Чтение онлайн

Судя по карте, нам надо было пролететь около двухсот километров: – это несколько часов при скорости 60-70 км\час. Но Жене надоело лететь так медленно, а кроме всего, мы должны успеть до нашей машины к вечеру, чтобы успеть поужинать и улечься спать, а утром ловить состав с дровами, на котором должна приехать наша платформа. И механик-пилот заставил плот лететь со скоростью сто километров в час, а может и больше.

Через несколько часов показалась наша ласточка: – она стояла в тени кустов около железнодорожного разъезда. Будка нашего автомобиля была бело красной, а на одном борту было написано «Взрывпункт». Она простояла здесь все лето, и мы были рады увидеть ее в целостности и сохранности.

До заката осталось несколько часов и мы, когда приземлились, сначала перетащили в грузовой отсек все наше имущество, а потом уселись вокруг костра и достали бутылку спирта, чтобы отметить наш удачный полет. Потом, когда сварились щуки, мы выпили за успех нашего предприятия, за отъезд и за упокой останков звездолета с его экипажем, и за окончание полевого сезона. Легли уже поздно.

Часов в семь командор нас разбудил: – ему послышались звуки тепловоза, который тащил целый состав дров. В самом конце состава он должен притащить платформу для нас и нашего автомобиля. В колонии мы побоялись оставлять нашу ласточку, и поэтому увезли ее подальше – в лес.

Из-за поворота появился тепловоз с двумя заключенными в кабине, а за тепловозом тащились груженные лесом полувагоны, и в хвосте состава ехала наша платформа. Женя помахал рукой, и поезд сбавил ход. Из кабины тепловоза выскочил заключенный, поздоровался и стал командовать. Вскоре появились сходни, по которым на платформу заехала наша машина. Мы укрепили ее толстой железной проволокой, под колеса поставили башмаки и наш путь продолжился – уже по узкоколейке. Состав ехал медленно и мы в кабине тепловоза пили чай, рассказывали экипажу тепловоза всякие случаи, которые случились с нами за все лето. Про звездолет мы молчали – это была запретная тема. Утром, на следующий день, маневровый тепловоз отцепил нашу платформу от состава с дровами, и мы остались на краю зоны-поселения. Здесь начиналась автомобильная дорога, по которой мы должны проехать до Соликамска, а потом до нашей базы. Нам осталось проехать несколько сотен километров, и мы будем дома. Но наш автомобиль не желал съезжать с платформы: – он вообще не заводился.

Механик-пилот поднял кабину и с головой ушел в изучение проблемы: – она заключалась в электрооборудовании автомобиля. Когда он признал себя беспомощным, мы с геофизиком взяли книжку и в течение несколько часов лазили по проводам. Все было в порядке, но автомобиль не желал заводиться. Виноват оказался то ли генератор, то ли предохранитель. У нас их не было, мы захлопнули книгу, и пошли спать.

Мы спали в пассажирском отделении и утром проснулись от рычания двигателя: – наш механик-пилот включил резервную схему электропитания двигателя, и завел все-таки автомобиль. Мы с геофизиком поднялись, как по тревоге, и стали по обе стороны от платформы, показывая механику, как ему и в какую сторону крутить руль. Под нашим руководством автомобиль благополучно съехал с платформы и теперь стоял на дороге. Женя вышел из кабины и сказал, что на этой резервной схеме автомобиль все равно не доедет до базы – он рассчитывал на тридцать шесть часов. Мы устроили военный совет и решили, что доедем до леса, найдем полянку с сухими соснами, снова срубим плот, установим на него двигатели от звездолета и долетим до города, где находилась наша база.

Так и поступили: – снова рубили, пилили, устраивали джойстик прямо в кабине автомобиля, а под вечер, когда стемнело, двинулись в путь. Сначала, чтобы привыкнуть, командир-механик-пилот летал в нескольких десятках сантиметров над шоссе, а потом, когда освоился, поднялся выше, и наш ГАЗ-66 развил крейсерскую скорость для машины его класса – сто двадцать километра в час.

К нашему городу мы подлетели ранним утром, – когда все гаишники еще спали, а то бы они нас тут же арестовали,– за превышение скорости и превышение высоты полета. Мы летели над городом сначала на высоте сто метров, потому что везде были линии электропередач, а потом прямо над дорогой. Все частники провожали нас глазами и не могли понять, что это за конструкция движется по шоссе:– на плоту стоял ГАЗ-66, и этот плот просто плыл по дороге, соблюдая все правила дорожного движения. Прямо перед нашей базой проходила линия ЛЭП, и Женя поднялся повыше, чтобы ее не задеть.

Была уже половина девятого утра. Наш начальник и все шоферы из гаража стали невольными свидетелями нашего прибытия: – откуда-то сверху на площадку перед гаражом мягко сел плот, на которой гордо стоял наш ГАЗ-66 с будкой желто красного цвета. Все водители посторонились от этого летающего чуда, а завгар упал в обморок. Вся наша команда вылезла из этого Ноева ковчега, и наш начальник-механик-пилот доложил начальнику партии, что Северный отряд в полном составе прибыл на базу. Начальник был очень рад, но не верил своим глазам…

Любое горе всегда приходит нежданно. И это тоже: – у меня пропал накануне зимы любимый кот, и я представил, что он лежит где-то под снегом, холодный и голодный. Прождав его несколько недель, я понял, что горю ничем не поможешь, и мне надо продолжать жить дальше. Но прежде всего надо похоронить кота, устроить поминки, потом еще на девятый день, а еще дождаться сорок дней, чтобы его душа иногда вспоминала меня, как заботливого хозяина.

Конец ознакомительного фрагмента.