть красавцем.

– А у вас дома найдется для него место?

– О, конечно.

Ван дер Линус остановил машину перед домом Крессиды и вышел, чтобы помочь ей.

– Спасибо большое, – поблагодарила девушка. – Вы не зайдете повидаться с моей мачехой?

Доктор усмехнулся.

– Почему нет? – с готовностью сказал он и взял ее за руку. – Пока ходите с палкой, – посоветовал он, – и старайтесь больше опираться на здоровую ногу. И еще: ради Бога, не стойте долго, по возможности давайте больной ноге отдых.

Их встречала мисс Могфорд. Она широко раскрыла перед ними двери, и ее суровое лицо на миг осветилось ласковой улыбкой.

– Вот так-то лучше. Силы небесные! – воскликнула экономка, всплеснув руками. – Эти два дня в больнице пошли вам на пользу, мисс Кресси, клянусь, вы поправились на фунт-другой.

– Мачеха дома? – спросила девушка. – Уверена, что доктор ван дер Линус…

– Это ты, Крессида? – послышался из глубины дома голос миссис Прис. – Как раз вовремя. Вся эта чепуха о твоей лодыжке, которую мне пришлось за это время выслушать… – Она вошла, увидела доктора и уже мягче продолжила: – Бедное мое дитя, тебе было больно? Я не пришла тебя навестить только потому, что ты ведь знаешь, как я переживаю, когда вижу больных. – Она улыбнулась доктору. – Мои нервы, понимаете… Я так мучаюсь… – Она повернулась к Крессиде. – Ступай наверх, дорогая, тебе нужно отдохнуть, мисс Могфорд принесет тебе чай. – Она снова взглянула на доктора. – Выпейте со мной чашечку. Я так рада вам, ибо редко вижусь с людьми, мне так одиноко… И, пожалуйста, расскажите мне, как дела с ногой Крессиды.

Ван дер Линус отказался от чая почти с такой же чарующей улыбкой, с какой она его приглашала:

– На вечер у меня назначена встреча, а ехать довольно далеко. Мисс Прис скоро совсем поправится, но недели две она должна быть на щадящем режиме и давать полный покой ноге. Конечно, вы все это знаете сами. – Он попрощался за руку с миссис Прис и повернулся к Крессиде, молча стоявшей рядом. – Уверен, что доктор Бреддок вас вскоре навестит. Очень рад, что травма оказалась не столь серьезной. О собаке не беспокойтесь, я о ней позабочусь.

Крессида улыбнулась.

– Я знаю, что вы ее не оставите, и очень вам за это благодарна. Надеюсь, ваша поездка домой будет приятной.

Он пристально посмотрел на нее: лицо ничем не примечательное, но какие красивые глаза!.. Она улыбалась, однако он чувствовал, что она несчастна. И это неудивительно, подумал доктор, взглянув на раздосадованную миссис Прис.

Вечером, сидя с леди Меррилл в гостиной, он поделился своим беспокойством.

– Эта девушка кажется вполне благоразумной, – заметил он, – да и вообще трудно предположить, чтобы в наши дни молодая девушка вела себя как Золушка. Ее мачеха, миссис Прис, такова, что любой человек, обладающий хоть каплей здравого смысла, захочет убежать от нее как можно скорее.

– Значит, у нее, этой Золушки, есть достаточно веская причина, чтобы оставаться дома. Ты не догадываешься, что бы это могло быть?

– Ни малейших соображений на этот счет, – удрученно развел Алдрик руками и добавил: – И даже не представляю, возможно ли узнать хоть что-нибудь.

– Да проще всего спросить ее самое об этом.

– Пожалуй, так я и сделаю. До отъезда в Голландию обязательно выкрою минутку и заскочу попрощаться с ней. – Он нахмурился. – Вам не кажется, бабушка, что я раздуваю из мухи слона? Скоро все это будет так далеко от меня…

– Конечно, ты не должен думать об этом, но, с другой стороны, может, ей необходимо с кем-то поговорить, довериться кому-то…

Неделю спустя, когда доктор ван дер Линус возвращался к леди Меррилл, вдруг какая-то необъяснимая сила заставила его свернуть на дорогу, ведущую к Минтон-Крэкнеллу. Он уже был в полумиле от деревни, когда увидел Крессиду, которая брела в том же направлении, неловко опираясь на палку. Он остановился рядом с ней и открыл дверцу машины. Его «Добрый день, вас подвезти?» прозвучало более чем небрежно, и, когда она повернулась и посмотрела на него, он всем своим видом старался показать, что эта встреча случайная. Лицо у Крессиды было заплаканным, но она улыбнулась сквозь слезы и вежливо поблагодарила его.