Чтение онлайн

– С ума сойти! – Счастливчик ушам своим не верил. Пусть он и не смыслил в алхимии ровным счетом ничего, но услышанное больше походило на какую-то сказку! Но сейчас эта самая “сказка” сидела прямо перед ним, мягкая, теплая, с бьющимся сердцем и поразительно красивыми глазами – настоящая, живая! Селестина дышала, думала, говорила и при этому утверждала, что не является человеком, но создана им.

Это казалось немыслимым. Одно дело – древние сверхъестественные магические существа – феи, тролли, единороги, драконы, пусть этих давненько никто не видел, дриады и даже эльфы – они просто есть и все. Никаких претензий. Если перечислять всякую нечисть, то и здесь все понятно: вампиры, оборотни, допельгангеры, ожившие мертвецы – это все порождения темной магии, будь она неладна. С выходцами из преисподней все тоже более-менее ясно. Но вот гомункулы, люди-нелюди – это уже чересчур! Счастливчик скорее готов был поверить, что прямо перед ним сидит ангел во плоти, чем что-то так похожее на человека, но им не являющееся.

– Бред какой-то, – он потрясенно покачал головой. – Если я начну обо всем этом думать, то вскорости сойду с ума.

– Я могу помочь вам разобраться, господин, – незамедлительно предложила Селестина.

– Вот не надо. Спасибо, конечно, но нет. Лучше поступим так, – предложил Рид, – чтобы не вникать во все это, я просто буду считать тебя человеком.

– Но это не так, – попробовала вставить Селестина. – Я не человек. Я – вещь….

– Ты не вещь! – с неожиданной злобой прорычал Счастливчик.

Он даже не понял, что больше его задело: само утверждение девушки или же тон, которым она его сделала: голос Селестины звучал тускло, безвольно и печально. Прежде Рид не раз слышал, чтобы люди так говорили и, как правило, в этот момент они были сломлены и находились на грани отчаяния, или смерти.

В любом случае, Счастливчик вспылил.

– Вещи не дышат, не говорят и знаешь что еще? Они ни хрена не чувствуют! А я видел, как ты переживала за тех монахов! Как хотела помочь! Я видел это жертвенное дерьмо в твоих глазах – ты готова была умереть ради них! Да после этого я сам в меньшей степени человек! Но тут ты отводишь в сторону глазки и заявляешь, что ты не человек? А я тогда кто? Навозный жук?!

Селестина развернулась в седле и долго смотрела в глаза Счастливчика. Ему даже стало не по себе. Может, он перегнул палку? Это плохо, ведь если он ее обидел – Селестина никогда этого не забудет. Она же ничего не забывает.

“Нда-а-а, – тоскливо подумал Рид, – вон вам и второй недостаток жены-гомункула – проколешься один раз, и тебя до смерти будут этим попрекать. Жуть просто”.

Тем временем, Селестина не отводила глаз. Заерзав в седле, наемник спросил:

– Чего это ты?

– Спасибо, – она еще немного помолчала, продолжая смотреть на мужчину. Когда он уже готов был утонуть в светлом омуте ее необыкновенно прекрасных фиалковых глаз, Селестина тихо и трогательно прошептала. – Мне… мне приятно слышать такие слова. Это очень важно для меня.

– Ну вот! – Рид взъерошил волосы на голове и неуверенно рассмеялся. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как он делал комплимент девушке, что действительно его заслуживала. Неловкое, надо сказать, чувство, мальчишеское какое-то.

Счастливчик старался вести себя как можно более непринужденно, чтобы скрыть едва отступившее волнение. Обычно, Рид предпочитал прятать свои чувства и мысли за лицемерной маской, но сейчас не сдержался. Почему? Сложно сказать, возможно, его тронула чистота и невинность спутницы или дало о себе знать напряжение последних дней. В любом случае, теперь Счастливчик снова стал самим собой.

– А говоришь, что не человек! – он сверкнул прежней беззаботной и белозубой улыбкой. – Стоило тебя похвалить, как ты сразу же обрадовалась – типичная женщина, как по мне!

Селестина не ответила. Она поспешно отвернулась, но Рид успел заметить, как покраснели ее щеки.

“Она точно не человек? – подумал он – Может, врет?”

* * *

И снова та самая комната сердобольного трактирщика приветствовала Рида своим незамысловатым убранством и стойким запахом чеснока, с примесью дешевой выпивки. Но наемнику приходилось бывать и в местах несоизмеримо хуже этой дыры – например, в тюрьме королевства Арго, откуда он благополучно сбежал, после чего и подался в пираты. Вот в застенках было действительно паршиво – помимо сырых каменных стен, крыс, вони немытых тел и нечистот, в комплект услуг входили еще и добрые улыбчивые охранники, обязанностью которых был ежедневный массаж заключенных при помощи жестких коротких дубинок. То еще развлечение, надо отметить.

От столь неприятных воспоминаний, Рид поморщился: его будто захлестнуло спертым воздухом темного подземелья. А ведь оно могло стать его последним пристанищем.

– Но не стало, – улыбнулся Счастливчик, – не обращай внимания, – сказал он непонимающе взглянувшей на него Селестине.

Девушка, кстати, вела себя почти как ребенок – она непрерывно крутила головой, стараясь подметить каждую деталь. Поначалу Рида это жутко бесило, но потом он вспомнил, что, по сути, Селестина не видела ничего, кроме стен монастыря изнутри. Наемнику даже стало жалко спутницу.

– Пожалел волк кобылу – оставил хвост да гриву, – пробормотал он, наблюдая, как девушка обходит комнату, с любопытством разглядывая пыльные полки, да нехитрую мебель.

– Это… так необычно, – произнесла она, почувствовав взгляд мужчины. – Из книг я знала многое о внешнем мире, но видеть – это совершенно иначе.

– О да! – расплылся в улыбке Счастливчик. По своему обыкновению он переиначил услышанные слова и применил их к себе – наемник не понаслышке знал, как выглядит женское тело, но вот увидеть Селестину в чем… э-э-э создатель создал? Мать-то ее, выходит, не рожала.

“Мать-перемать, – выдохнул Рид, – о чем я думаю-то вообще?”

– Послушай, – вслух сказал Счастливчик. – Выходит, дня рождения-то у тебя нет?

– Выходит, – грустно согласилась она и опустила взгляд.

– И ты никогда не праздновала его?

– Никогда. – Селестина покачала головой. – Я даже не знаю, в какой день меня создали. Только примерную дату.

– Ко всем чертям твою примерную дату! – Рид выглянул в коридор и залихвацки свистнул, после чего прокричал. – Трактирщик! Тащи сюда лучшее вино и самое вкусное, что у тебя есть! Да побольше!

– Будет сделано! – донеслось откуда-то снизу.

Не слушая, как хозяин трактира раздает указания, и как его работники начинают поспешно хлопотать над заказом, Счастливчик захлопнул дверь.

– Твой день рождения будет сегодня! – заявил он опешившей Селестине. – Вот прямо сейчас!

Она ничего не ответила. Просто вытаращилась на наемника, будто нищий, что нашел в помойной яме клад. Не самое удачное сравнение, ведь бедолагу наверняка прирежут, как только кто-то лишний узнает о его находке, но это уже ненужные детали.

– Пока отдыхай, – Счастливчик весело взглянул на спутницу. – Я нагрею воды. Нужно помыться, а то после некоторых событий я псиной провонял. Ты как, спинку не потрешь?

В ответ на такое предложение, Селестина сначала пуще прежнего округлила свои огромные глаза, потом мертвенно побледнела, потом покраснела, кажется, перестала дышать, а на ее очаровательном личике за один миг сменилось с десяток выражения – от негодования, до стыда. Ее губы задрожали.

“Перегнул”.

– Только в обморок не падай и не реви, – попросил Рид, рассмеявшись. Похоже, он слишком поспешил со столь недвусмысленными намеками, да и с чувством юмора у Селестины явные проблемы. – Я же просто шучу, – поспешно добавил он.