Счастливчик Ген
Шрифт:
– Как догадался?
– О том, что никаких других игроков нет, а это ты так развлекаешься? А чего тут догадываться, глупо было поверить в твою версию.
– Остальные поверили, – он немного помолчал, затем добавил. – Ты выиграл, за мной исполнение желания. Ты его уже загадал?
– А ты что, сам не можешь узнать? Для тебя человек должен быть, как открытая книга.
– Это неинтересно, теряется все удовольствие от общения.
– А как же остальные игроки? Я думал, что их будет больше четырех.
– Их и было больше. Двое, о которых ты не знаешь, погибли, еще двое кое-как устроились, но для того чтобы сильно продвинуться у них нет ни сил, ни желания.
– Они не мои соотечественники?
– Нет, вас было только двое. Один мальчишка из Западной Германии и еще девчонка из Штатов.
– Ну и пусть себе тогда живут, как хотят. Ты мне вот что скажи, ты у меня вроде в гостях, а подарков я от тебя я не вижу.
– Каких подарков? – спросил он, удивленно подняв брови. – С какой это стати я тебе должен что-то дарить?
– У порядочных людей принято, находясь в гостях, следовать обычаям хозяев. А у нас принято одаривать хозяев подарками. Ты, правда, не человек, но тоже вроде разумный...
– И чего же ты хотел бы в подарок? – с любопытством спросил он.
– Мешок картошки достать сможешь? Или это для тебя слишком сложно?
Посреди гостиной на мозаичном паркете появились три джутовых мешка, приставленных друг к другу, набитых, судя по внешнему виду, крупным картофелем.
– Прорастет? – спросил я. – Ты овощебазу ограбил?
– А я знаю? – пожал он плечами. – Думаешь, я понимаю, что и как делает моя техника? Захотел – она и выполнила, а, как и откуда это мне знать неинтересно. А прорасти должна, нагреву или облучению она не подвергалась. Желание теперь будешь говорить?
– Не придумал я еще желание. Ты мне еще до этого мира говорил, что вы можете управлять временем. Что-то там про тысячелетия туда-сюда. Можешь узнать, когда я умру?
Его изображение на мгновение мигнуло, потом восстановилось обратно.
– Ну знаю я, когда ты умрешь, что дальше?
– Вот и заскочи ко мне перед этим с таким расчетом, чтобы мы успели поговорить. Жизнь у меня, надеюсь, длинная? Вот и отлично, подумать над желанием время будет.
– Думаешь так легко шастать по времени? Чем дальше в прошлое или будущее, тем больше требуется энергии, и зависимость там нелинейная.
– Если ваша цивилизация легко заглядывает за тысячи лет, что такое для вас срок человеческой жизни?
– Так то цивилизация, а это я. У меня энергия на контроле.
– Я так и знал, что ты мальчишка, – направил я на него указательный палец. – Или, может быть, девчонка? Или у вас делятся как-то по-другому?
– Можешь считать мальчишкой. А как узнал?
– Ха! Стал бы взрослый представитель продвинутой цивилизации играть в подобные игры, да еще с детьми? Конечно, нет! У тебя хоть родители есть?
– У нас только один родитель. Но это неважно. Ты первый, кто догадался. Ладно, я к тебе заскочу, как ты хочешь, а для родителя что-нибудь придумаю.
– А можешь показаться в своем настоящем виде?
Он не ответил, просто человек внезапно исчез, и на его месте появилось странное, но не вызывающее у меня неприязни, существо. У него была почти треугольная форма головы. Нос отсутствовал, рот был очень маленьким, зато глаза занимали почти треть лица. Роста он был примерно такого же, каким я был на Земле, волосы на голове отсутствовали, а форму тела из-за бесформенной пышной одежды я определить не смог.
– У тебя нет отторжения, – заметил он, причем, рот шевелился не в такт словам. – Обычно мой вид вас пугает.
– А как же твое поведение в человеческом образе? – спросил я. – Мимика, жестикуляция и все остальное?
– Это машины, – ответил он. – Они формируют изображение и меняют его, переводя мои действия в привычный для вас вид. Я получил удовольствие от твоей игры. Правда, тебе почти все время везло, но дураку и везение не в счастье. Шансы выпадают многим, мало кто ими может воспользоваться. Я решил, что одной картошки будет мало.
Рядом с мешками появилась гитара, порядочная стопка книг и еще какой-то кулек.
– Когда я просмотрел твою дальнейшую жизнь, то понял, что возвращаться ты не собираешься. Поэтому мои подарки будут для тебя нелишними. Книги – это учебники за всю школу. Ты ведь из-за меня не доучился, вот и сможешь восполнить пробелы в образовании, а заодно не надо будет переписывать по памяти остальные учебники. Там еще есть все те книги, которые напишут Стругацкие. Это ведь твои любимые писатели, я не ошибся? Еще есть песенник в комплект к гитаре. Многих песен из него ты слышать не мог, в твое время их еще не написали.
– А мелодия? – спросил я. – Если там есть ноты, то для меня они по-прежнему лишенные реального содержания закорючки.
– Это мы сейчас поправим, – он театрально щелкнул пальцами. – Теперь ты прекрасно знаешь, какому звуку соответствуют эти, как ты говоришь, закорючки. Можешь спеть по нотам простую мелодию, или наоборот, переложить мелодию на ноты.
– А в пакете что?
– Борщ сварить хотел? – изображение опять изменилось, и из кресла мне подмигнул Тихонов. – Вот и сваришь со временем. Там семена свеклы, капусты лука и моркови. А белый корень, как мне подсказали, и здесь есть.
Поблагодарить я не успел, он исчез раньше.
– Что это за мешки? – спросила Лана, выходя из спальни вместе со служанкой. – Кто так держит ребенка? Отдай немедленно, ты же ему шейку сломаешь!
На голове у нее была уложена замысловатая прическа.
– Можете идти, Лея, – сказал я служанке. – И скажите герцогине, что я ее просил зайти.
– Что это за мешки? – спросила вошедшая Алина. – Я же тебе показывала, как нужно держать ребенка! У тебя что, много сыновей?
Я уже заметил, что со временем поведение жен становилось все более похожим. На одинаковые ситуации они и реагировать стали одинаково.