Чтение онлайн

Десятки исследователей из ряда стран пытались найти оптимальный способ систематизации терминов для описания личности, создания приемлемой таксономии. В идеале любая система должна работать во всех языках и культурах, что существенно облегчило бы задачу сопоставления. Ученым понадобилось более 50 лет, чтобы прийти к консенсусу в этом вопросе.

Один известный ученый отстаивал идею об использовании 20–30 факторов [31] ; некоторые предлагали использовать два фактора [32] . Были и те, кто предлагал от пяти до тринадцати факторов. Мой друг Льюис Голдберг поначалу тяготел к трехфакторной (трехмерной) модели, предложенной психологом Дином Пибоди, и отвергал пятифакторную модель, известную сейчас как «Большая пятерка». «С моей научной точки зрения, – говорил Лью, – модель Пибоди элегантна и красива, тогда как пятифакторная структура просто ужасна: все пять факторов “Большой пятерки”, кроме первого, экстраверсии, в значительной мере подчинены оценке [хороший-плохой], а значит, не могут быть по-настоящему независимыми признаками». Примерно с 1975 по 1985 год Голдберг работал над сбором и анализом данных из самых разных источников для подкрепления трехфакторной модели Пибоди. Но, что бы он ни делал, анализ порождал пятифакторную модель. Лью предложил Пибоди провести эксперимент (они разработали его вместе), чтобы сделать выбор между трехфакторной и пятифакторной моделью. После получения данных Голдберг и Пибоди опубликовали статью, в которой продемонстрировали, что пять факторов образуют более приемлемую систему (включающую три исходных фактора Пибоди). В итоге Голдберг, как и сам Пибоди, неохотно изменил свои взгляды.

Этого никогда не произошло бы, если бы Голдберг и Пибоди не были способны к сотрудничеству, открыты новому опыту, доброжелательны и в какой-то степени экстравертны.

Способность сотрудничать с человеком, чьего мнения не разделяешь, – это научный идеал. Когда два или более исследователя, которые придерживаются разных теорий и расходятся во взглядах, решают работать вместе, результаты могут полностью изменить их область науки. В наши дни многие считают Лью основоположником классификации черт личности по принципу «Большой пятерки». Повторные кросс-культурные исследования были проведены в контексте десятков языков и культур, в том числе китайской, немецкой, еврейской, японской, корейской, португальской и турецкой. Как и следовало ожидать, в отдельных культурах имеются незначительные различия, но «Большая пятерка» описывает личность лучше всего. В эту модель входят такие факторы [33] :

I. Экстраверсия.

II. Доброжелательность.

III. Добросовестность.

IV. Эмоциональная устойчивость или невротизм.

V. Открытость опыту (а также интеллект или воображение).

Каждая из этих категорий включает в себя десятки черт личности. Как видите, были определенные разногласия по поводу того, как называть последний фактор, но пусть это вас не беспокоит: этот четко обозначенный фактор охватывает ряд черт, в реальной жизни образующих единое целое.

Для того чтобы походить на исследователя личности, вы можете использовать номера факторов в качестве кратких обозначений, например: «У Нэнси очень низкий показатель по фактору II» или «На мой взгляд, вам следует продвигать Стэна по линии бухгалтерского учета, у него высокие показатели по факторам II и III» [37] .

Стремление разделить личностные черты людей на категории существует с древних времен; астрология – это одна из попыток систематизированного определения личности человека на основании сведений о том, когда он родился. Астрология до сих пор популярна во всем мире, но она не имеет научного обоснования. Безусловно, среди ваших знакомых может быть упрямый Козерог, но, согласно статистике, среди них с такой же вероятностью нашлись бы упрямые Львы, Весы и Стрельцы.

Часто сбивает с толку то, что «Большую пятерку» считают типологией (экстравертированный тип, невротический тип и тому подобное). Однако это не так: «Большая пятерка» – это конфигурация (или профиль) пяти факторов, составляющих личность человека. Подобно тому как мы описываем физические объекты с помощью длины, ширины и высоты, пятифакторная модель позволяет представить характер человека с помощью перечисленных терминов. Сторонники «Большой пятерки» никогда не ставили перед собой цели свести богатую палитру черт личности всего лишь к пяти факторам. Напротив, они стремились создать концептуальную схему, в которой можно было бы систематизировать множество свойственных людям индивидуальных различий. Такая систематизация проливает свет на многое из того, что людям всегда было важно знать друг о друге.

Что все это значит для тех, кого интересует наука о старении? «Большая пятерка» предоставляет в наше распоряжение общепринятую систему организации черт личности, которых в противном случае было бы огромное множество.

Каждый раз, когда гены, жизненные обстоятельства или сеансы терапии меняют черты нашего характера, в мозге происходят изменения. В этом смысле все индивидуальные различия имеют биологическую основу независимо от того, влияет ли на них генетика, поскольку они обязательно затрагивают головной мозг [38] . Нейробиологические изменения сопровождаются биохимическими изменениями в мозге. Например, от уровня тестостерона у мужчин и женщин зависят такие черты личности, как настойчивость, дух соперничества, склонность к доминированию и воинственность. Повышенный уровень тестостерона делает нас агрессивными, тогда как низкий пробуждает в нас вежливость [39] . Выработка тестостерона зависит от триады факторов: генов, культуры и возможностей. Такие виды деятельности, как удачная охота [40] , быстрая езда на автомобиле [41] , публичность или руководство большим количеством людей [42] , повышают уровень этого гормона. В процессе естественного старения количество тестостерона уменьшается. При типичном карьерном росте с возрастом человек получает больше власти, что может компенсировать снижение уровня тестостерона по биологическим причинам у некоторых людей.

Добросовестность, доброжелательность и эмоциональную устойчивость можно рассматривать как факторы, отражающие склонность к уменьшению драматизации жизни, а, согласно все большему числу доказательств, это зависит от количества серотонина. Открытость и экстраверсия отражают общую тягу к экспериментированию и использованию любых возможностей и, судя по всему, зависят от уровня дофамина. Лекарственные препараты, увеличивающие концентрацию этого гормона, могут пробудить в нас желание активнее изучать окружающий мир и совершать более рискованные действия. Низкое содержание серотонина связано с агрессией, слабым контролем импульсов и депрессией; для решения этих проблем часто назначают препараты, усиливающие серотонинергическую функцию [43] .

Доказано, что структура генов также оказывает влияние на личность. Варианты гена SLC6A4 обусловливают черты личности, имеющие отношение к невротизму, а это тревожность, депрессия, чувство безысходности, чувство вины, враждебность и агрессивность [44] . Другие гены с труднопроизносимыми названиями связаны с самоопределением, самотрансцендентностью [45] и поиском новизны. Гены, отвечающие за поиск новизны, принимают участие в регулировании уровня дофамина. Одна из текущих областей исследований занимается картированием взаимовлияния между генами, мозгом, нейрохимическими веществами и тем, как это сказывается на личности.

Младенцы рождаются с предрасположенностью – комплексом индивидуальных различий в том, как они реагируют на всевозможные ситуации, а также с механизмом регулирования этих паттернов [46] . У младенцев и детей такие паттерны обычно называют темпераментом, а у взрослых – личностью. Темперамент и опыт маленького ребенка на протяжении раннего периода жизни вносят свой вклад в развитие личности [47] . Личность формируется на основе развивающихся по мере накопления опыта представлений ребенка о себе и других. Малыш, живущий в неблагоприятной среде, несомненно, будет воспринимать мир иначе, чем тот, который окружен заботой и защищен. Удивительно, но личность не всегда развивается так, как можно было бы предположить.