Чтение онлайн

— Аграв-коридоры для меня, увы, недоступны — я не знаю, когда нужно изменять скорость. Приходится пользоваться обычными. Путь, конечно, более длинный, но зато мы с Маттом знаем Девятый лучше кого бы то ни было. Правда, Матт?… Ну, Бигмен, вас можно поздравить?

— Нет. По-моему, это монолит.

— Не совсем. Дайте-ка мне… — Ловкие пальцы Норрича запорхали над яйцом. — Видите этот маленький квадратик? Нажимаем — и он легко поддается. А ту часть, которая вышла с обратной стороны, поворачиваем на пол-оборота по часовой стрелке и извлекаем деталь. Дальше — вовсе нечего делать… Так, затем так, потом так, и так далее. Теперь возьмите все извлеченные детали, их восемь, и сложите все в обратном порядке. Последним пойдет ключевой кусочек, замыкающий, в полном смысле этого слова.

Бигмен с недоверием смотрел на рассыпанные детали, ничего не понимая.

— Мистер Норрич, — нарушил молчание Лакки. — Вы, по-моему, хотели поговорить о «радушном» приеме, оказанном нам сегодня, и о моем поединке с Армандом…

— Да-да, Советник. Прошу вас понять следующее. Я здесь, на Юпитере-9, с начала работ над агравом и неплохо изучил этих людей. Некоторые уезжают сразу по истечении срока договора, некоторые остаются, и к ним присоединяются новые… Но про всех можно сказать одно: они опасны.

— Почему?

— Причины различные. Во-первых — есть опасность, представляемая самим аграв-проектом: в результате несчастных случаев мы потеряли не одну сотню людей; я сам лишился зрения пять лет назад и считаю, что еще легко отделался… Вторая причина заключается в том, что они надолго изолированы от друзей и семьи. Изолированы полностью.

— Наверное, кое-кто рад такой изоляции. — Лакки невесело улыбнулся. Все знали, что индивиды, не ладившие с законом, иногда таким образом избегали наказания. Постоянно не хватало людей для работы под сводами искусственных атмосфер в условиях псевдограва — и добровольцам не задавали лишних вопросов. В конечном счете, они расплачивались за свои преступления тем, что работали на благо Земли, и работали в неимоверно тяжелых условиях.

Норрич кивнул, соглашаясь.

— Рад, что вы в курсе. Не имея, разумеется, в виду, офицеров и профессиональных инженеров, можно смело сказать, что на добрую половину здешних парней заведены на Земле уголовные дела, а другая половина чиста лишь по нерасторопности полиции. Я не уверен, что хотя бы один из пяти живет здесь под настоящим именем. И каждый думает, что единственная цель вашей жизни — упечь его в тюрьму, а всякие там сирианские шпионы — просто для отвода глаз. Они все тоскуют по Земле, но отнюдь не рвутся прилететь туда в наручниках. Поэтому Рэд Саммерс и смог их так завести.

— Этот Саммерс, вероятно, в прошлом был большим пройдохой?

Бигмен на мгновение прервал свое безнадежное занятие и буркнул:

— Убийцей, наверное?

— Ничего подобного! — энергично возразил Норрич. — Его можно понять… У этого человека никогда не было своего дома, он не изведал родительской ласки. Дурная компания, потом тюрьма — за мелкое вымогательство… Останься он на Земле — на голову бы сыпались одни невзгоды. И вот Саммерс прибывает на Юпитер-9 и начинает новую жизнь. Он самостоятельно изучает технику монтажа при слабой гравитации, механику силового поля, аграв-технику. Его выдвигают на ответственную должность, и он показывает себя прекрасным работником. Его уважают и любят. Он впервые познает, что значит иметь доброе имя и положение. И сама мысль о возвращении на Землю, к своей прежней жизни, для него нестерпима.

— Настолько, — добавил Бигмен, — что он, превратив поединок в избиение, попытался убить Лакки.

— Да, мне рассказали о том, как Саммерс, с помощью субфазного осциллятора, нейтрализовал аграв-управление мистера Старра. — Норрич нахмурился. — Глупость, которую можно объяснить только паническим состоянием бедняги. Ведь у него, в сущности, доброе сердце. Когда умер мой старый Матт…

— Ваш Матт? — переспросил Лакки.

— Да, раньше у меня была другая собака, тоже Матт. Она погибла от короткого замыкания в силовом поле. Ей не следовало находиться там, но иногда собаки исчезают по своим личным делам. Мой нынешний Матт поступает так же, если я не нуждаюсь в нем. Но он всегда возвращается. — Норрич ласково шлепнул пса, и тот, закрыв один глаз, застучал хвостом по полу. — Так вот, когда умер мой старый Матт, я нигде не мог раздобыть себе нового пса, и мне едва не пришлось убраться отсюда. Ведь хорошая собака-поводырь — большая редкость, на них всегда очередь. Администрация, конечно же, не хотела этим заниматься, ведь тогда обнаружилось бы, что они держат у себя слепого человека — Конгресс раздул бы это до неимоверных размеров. И вот тут-то на помощь пришел Саммерс. Он использовал свои старые связи и доставил мне Матта. Все, конечно, было сделано не вполне легально, и Саммерс очень рисковал ради этой любезности. Так что Саммерс способен и на поступки вроде этого. Не будьте с ним суровы, прошу вас.

— Я не собираюсь и не собирался вредить ему. Но должен буду ознакомиться со всеми сведениями о нем, которые наверняка имеются в Совете.

— Конечно! И вы убедитесь, что он вовсе не головорез!

— Надеюсь. А теперь ответьте мне вот на какой вопрос… Вы не находите странным, что администрация даже не попыталась вмешаться в сегодняшнюю забаву?

Норрич коротко усмехнулся.

— Администрация? Если бы вас даже убили — директор Донахью не слишком огорчился бы! И все было бы замято! У него теперь заботы куда более важные, чем вы с вашим следствием.

— Заботы?

— Еще какие! Понимаете, у нас ежегодно новый руководитель проекта и новая полиция. Донахью — уже шестой, не лучший, кстати, наш босс, следует признать, правда, он отказался от бюрократической волокиты и не пытается устроить здесь военный лагерь. Время от времени давая людям возможность расслабиться и немножко побуянить, он добился результатов — первый аграв-корабль готов взлететь. Говорят, это дело дней.

— Так скоро?

— Вполне возможно. Потому что менее чем через месяц Донахью будет уволен. Он совсем не заинтересован в отсрочке, ибо в этом случае его имя не попадет в анналы истории, и слава овеет кого-то другого.

— То-то он не хотел, чтобы мы садились сюда! — горячо воскликнул Бигмен.

— Не кипятись, — отмахнулся Лакки.

— Какой подлый тип! Сириус готовится проглотить Землю, а у него одна забота — прокатиться на своем жалком кораблике! — Бигмен поднял сжатый кулак, и сразу послышалось грозное рычанье Матта.

— Что вы делаете, Бигмен? — встревожился Норрич.

— Я? — удивился Бигмен. — Ничего!

— Никаких угрожающих жестов?

— Да нет… — Бигмен быстро опустил руку.

— Будьте осторожны с Маттом! Он обучен охранять своего хозяина! Сделайте-ка шаг в мою сторону и замахнитесь кулаком.

— В этом нет никакой необходимости. — Лакки красноречиво посмотрел на Бигмена. — Мы верим.

— Пожалуйста! — настаивал Норрич. — Никакой опасности, уверяю вас! Я вовремя остановлю Матта. Давайте, Бигмен! А то все тут так носятся со мной, что собака начинает забывать свои обязанности.

Бигмен шагнул вперед и без всякого энтузиазма поднял руку. Тотчас уши Матта прижались, глаза сузились, мышцы напряглись для прыжка, обнажились острые клыки и из гортани вырвалось хриплое рычанье.

Бигмен поспешно отступил.

— Сидеть, Матт! — приказал Норрич.

Пес успокоился. Лакки ясно почувствовал концентрацию напряжения, а затем — его ослабление в сознании Бигмена. От Норрича шли потоки нежного торжества.

— Ну, Бигмен, как ваши трехмерные дела?

— Сдаюсь! — раздраженно ответил марсианин. — Два кусочка я еще кое-как сложил, но это мой потолок.

Норрич засмеялся.

— Смотрите! — Он взял в руки произведение Бигмена. — Ничего удивительного! Вы неправильно сложили!

Ошибка была быстро исправлена, и вскоре, как по волшебству, возникло аккуратное, но еще зыбкое яйцо, с небольшим отверстием посередине. Артистичным движением Норрич подхватил ключевую деталь, чуть задвинул ее внутрь конструкции, повернул против часовой стрелки и слегка подтолкнул.